zali: 02 июн 2025, 20:08
Бес зависти, какой же ещё?!
Почти!
Бес был очень банальный: заурядность, помноженная на непомерное эго. В 1881 году, после смерти Достоевского, Страхова пригласили помочь разбирать его архив для подготовки собрания сочинений. И в одной из записных тетрадей ФМД Страхов смог прочесть такое мнение о себе:
Никакого гражданского чувства и долга, никакого негодования к какой-нибудь гадости, а напротив, он и сам делает гадости; несмотря на свой строго нравственный вид, втайне сладострастен и за какую-нибудь жирную грубо-сладострастную пакость готов продать всё и вся, и гражданский долг, которого не ощущает, и работу, до которой ему всё равно, и идеал, которого у него не бывает, и не потому, что он не верит в идеал, а из-за грубой коры жира, из-за которой не может ничего чувствовать.
(Если что, вот координаты этой цитаты: «Записная тетрадь (1876–1877)». Литературное наследство. Т. 83. Неизданный Достоевский. Записные книжки и тетради 1860–1881 гг. М., 1971.)
Страхов, конечно, понимал, что рано или поздно это напечатают, и ничем этому не помешать, хоть вешайся!
Но понимал и то, что переписку, например, Льва Толстого тоже рано или поздно напечатают. Вот он и закинул в будущее «альтернативное мнение». Вы читаете детективы? Там это бывает, попытка аннигилировать свидетельство, дискредитировав свидетеля. Страхов запустил долгосрочную диверсию и не прогадал: его письмо к ЛНТ было опубликовано в 1910-х годах, а записная книжка ФМД — сильно позже: вон только в 1971 г. Целых 60 лет никто не подозревал Страхова во лжи! Поскольку считалось, что у него не было мотива. И эти 60 лет, как я уже писал, до сих пор сказываются.
If the doors of perception were cleansed, everything would appear to man as it is: infinite. (W. Blake)
Le silence éternel de ces espaces infinis m'effraie. (В. Pascal)
Мобильная версия
