Деловая колбаса ⇐ Литературный клуб (публикации авторов)

[Patriot Хренов]

Весна двадцатого года — дветысчи двадцатого — началась с самоизоляции.
Эт мы ещё на гаражах шашлыки жарили… Я немного перебрал… подливы… и раздухарился. Я громко орал те слова, что сейчас перекрывают «белым шумом», я размахивал руками и самозабвенно недоумевал:
— Да какая… самоизоляция?!.. Самоизоляция — это когда я перед тем как взобраться на женщину натягиваю презерватив — вот там реально самоизоляция. Ну или ежели она мне просто тупо не даёт. А вот когда мне предписывают везде и всюду натягивать намордники и перчатки, так это — никакая не самоизоляция. Это – тупо карантин. И не фик нам тут елозить, как тот пузатый кастрат на королеве красоты с гунявыми отсылками на службу в ракетных войсках стратегического назначения.
Штука страшная ковид? Ну так и скажи! Я хоть реально буду знать…
А штука то реально страшная. У меня сосед переболел. До сих пор ещё ходит с той фистюлькой в лёгких. Короче, это вам не та Перепилиха из мультфильма. Тут такую срань из лёгких высасывали, что… лучше ну его на фик.
А у меня рассада перерастает…
А тут ещё одна накладка.
Зима в этом году случилась сиротской. Хотя весь инет заходился в прогнозах на небывало жестокую. Я с дурна то ума и прислушался. И постарался укрыть всё, что возможно. В результате то, что я наиболее старательно укрывал от морозов, попросту вымокло. А сволочные медведки перезимовали просто с восторгом. И по весне мы ахнули: вся земля пучилась от их ходов. Будто с этой заразой никто никогда и не боролся.
Так как рассада переросла, высаживал её не в луночки, а в бороздки — укладывая. По двадцать растений одного сорта в ряд с расстоянием в 30 сантиметров… Сейчас на кулькуляторе подсчитаю… Получается, бороздки в шесть метров длиной. Шириной поперёк ладони и глубиной — в длину. Я почему это всё так подробно рассказываю? С одной бороздки я выкапывал по дюжине медведок! Дождевых червей и то меньше встречалось…
А рассада аж пищщит, как поспешает перерасти.
Ну я и закусил удила.
Если кто не знает этого фразеологизма, я потом расскажу. Но не сейчас. А то получится рассказ побольше этого.
А пока меня переполнял простой российский русский мат.
А вокруг — весна. Девятое мая. Все дачи провоняли запахами горелого сала и лука в уксусе.
Ненавижу! И хоть бы кто поделился…
И ведь не выматеришься в полную силу — все дачи полнятся голосами женщин и детей.
А у меня вся душа изнывает… Это вот знаете, когда весь нос забит соплями.. И так хочется выплехнуть их в полную горсть, а потом ка-а-ак шмякнуть об землю… что б тут ещё полвека ничего не росло… Но — нельзя: вокруг женщины и дети…
А у меня ещё и вилы поломались. Лопатой копать долго и тяжело — я взялся за вилы. Хорошие вилы. Ещё времён совка. И они б ещё бы мне полвека прослужили, если бы лет двадцать назад их мать не оставила бы в костре. Вилы распустились — потеряли закалку. И вот теперь они мне сломались.
Не долго думая я полетел в Леруа Мерлен, купил новые. Китайские. Из рельсовой стали. Только китайцы насадили их абы как, и их прекрасные новые вилы сломались мне на третьем копке…
Естественно, меня потянуло на фольклор. А вокруг женщины и дети…
Единственное, что я придумал — петь припев «японский хрен» на мотив припева «французский лох», на мотив песни… ну вот не вспомню…
И вот я уже сгонял на рынок и прикупил совковые вилы, и судорожно тыкаю ими в родную отчизну, беспрерывно повторяя «Японский хрен, японский хрен…» на мотив «французский лох»…
Во-о-от…
А вокруг — благодать…
Девятое мая.
По-над пашней ветерок потягивает ландышами, памперсами, горелым салом…
В воздусях благорастворяются женские флюиды, детские обиды, обрывки песен скворцов и «японского хрена» на мотив «французского лоха» на мотив уже не помню чего.
Земля утыкана ходами медведки, моими новыми совковыми вилами и верхушками той самой переросшей рассады, что я уже успел посадить.
Ага.
И тут ко мне стали слетаться скворцы.
Сперва спустился тот, который занял скворечник, что на углах схода наших четырёх участков.
Сперва то он долго наблюдал за тем, как я сперва сломал свои старые вилы.
И всё пытался изобразить из себя то ли гибдедешника, то ли иволгу.
Я ему тут же ответил: «Хрен тебе! Я трезвый. Я сейчас и за новыми смотаюсь…:
После он с восторгом наблюдал за осваиванием мною новых, но китайских вил.
Когда и те сломались, он с таким восторгом и издевательством присвистнул, что я тут же предупредил его:
— Ты это… Базар фильтруй! Топор то у меня ещё целый…
Но когда я приехал с третьими вилами, скворец только восторженно присвистнул.
А я ему ответил:
— У армян купил…
У нас тут целая диаспора армян из Баку. Такие чудеса порой выкапывают. Вот, к примеру, эти вилы. Я когда увидел у них заводской штемпель «ц. 28 к.», то аж сам присвистнул:
— Это – что? Ещё из довоенных запасов?
— А тебе — что? Копать или в музей?
— А если в музей?
— Тогда в три раза дороже…
Ага.
И вот я насадил те самые музейные вилы на держак и принялся ими копать.
Даже скворец, падла, заткнулся — просто прелесть, а не вилы.
И вот я копаю теми вилами — душа поёт, как работа идёт. И я уже мурлыкаю:
— Японский хрен, японский хрен… А ты знаешь, почему те китайские вилы оказались вилы? Да потому что… У армянского радио спросили: «А почему в Китае так много детей» — Да потому что, — ответило армянское радио, — у них даже презервативы… китайские…»
Работа идёт, душа, нах, поёт… и только скворец, падла, молчит…
Смотрю, а он спустился на мою пашню.
Ходит. И суёт свой полураскрытый клювик в землю.
Весь такой добытчик.
«Ну всё, — думаю, — кранты моим дождевым червям…»
И даже взмахнул на него, отпугивая.
Скворец улетел.
А я поспешил посмотреть, что он выронил из клювика?
МЕДВЕДКУ!
Гад. И зачем я его отпугнул?!..
Но вскоре он вернулся.
А потом прилетела ещё и его половина.
На мой взгляд они были совсем одинаковые, НО!
Как только самочка опустилась на землю, к ней тут же припустился самец: — Ке, ке, ке!...
И так ласково, заботливо… Медведку к тому времени он не успел отыскать, так схватил какую-то травочку: — Ке, ке, ке!..
И она ему так снисходительно, даже царственно:
— Ке, ке, ке…
Ну прям полное «пуси-пуси». Мне аж тошно стало.
Не. Ну я всё-таки — мужчина. И отношение у меня к подкаблучникам… А тут такое полное «Ке-ке-ке — Ке-ке-ке…» — Да тьфу да и только!
А тут стали другие скворцы подлетать. И тоже носик ножницами — в землю суют…
А мой-то, мой-то — на ентих кидается: «Ке-ке-ке!» Весь такой ужасно грозный. А потом к своей обратно: «Ке-ке-ке!» — подкаблучник…
А у меня тут вилы новые, совковые… Ц28к… Я в полный голос ржу над теми скворцами и ору на все дачи: — Японский хрен, японский хрен! — на мотив французского лоха…
Ага…
И тут я вдруг выкапываю БЕЛУЮ медведку.
Я аж сам офигел.
Наклонился подобрать, рассмотреть — а вдруг у меня земля настолько отравлена, что даже медведки в ней рождаются белыми…
Но почти тут же вспомнил: да она линяет! Хитин ещё не отвердел, окраски правильной не приобрёл…
АГА!
Я ещё и подумать-придумать не успел, как тот скворец кинулся на меня — хвостик вверх, крылья по земле, глазёнки выпучены: — Ке-ке-ке!..
С перепуга я швырнул ему ту белую медведку.
Он её тут же схватил и улетел в свой скворечник.
А я стою тут весь такой — с распахнутыми руками, новыми вилами и недоумением:
— Э! Ты — чё, братан! Совсем рамсы попутал?
А он такой прям тут же возвращается.
А я ему:
— Слышь, деловая колбаса! Кто тут хозяин?
И… представляете? Он обиделся…
Потом всё лето ни разу не прилетал.
Так что вот Вам мой совет: никогда не обзывайте своего скворца деловой колбасой, шаурмой или цыплёнком табака
Вы вняли?

[Джонни]

Евгений Комарницкий, Георгий Шепелев - "Эныч".
Совсем не то, что Юрий Коваль - "Суер-Выер". И не Владимир Кунин - "Иванов и Рабинович, или ай гоу ту Хайфа.
...
Патриот хренов, постарайтесь не разочаровывать, пожалуйста.
Вы мне нравитесь.

Я о тематике, предметах изображения и, увы, что когда-то, - стилистике.

Претензии - к последнему.

[Франсуа]

Не долго думая я полетел в Леруа Мерлен, купил новые. Китайские. Из рельсовой стали.

Вот-вот. Про эту лопату тоже написали, что она «из рельсовой стали»: