Слог (слоги) ⇐ Глас народа

[Ёйрик]

Определение слога из Вики (начало):

Слог - это минимальная фонетико-фонологическая единица, характеризующаяся наибольшей акустико-артикуляционной слитностью своих компонентов, то есть входящих в него звуков. Слог не имеет связи с формированием и выражением смысловых отношений. Это чисто произносительная единица.

Первое предложение интересное. Но акустико-артикуляционную слитность, на мой взгляд, надо заменить на чувственно-смысловую выраженность, т.е. ограничивать звук только акустикой и жестами - это прошлый век, да даже и не прошлый. Ограничение звука акустикой и жестами не позволяет ему выразить своим минимумом, как единицей, более сложное чувственно-смысловое восхождение. В связи с этим второе предложение не имеет под собой никакого веса. Так, абсолютно ни о чем. С точки зрения же чувства и смысла, слог, это очень даже, так скажем, минимальная умная единица. Разница между слогом и текстом всего-лишь в плотности объема. Текст это разряженный объем, а слог это насыщенный объем. Слог это своего рода критическая масса, которой не хватает всего лишь чуть-чуть, и... короче, слог это материя, только на уровне "ядерной" энергии. Поэтому сказать, что в слоге нет чувства и смысла... извините меня за выражение, это полный бред! Другое дело, что сложно разгадать, сплетением какого чувства и смысла является слог, да и можно ли это сделать абсолютно. А так, слог имеет очень даже прямое отношение к чувству и смыслу. Если еще учесть, что некоторые субъекты пытаются текстом передать несовсем "внятные" вещи, то новая идея слога может быть очень даже живительной.

Пример:

стр(о)-ишь
стк(ё)шь - с(о)-ткёшь
скр(о)-ишь
скр(о)-ешь
спр(я)-чешь
сфр(а)-ишь

Даже не углубляясь, особо, в чувство и в смысл, можно сказать, что слог стр(о), скр(о), спр(я) и т.п., имеют совсем не безумное единичное тело, выраженное на уровне только лишь акустики и жестов. Буква с, например, позволяет уже быть с кем-то или с чем-то, т.е. факт касания, тождества, в ней уже присутствует. Букву т, допустим, по смыслу определить сложно, но в паре с гласными звуками смысл ее вполне принимает законченные формы - то, та, ту, те, тё, тя, тй(?), ти, тю, тэ, ты... ты еси. Букву р, пусть, тоже сложно определить в чистом виде, хотя момент какого-то... рычания, человеческого или зверинного в ней присутствует, но в связке с гласными эта буква вполне переливает всеми оттенками смыслового гуления - ро, ра, ру, ре, рё, ря, рй (?), ри, рю, рэ, ры... рык т.е. Вот. Поэтому слог стр(о), собственно, состоит из трех частей. С, первая часть, организует встречу т, неопределенной второй части (смысла), с ро, третьей частью (смесью смыслового рычания с чувственным восторгом)... Да, еще надо отметить, что с организует встречу по максимальной насыщенности смысла, т.к. согласная пара з-с, по исходящей линии, максимально близка к точке возможной гармонии - гласные ё и я. Таким образом, стр(о) - с т ро, принимает даже при скользящем, поверхностном, взгляде вполне определенную чувственно-смысловую завершенность.

Если у кого-нибудь есть еще какие-нибудь расшифровки слогов, то - пожалуйста.

[Ёйрик]

Можно еще так сказать. Слог аналогичен молекуле в материи, а звуки, гласные и согласные, это как атомы в составе молекулы. Молекула не конечна - есть атом, атом не конечен - есть его распад многочисленный, распад не конечен - есть обратка, не-распад, не-распад не конечен - есть... Молекулы могут быть сложными, численно. Слог вроде бы не сложен численно, но слог ведь и не материя! Так ли уж и нужна слогу сложность численная. Может быть слог берет сложностью... скажем, качественной? Да плюс еще и на лицо, оказывается, что количество не переходит в качество. И разорванное сознание Г.Гегеля провисает вдруг со всей очевидностью, скажем, атомной бомбы. Например, слово асса можно разделить на два слога - на ас и са. Пусть а обратное о, т.е., допустим, если о - восторг, удивление и т.п., то а это уже какая-то реакция на этот самый восторг, на удивление, на... чудо, одним словом. Но реакция есть работа высвобождаемая. Пусть более или менее предсказуемая, пусть более или менее желаем-мая, но выявленная во вне и от о взволнованная. В ходе этой мысли, согласный с есть ни что иное, как поиск того, на что бы можно было направить энергию проступающую в а. Таким образом, первый слог ас имеет смысл энергии невидимого источника волнения, но пока в неопределенной замешке... м-м-м, а собственно что бы ей собою накрыть, так скажем. Отсюда, наверное, и известный смысл этого короткого, но не слога, заметьте! а слова. Ас - мастер, мастер района, мастер города, мастер области, мастер страны, мастер... международного... Необычна оборотка этого слога. В первом случае, находим связку энергия-смысл, т.е. ас, а во втором случае находим связку смысл-энергия. На первый взгляд (взгляд, между прочим - совсем ядерный слог-слово)... короче, перестановка местами всего лишь двух букв меняет ас до неузнаваем-мости. И с а, вдруг оказывается намного... а главное - спокойнее. Впрочем, с са, если слитно, проступает какой-то контроль смысла над чувством, т.е. в ас энергия ведет смысл, а в са смысл... не ведет энергию, но расступаясь в ней, в момент выхода бдит ее, что ли... не знаю как сказать. Получается, что если разбить асса на два слога, то как будь, то бы, т.е. ас находит, замыкаясь на себя обраткой, себя же но в приемлемом, управляемом, варианте. Честно говоря, не уверен, что асса можно разделить на два слога. Но тогда, в этом варианте, получается что смысл не в состоянии сдержать энергию. Диковато, конечно, но Асса! как клич танцевально-свадебный, смыслом, действительно, плохо управляем. Оса, например, уже уверенно делится на два слога. Слово под стать животному, между прочим. Передняя часть туловища снабжена крыльями, а задняя жалом. Правда, это уже другое слово.

[Ёйрик]

***
Когда-то сверстнику (о медь
Волос моих! Живая жила!)
Я поклялася не стареть,
Увы: не поседеть - забыла.

Не веря родины снегам -
. . . . . . . . . .
Тот попросту махнул к богам:
Где не стареют, не седеют...

. . . . . . . . .
. . . . . . старо
Я воспевала - серебро,
Оно меня - посеребрило.

(Декабрь 1940)

Этот стих, на самом деле, очень и очень не однозначный. Два восклицательных знака... там так все и есть. Действительно - живая жила. Только слово жила (мне) не очень нравится. Может сила? Нет, жила - лучше. Вот. Последние две строки это миф, но только, естественно, не в нашем понимании, не в современном т.е. А вот средняя строка... она, как бы, соединяет живую жилу с серебром (в мифе) и это сплетение открывает в третье. А третье собственно и есть настоящее, так сказать - не веря родины снегам, которое и было двигающей силой, пусть незримо, для некоторых стихов. Правда, неизвестно, так ли уж незримо. Может эти два человека пересекались между собою... книжно, скажем. Есть инфа? Нет инфы! Ну, тогда и вопросов - нет.

[Ёйрик]

Если, так сказать, "посыпался" корень, по крайней мере на мой взгляд, то тогда о суффиксе, приставке и окончании и говорить не стоит. Получается, что слово состоит из одних "посыпавшихся" корней, но внутри слова, касаясь друг друга по тем или иным надобностям, они именуются, соответственно, суффиксом, приставкой и окончанием. Значимость того или иного корня разная - и все! А как эту значимость именовать - дело второе.

Язык, в свете нового взгляда, необычно расшифровывается, так сказать. Я зык, т.е. что-то в духе "я - зычен", но не совсем, т.к. к и ч разнесены, все-таки, по разные стороны от я. Язычник уступает языку? Можно и так сказать. Однако, если к понять как завершение первой триады, по духу т.е., а ы как открытие второй триады, по душе т.е., то язык принимает совсем сверкающе-переливающий образ, руководство к действию т.е. Я, получается, зычен (внемлем?) к основе души, по максимуму неизвестности, но с последующим выходом в дух по максимуму определенности (насыщеннности?), да плюс ко всему еще и триадно. Во как! Не знаю, может это чисто случайное совпадение данного слова с возникшей версией расстановки гласных и согласных... но пусть будет хотя бы в качестве версии... что-ли.

Как загадки - так отгадки,
Впишет все твоя рука,
Но одну златую шалость,
Ты не сможешь никогда.
Всяк по строчкам уступая,
Пропуская всех вперед,
Ты окажешься впускаем,
Для моих к тебе забот.
Ведь отток впустив приточно,
Ты ступаешь за меня,
И, тем более внестрочно,
Чем невидемее я.

[Ёйрик]

Фонемный распад в школах и последующее облучение детей... обезличеной субстанцией звука - это мелочи. Думаю, что Вы знаете какой, еще более мощный распад, действует... именно в компъютерных технологиях. А учитывая то, что данная технология внедряется глобально, то, собствено, можно... короче, можно спокойно и без всякой паники изучать чувствено-смысловое строение слова.

Буква з с древнерусского - земля. На первый взгляд - неплохо, если, конечно, древние понимали землю как еще и плоскость касания с небом... А может они понимали это еще и как действие неба на поверхности земли? - тогда вообще здорово. Небо впустившееся на землю, или земля внемлющяя небу и т.п. Вот. В современном это неубедительно, особенно в эпоху глобальных технологий. Не знаю, может ошибаюсь... но буква з мне (лично) видится как... зов. По-началу думал, что з это звонкая, ну, т.е. как учили. Теперь решил выделитъ ее из звона глобальных технологий. Слово звон - неплохое, но во-первых не переворачивается, а во-вторых буква в делит слово, как бы, на две части, т.е. з устремилось в он (поэтому, видимо, и он как звон). Но до всякого устремления должно, собственно, быть то, что во что-то устремилось. Земля устремилась в он - неубедительно. А вот зов... Между прочим зов имеет смысл и в обратке, причем вполне еще живой и по сей день. И с обратки зов как раз более понятен, т.к. источник невидим, а результат его на лицо, воз т.е. В о устремилось з. З - неизвестное, в - устремление в сам предмет (не касание - к, или еще более далекое - до, а именно прямое устремление), о - восторг (наивно) или радость (более понятно). При таком раскладе, тогда, становится понятно завершение слова. Было что-то неизвестное (икс), оно вышло из потаенки, а наружу все это проявилось как устремление в радость з. Таким образом, на фоне такого, пусть инакового, но все-таки устремления, логично возникает... воз. Как говорят - своя ноша не тянет, и буква з разрисовывается со стороны инаковости, как бытие для иного (Г.Гегель). Теперъ, если слово воз развернуть в потаенку, то з как образ внешки, в смысле воз, без приглашения, т.к. между з и о нет предлога в, устремляется в... а точнее, через в пытается выйти во внешку. Получается логичное - зов. И, таким образом, смысл буквы з проясняется... пусть не максимально по субстанциям вне звука, но все-таки максимально по тождеству с буквой о, т.е. с буквой, которая одна только и способна максимально выразить реакцию по случаю встречи с максимально неизвестным. Буква з это зов, а от зова и воз. Как-то так, для начала.

Взор еще близкое слово, т.е. можно смысл буквы р домыслитъ. А роза тут как тут, тоже где-то близко располагается.

[Ёйрик]

... заметили еще как бо прикрыл этот опасный ядерный распад слова? Например, если в гласные вкладывать чувство "обычное", а в согласные смысл "обычный", то ядерный распад получается какой-то очень уж опасный для живого тела. Заслон очень мощный. Возможно, что по этой причине чувство и смысл очень многих сочетаний - не понятен. Так, например, если о мыслить не как радость, а как досаду и т.п., то зов вдруг превращается не в зов по невидимости, так скажем, а в клич по вожделению телесности наличной. Ну, и воз при таком раскладе принимает соответствующую... нагрузку. Прикрыто как здесь все! нечеловеческой рукой...

Собственно... между взором и розой пропустил одну тонкостъ... В слове зов (воз) меняем в на р. Получается зор и роз. На первый взгляд - загадка, в чувствено-смысловом понимании. Нет предлога в, т.е. нет устремления одног к иному, или иного к одному. Допустим, з это зов (воз), тогда зор можно так понимать... зов о р, или по-другому - зов это радость моя р! Р по такому оклику, ну, т.е. радостному, становится, как бы, более... зрячее, что-ли... Короче, на мой взгляд, слышимость зова переходит в видимость зора. Зор это зримость! Тут можно много еще всяких вариантов домыслить - и в(зор), и (зор)кий, и (зор)кость, (зор)костъён на фр. манер... Но, право, очень необычна оборотка этого слога - роз т.е. На первый взгляд близко к пониманию - роза. Но роза это ведь очень необычный цветок. Шипы розы и т.п. мне ли Вам объяснятъ! Так вот, догадка т.е... а не есть ли роз... это своего рода зор с шипами? Допустим шипы невидимы. И допустим шипы могут быть по линии чувства и по линии смысла. В первом случае это ь. Во втором случае это ъ. Подставляя эти два шипа, поочередно, в завершение роз получаем - розь и розъ. В таком виде, думаю, домыслить возможные варианты этого слога - сложным не представляется. В(роз)ь (по чувству), в(роз)ъ (по смыслу), розъник (существо м.р.), розьница (существо ж.р.) и безлично-торговое розница. Буква а в окончании слога роз превносит и деление слова на два слога, с отрывом з от ро, и противопоставление их себе, и в оборотке еще и вопрос - а зор? т.е. роза это более позднее явление, хотя если а понимать как именно желание длить о вечно, то роза как красота гармонии и вечный вопрос к тому кто принимает ее незащищенной рукой... наверное имеет вполне определенное чувствено-смысловое трактование.

И с ударением в словах розъник и розьница тоже получается необычно. Розъник - ударение на о, розьник - ударение на и, т.е. существо м.р. в первом случае рознит по смыслу, а во втором по чувству. Ну, и с существом ж.р. - аналогично, т.е. розьница - ударение на и, а розъница - ударение на о.

[Ёйрик]

Если в словах объем и подъем ъ заменить на ь, то получаются, соответственно, подьем - в смысле уменьшу питательные запасы, и обьем - в смысле перегоню в скорости поглощения этих самых питательных запасов. С ударением на слог до и после соответствующего знака - получается все-таки непросто. Раз есть деление слова на слоги, то по-видимому есть какое-то и принципиальное различие между ними - а иначе бы они слились. Различие можно трактовать, в свете новой, пусть и не очень значимой, версии, как различее по чувству и смыслу, ну и по вариантам их слитности. Тогда ударение (выделение) того или иного слога ведет за собой к тому, что в слове проступает больше чувственая или смысловая сторона "вещи".

В словах объект и субъект разделение по слогам можно выразить и так и так - субъ-ект и су-бъект, объ-ект и о-бъект. Невооруженным глазом, так сказать, видно, что корень в об(о)их словах - бъ, а су/о и ект просто, по-видимому, устанавливают между собою ту или иную иерархию. И что здесь важнее... о или стремление е к т (есть к твердо), или с у (слово у... истока?)... сказать сложно...

[Ёйрик]

Между прочим, если в слове объём ъ заменить на ь, то, как бы, надежностъ... что-ли... не знаю... но пропадает какая-то уверенность в обладании им. Обьём это, как бы, объём чувства, а не смысла. А чувство более слитно, чем смысл, т.е. слитностъю обладатъ сложнее, чем четкой различимостъю (условно, конечно). Ну, и подьём чувства, т.е. активизация слитности - менее прогнозируемая "вещъ". И еще... у этих двух слов разный коренъ (бъ и дъ), да и по смыслу объём это факт, а подъём это, как бы, факт в действие исходящий, т.е. объём первичен, а подъём вторичен. На фоне этого различия видна, пусть чуть-чуть, функция буквы д в отличии от функции буквы б, т.е. д это действие (пара д-т). Добрался до этого - тогда то открывается, ну, и т.п. Но правда у этой пары смысла по чувству объекта... более е полагается... а вот у усиления е в виде ё - пара з-с, и тут, как бы, речъ уже не идёт в духе "до-то", но здесь зов начинает действоватъ... Короче, здесь нет условия "до-то", но естъ слышимостъ отчетливая когда естъ стабильное касание с источником волнения. В свете букв е (д-т) и ё (з-с) буква я (р-л) выглядит совсем необычно, т.е. замена зримости инаковой (слуховой) на зримостъ уже от самого источника... и т.п. - делает эту букву, действительно, не только завершением алфавита, но и указанием (впервые!) на самостоятельностъ источника. В о, допустим, такое указание тоже естъ, но в о оно на уровне удивления (радости), а в я оно на уровне безубыльного действия от источника этого удивления (радости). Короче, если буква я въемлит в себе все остальные буквы алфавита, то это действительно последняя и самая мощная буква... от нее уже только обрыв в действие, т.е. за слово, но не без слова.

[Ёйрик]

Боян по-видимому от - бо я, но т.к. это... возможно ли? то тогда, как замена посильная - бу я. Поэтому бо-я-нить и бу-я-нить это, несмотря на то, что, слова с одинаковым корнем - я... по смыслу все-таки разные "вещи". Необычно еще то, что если действие перевести в ноль, или близкое к этому состояние, т.е. боянить заменить на боян, а буянить на буян, то буква н сливается с я и получается коренъ - ян (бо-ян и бу-ян)... Одним словом, буква н тяготит больше к движению, чем к покою. И если сравнить еще слово нет с нить, например от замены боянить на боянет, и, соответственно, буянить на буянет, то становится заметна вопросительная функция буквы н. В первом случае вопрос - не т? во втором - ни ть? Причем, в первом варианте не пишет(ся) через е, а во втором через и, т.е. превнесение в т чувства и смысла (ь, ъ) делает букву е неустойчивой - меняет на и, и, кроме этого, четкий смысл слова нет превращается в нить. Получается что буква я, как бы, жертвует букву н, и при переходе я в действие отдает ее на спасение самому действию, т.е. говорит что-то в духе... н-н-н... а ты уверенно я в том что ты делаешь? Дело вкуса это по-видимому... м-м-м, а дело опасения, что вкус пропал, это наверное... н-н-н. Если м это мышление, то тогда н - действительно наша буква.

ps: тут что-то ускользнуло...

[Марго]

Это что, ветка-монолог? А почему не в "Гласе народа"?

[Ёйрик]

На счет телефона, в более древнем понимании чувства и смысла "вещи" скрытой под этим именем - сказатъ сложно, но вторая частъ этого слова вполне мыслитца в прямом и в обратном написании. В слове фон обе согласные взяты как второе значение в одноименных парах, т.е. обе эти согласные буквы выражают максимум смысла при минимуме чувства. Для сравнения, например, если братъ первую букву в паре, то чувствено-смысловая окраска слова принимает более удобнослышимое, привычное, сутепереваривание, хотя, возможно, и менее субъектоусвояеммое. Так ч/с понимание слова фон не требует особого пояснения... фонить и т.п. Слово ноф для ч/с понимания уже не так привычно, хотя, если ноф перевести в субъект путем добавления в окончание слова ъ или ь, то понимание становитца довольно-таки сносным - нофъ, нофь... но все-таки это не то, как если бы вторую согласную заменитъ на первую из одноименной пары. Собственно, меняем ф на в. Получаем вместо фон - вон, а вместо ноф - нов. В субъективном понимании слово вон имеет широкий спектр социального ч/с осмысления, но имеет, наверное, место мысль почиститъ объект от субъективных наплывов... И тогда слово вон принимает вполне преемлемую значимостъ среди "вещей" мира. Устремление в "вещь", единение "вещью" и т.п. Правда, букву н можно заменитъ на м... и будет не он, а ом... но здесь получаются две согласных с первых мест в соответствующих парах, т.е. как в слове бор, вор, гор, дор, зор. Поэтому, наверное, будет привычней, если открывающую согласную братъ - первую, а закрывающую - вторую... или наоборот... по-крайней мере в таком чередовании разностъ потэнциалов сохраняется... хотя... первая и вторая из разных пар, все-таки... Одним словом, обратное слова вон, в обратном написании, становитца вполне мыслимым - нов, т.е. новъ и новь соответственно. Между прочим, завершение ъ или ь слова вон позволяет отличитъ или отличить к потаенности какого характера направлено более обращение, ну, т.е. к духу или душе - в онъ или в онь. Интересно, что в древнерусском буква о именуется как онъ, а не как онь, а та, которая первая, омега с шапочкой в виде т, именуетца аж - отъ. Так-что телефон в более древнем понимании очень не простое слово... фон - в он (в онъ, в онь), нов (новъ, новь). Да и потом, слово теле не означает ли... тело, т.е. тел(о) и в обратке лет(о). Слово теле это вообще распространенная современная научно-техническая приставка многих "вещей". Телеви(зор) - например.

[Марго]

Опять спрошу: а почему не в "Гласе народа"?

[Ёйрик]

В свете парности согласных, первого и второго смысла, становится понятно ч/с умозрение слов розъник и розьница. В принципе и так понятно, что разделение идет не в смысле "уничтожения" единства, а в смысле видъенъя принципа этого разделения... Но при замене р на л, такая умозрительностъ становитца уже наглядной. Слово зол и лоз. И опятъ, зол это не настроение состояния, а, скорее всего, состояние зора в смысле дорогое или золотое, т.е. золъ и золь. Тогда лоз это не корень, например, такого слова как е(лоз)ить, а это коренъ такого слова как по(лоз)ъя, т.е. в смысле бок о бок, паралельно, равномерно под одну и ту же плотностъ.

... зор (розъ, розь) и зол (лозъ, лозь) - согласные р-л, т.е. зор розъника или розьницы в смысле видъенъя принципа двойственности. Поэтому так приятен бывает вгляд и таким колючим бывает взор. И, пожалуй, в этом смысле буква р похожа на древнерусскую реци, рецать, нарецатъ... как полозъями, как по полозьям. В полозъях, кстати, нет ясности - след это, или сама "вещь" его оставляющая, т.е. из "вещи" легко выпастъ в след, а из следа легко возвратитъся в "вещь". Для сравнения, колея от корня кол (лок) - вещь похожая уже больше на след нежели на "вещь".

[Ёйрик]

... получаетца, что коренъ в таких словах, например, как (гор)нист, (гор)лопан, (гор)лица и т.п., несмотря на одну и ту же форму написания - имеет разное ч/с значение, т.е. фактически коренъ один, а субстанцияльно - разный. И кто был раньше; горнист, горлопан или горлица - сказатъ сложно, да и сутъ важно ли это теперъ. Гораздо полезнее, на мой взгляд, усмотретъ хотъ какой-нибудь порядок в ч/с понимании близких слогов... Допустим, р самая мощная буква у согласных на выходе из потаенки. По сути ъ отличается от р только сменой предлога на на до, ну, т.е. получается не на выходе, а до выхода. Теперъ, допустим, в роли потаенки, в первом случае проступает б (максимум смысла по радости), а во втором случае ц (максимум смысла по отчаянью). И предположим, что потаенка первого и второго характера (субстанции) - действует, ну, т.е. подвижна в себе - жива, одним словом. Что получаетца? Да, и еще надо сказатъ, что потаенка жива по максимуму... как бы, идеальный вариант. Исход из, по максимуму, осуществляет буква а. Тогда, соответственно, получаем - бар (раб) и цар (рац). Возможно, что бар это древнерусское (бар)ин и т.п. В современном ближе, наверное - (бар)д, т.е. значимая величина схожих субстанцияльных объединений. Буква д в завершении еще необычна, т.е. казалось бы куда еще больше? - ведь буква р и так обеспечивает выход по максимуму... но почему-то надо ее еще ограничитъ условием "до-то"... (Бар)дак - не логичное ли продолжение барда в сторону разведения руками по поводу "як-ак"... Неважно. В обратке бар (барин) превращаетца в раб (в раба). В принципе можно и так толковатъ - чей раб только, наверное, уточнитъ надо... Раб, однако, можно пониматъ в смысле рабъ (рабь), (раб)ота. Тогда барин получаетца немыслим без работы, и возможно, что единица измерения ее может из джоулей перейти и в радость. Но что остается для потаенки второго характера? Цар (царъ, царь) оборачивается вдруг (рац)ем, т.е. почти как (рец)ать. Может бытъ (рац)иональностъ от этого корня? Как бы там не было, но на лицо устремление и бар (раб) и цар (рац) в я, в субстанцию, хотя и действительно разными способами работы.

[Ёйрик]

Написание слога, таким образом, можно верстатъ как с прямой, так и с обратной стороны. В чем заключается отличие первого варианта от второго? Очевидно, что если открывающ(я)я и закрывающ(я)я согласная одна и таже, то смысла в обороте слога - нет, но если вышеупомянутые - разные, то слог в открытом и закрытом написании принимает не всегда тождественные, понятные для ума, ч/с формы построения. Допустим, естъ слог вор и обратка его ров. И первое, и второе слово в обычном ч/с пониманiи вопросов не вызывает. Вор - как вор, и как не крути в иное, как говорил один человек - не оборачивается. А ров, наверное, он и во все времена был, прежде всего, системой оградительной от вторжений из вне - ведь в самом деле, бессмысленно его ставитъ и углублятъ для устремлений, наоборот, во вне. Таким образом, связка вор-ров, на первый взгляд - безупречна. Но как обстоит дело с открывающей и закрывающей согласными относительно буквы о относительно варианта - что о, допустим, выражает радостъ. Пара в-ф своим осмыслением вращается вокруг буквы а. Буква а это становление... пустъ в радости, т.к. о идет все-таки после в. И вся эта церемония направляется к букве р, которая, собственно, в паре с л является наиболее целеустремленным выражением я, самости т.е., учитывая, конечно, что буква я въемлет в себе вообще все буквы алфавита. Фактически получается, что церемония во втягивает р в идею выхода во вне при наличии в я своего внутреннего блаженного равенства, равенства по тождеству индивидуального буквосочетания всего алфавита. Для буквы р это конечно встряска, т.к. треба выйти из блаженного состояния во вне. Как бы можно было в этом случае исхитритъся и вор набратъ в ином, так сказатъ, в потаенном, в более... интимном, что-ли... смысле этого слова? Встряску не прикрытъ - она все-равно остается, пустъ даже в приятном смысле слова. Но тогда возможно ч/с варианты этого слова, в виде воръ и ворь, разместитъ не в начало слов-действий, длящих исходное, а, скажем, в окончанее их. Тогда вор(ов)ское дело превращается в возвращенее вору... собственно, обраток похищенных изделий, в смысле х(вор)ъ, го(вор)ъ, ут(вор)ъ и т.п. В последнем слове, ут(вор)ъ, буква о логично меняется на а, а ъ на ь, т.к. утварь это, по-видимому, то, что возвращает вор в своих неумелых действиях по части краж тел невидимых. Но, при таком раскладе дела, тогда, и слово ров... вдруг выравнивается, незримо. И здесь, как бы, не оградительное сооружение углубляется, как если бы ро задумало набег в места обильные... а мост прокидывается для ровъни ровьнительных возведений... Так незримо оборачивается ч/с понимание "вещи" при возведении в таинство ее твердым и мягким знаками. Но это, конечно, становится возможно, в алфавите, после того, как каждая буква въемкосьтит в себя хотя бы иное ч/с понимание всех остальных букв...

вор (воръ, ворь), ров (ровъ, ровь)

[Ёйрик]

***
Вор на уровне затвора -
Хворь тебе, златая Фора,
Вор, как говора - фора, -
Форс, форсирован и а...
Вор форсированой вари -
Хворъ запала по утвари,
Форт мощнейшая фора,
Фора вору - Фора, да?

[Ёйрик]

Зацепил вчера краем глаза передачу в которой О. Сулейменов выдвинул версию, что в слове кощей буква щ это замена буквы ч, возникшая ввиду удаления цокота копытъ лошадинных обратно, по направлению, к точке исходной ко вторжению, имевшего место бытъ. Действительно смело. Чуть раньше и его, наверное, определили бы в места не столь отдаленные. Пара согласных ч-щ, вместе с окликом своим по источнику отчаяния в виде буквы э, образует становление, но только не по линии духа, как это было в случае с буквой а, а по линии души, т.е. по линии чувства слитного, но не слепого, а, по-своему, зрячего.

Цок-цок-цок - пропели кони,
Потаенный черт в загоне,
Черт не зрячий, а слепой, -
Он фонемный - дорогой...

Обратка слова цок в виде (коц)ать с заменой, допустим, на с (кос)атъся (сок - в обратке) едва ли позволяет усомнитъся в ч/с понимании стихии копытно-множественного напора чужеродных становлений... а и становления ли это были? нехай поди сам образ жизни, что ни на естъ настоящий... (Коч)евник это и естъ длитель цоканья копыт... как говорил один человек - можно искатъ всю жизнь и найти Филькину грамоту... Поэтому, становление это (по букве э) - очень тревожное и опасное, и, между прочим, коч в обратке оборачивается на чок, которое, думаю, пояснятъ никому не надо. Чок это, как бы, перенесение цок с ногошагательного прихода в рукодлительное торжество рогообильного столия за. С трудом, например, верится что речъ с такого мероприятия могла бы пойти в ключе...

Хыц, сказало это племя,
И растаяла стрела...
Нет полета больше с темя,
С сердца я излучена.

По ослаблению и отдалению ч/с понимания времен более далеко отстоящих, очень даже возможно, что (коч)евник сменился на (кощ)ея, и, по увелечению длительности жизни, перенесся в устное, а и потом и в письменное, народное творчество...

[Ёйрик]

***
Еже скроешь ты заслоны,
И пойдешь на лёт вбиратъ,
То такие... небосклоны,
Мя за тя зачнут дыхатъ,
Что очамъ своим не веря,
Ты за мя исполнишь балъ,
И взбежишь не хуже зверя,
Рог горлитъ къоёнке хваль.


***
Строку последнюю вписатъ,
Сложнее тем, чем тоньше дали,
И можешь, к той, другой, позватъ,
Налично оформляя стали...
Но сталь иного волшебства,
Сместит любой кирпичъ уклада,
И не сомкнется ей строка,
Расступится, прикрыв, что надо.

[Ёйрик]

Рон - нора, идея аки,
К тя нашла златые злаки,
Ну, таги, гати гатъён,
В новогодний воздатъён,
Мости вороти оточно,
Чотки зови - возоточно,
Зором розе - реце отъ, -
Дохъ дохи, и ходе - ходъ.

[Ёйрик]

Скажем так... У слова из(мен)а корень - мен. Но этот корень-слог представляет собою уже довольно-таки дальнюю вариацию слога мон (ном). Слова (мон)ета и (ном)инал (вместо "и(нал)" так и хочется сказатъ - финал, в духе согласных в-ф) являют собой значимую ч/с картину не только в современном мире. Однако, мыслится, что у слога мон (ном) естъ гораздо более потаенное значение, т.е., как бы, более первичное. Собственно, это - (мон)ада и (ном)ер. В первом слове звучит единичностъ, во втором множественностъ. Понятно, что относительных монад много, и что из множества номеров только один бывает ключевым, но все-таки... Не знаю, случайно или нет, но (мон)ада возникает при снисхождении буквы м к букве н, т.е. закрепляя этим первенство м над н по внутри-парно-согласному противостоянию. Множественностъ же номерная возникает, наоборот, когда буква н восходит к букве м. Если привлечъ сюда еще и древнерусский алфавит, то получается совсем необычно, а именно - монада получается когда мышление снисходит в наше, и, наоборот, номер получается тогда, когда наше восходит в мышление. Конечно это все не исчерпывает гораздо более потаенные ч/с значения слова из(мен)а... но помимо всего прочего, две буквы м и н, как бы их не вытряхали по ходу истории, умудрилисъ кроме фонемного своего значения сохранитъ еще и совместное едино/множественное смотренее на "вещи". Мыслится, что все-таки (мон)ада (мон айда) первичнее, чем (мон)ета (мон эта). А так, помимо измены, еще и доказывается парностъ м-н, с первичностъю по букве м. Ну, и плюс, доказывается еще, что в букве кроме фонемного значения естъ еще какое-то древне-историческое значение, которое, однако, становится видно лишь в сочетании букв между собой. Между прочим, на этом примере видно как частъ может бытъ мощнее целого, или, наоборот, как целое может потаенно прикрытъ свои части. Кстати, еще и доказывается, что буква о первичнее буквы е, и на много, т.е. мен возможен когда естъ (нем)ота определенного содержания, и, главное, возможен тогда, когда мон и ном определились между собой по указателю направления, так сказатъ, этого (мен)а.

[Ёйрик]

***
Бури субстанцией породу,
Рубъ возводи для сих по роду,
Копъ кобами поблочно ряди,
Покои боками по въклади.
Не шевели ту букву... ять,
Она опасна, и как знатъ,
В копейку вписана от стали,
Чтоб посторонние не звали.
Но тут же сразу и скажи,
Какой там юни те мосты,
Сшивали простые накидки,
По старости гуля как скидки.

[Ёйрик]

В слове до(нел)ьзя читается корень-слог, между прочим, т.е. смысл не утерян как для слога лон, так и для слога нол. Лон это (лон)о, а нол это (нол)ь. Правда, если их соединитъ, то получается (лон)о (нол)евое, или, в обратном прочтении, (нол)ь (лон)овый, т.е. в самом сочетании естъ указанее на какой-то переход от полной видимости к полной невидимости, и наоборот. И опять, что очень необычно, это то, что лоно получается как снисхождение по иерархии согласных, а ноль, как восхождение по этой же иерархии. По букве р еще оба смысла, также, отчетливо видны, т.е. рон (ронъ) и нор (нора). В переходе же по паре р-л получается рон-лон и нор-нол, т.е. в первом случае - ослабленее рона ведет к формированию лона, а во втором случае, как в следствии - нора из норы вдруг превращается в ноль-нору, т.е. в отсутствие ее в обычном понимании, и переведенее ее в областъ крайне необычного жилища... Поэтому, если слово донельзя братъ во всех четырех смыслах, да еще и в динамике, то смысл его скорее предупредительный, чем заградительный...

Статейка по музыке... это, по-видимому, с какого-то музыкального сайта изъята. В целом, меньшим, если более виртуозно пользоватъся можно извлечъ больше, чем большим... т.е. музыка меньше слова. Словом можно мощнее затронутъ потаенностъ, чем даже классической музыкой. Видимый язык музыки это ноты, а видимый язык языка это алфавит. Стих, наверное, сродни музыкальному произведению, а проза сродни произведению живописи. Фактически стих можно писатъ из такой же виртуозной динамики смен состояний/настроений как и в музыке, но, только, по-видимому, это будет на столько же сложно, на сколько сложно перенести легкостъ нотного звукообращения в скованностъ буквенного ч/с излияния, т.е. то состояние, скажем, из которого великий музыкант пишет свой шедевр, может бытъ переложимо с языка нот на язык алфавита, и стих, при одинаковой технической виртуозности нотного и алфавитного выражения, без всякого сомнения превзойдет свой музыкальный аналог... и превзойдет, пожалуй, в краты. Другое дело, что в нотном языке такая виртуозностъ естъ, а в алфавитном языке такой виртуозности нет, по причине ее более сложного субстанционального выражения... Именно поэтому такое преимущество у музыки по сравнению с речъю, т.е. в музыке "ядерный распад" легче выразим, чем в стихах. Хотя, не уверен, что даже современный мастер исполняя, скажем, произведение прошлых веков точнее переносится в субстанцию автора, чем какая-нибудь более или менее устремленная личностъ в попытке хотя бы слегка прикоснутъся к субстанции столь же отдаленной, но выраженной посредством стихов.

[Ёйрик]

Ну, так-то все точно... мною, по крайней мере, читается... шут еще прочитан в обратке ника... Мне даже ни рукой, ни ногой нельзя пошевелитъ. Я чюдно недвижим, но снисходишь ко мне, боже ты мой... ты все-таки снисходишь ко мне... Это из отрывка, одного, у того позднего ангела... по-отношению к исходному. Левостороннее просыпанее, выраженное в одном состоянии/настроении по ходу нашего времени... из второй столицы, думаю, все-таки, имеет тайное тождество с левой педалью фортепиано. Не знаю, но почему-то уверен в этом... А вот в фильме с Аглаей... действительно, было неловко по отношению к ее воздыхателям. Понятно, что кто-то пытался лучше явитъ невидимое, кто-то хуже, но в целом всем сторонам минус... от обратки ника моего, т.е. на сколько разница зрима между левосторонним просыпанием и неудачными правосторонними интерпретациями. Хорошо, с отсутствием симметрии ног и рук вроде бы понятно. Синусоида, таким образом, как бы закрепляет это неравенство, и, между прочим, очень необычной [симметрией], т.е., получается, что по движению ног дается скованностъ, а по скованности рук, в смысле правостороннего письма, дается подвижностъ.

С глаголами (действиями), где шесть букв, с мягким (твердым) знаком в окончании, получается тоже необычно. То, что это не пресловутая ЭРУ - точно, но это и не психология присвоения. По идее, мягкий знак, временно, можно не приниматъ во вниманее. Тогда остаются не шестъ букв, а пятъ. Всегда-ли в этих пяти буквах, как в действии, в глаголе т.е., сосредоточены два корня с объединением по средней, третъей, букве - пока не знаю, но, то, что гласную корня (вторая буква - если один, и четветая - если естъ второй) можно заменятъ, в случае плохой его читаемости, на букву о - сомнений не вызывает. Возможно, что таким образом будет лучше видна более древняя основа современного слова. Правда, она может бытъ с языческим просветом видна, так сказатъ, и, учитывая современные тенденции веры, может возникнутъ негатив мнений более широкого растра, но, при более узконаправленном взгляде может явитъ собою вполне живительное прочтение высушенных современных глаголов (действий). Например, слово веритъ - скользкое в широком понимании смысла - при отбросе ъ представимо как два корня слитых по букве р, т.е. может бытъ прочитано как ворот. Что такое вор (ров) для своего уровня, мне, допустим, представимо. Что такое тор (рот) Вами, тоже, где-то было упомянуто. Тогда остается понятъ... как идет устремление обоих корней к тождеству по букве р, и, вполне возможно, что одна из интерпретаций слова ворот будет видна обоим корням-слогам. Буквы е и и, в первом и втором корне, как бы, уже прикрывают первичную основу слога... вер можно читатъ как (вер)х, а рев, в прочтении, вообще затруднено. Второй же корень - тир (рит)... тут можно только гадатъ. Правда, возникает сложностъ с гафическим обозначением корня, т.е. возникают два пересекающихся корня. Но зато слово лучше видно по более ранним своим истокам.

Место для подписи:

Мыслится, что тор это торъ, т.е. тропинка, в смысле (тор)итъ. Тор, как геометрическая фигура, это, наверное, более позднее прочтение слога. Рот, как обратное прочтение, это, наверное, и естъ рот, и, род в своем классическом смысле, пожалуй, закрепляет рот. Получается - торитъ рот (торотъ), или ротор (роторъ), т.е. ротор, в смысле роторитъ. Роторитъ торотъ, или одна из отдаленных и слабых интерпретаций - торотор, тороторитъ. Сравните, например бол (лоб) и болобъ, т.е. болобол и болоболитъ. Разница только в согласных буквах, т.е. в первом случае д-т, во втором б-п... связка р-л присутствует как в первом, так и во втором звучании. Если менятъ букву р на букву л, то, соответственно, получаем боробъ и толотъ, т.е. отдаленно это будет, наверное, борьба (толк) и б(о/а)р(о/а)банитъ (толочъ). Но бор это лесной массив, который борит чем? - вдыхаемой свежестъю, а робъ это роба, т.е. одежда рабочяя. Поэтому боробъ (толотъ) имеют в своей основе борящую свежестъ лесного массива снаряженную в робъ живительных накидок. Смех смехом... просто к тому, что "подсчет" букв не такое уж и пустое занятие... но в сочетании с таинством это, конечно, совсем другое дело.

[Ёйрик]

Похоже в одном месте я ошибся, просмотрел сам себя т.е. Сказал, что корень это три буквы, а исключение составляют только иностранные слова, типа, о(бъ)ект, су(бъ)ект и т.п. А русские слова чем хуже? т.е. отказыватъ в роскоше родному языку в усладу иностранному? - да, конечно, не стоит. В одном письме у меня получилось "вытянутъ" латынь... и, объект с субъектом вдруг ожили в русской интерпретации, а чем хуже боян древнерусский? так сказатъ, в родной одно-буквенной корневой интерпретации? - правильно, ничем, и, пожалуй, еще даже лучше! В о(бъек)те (су(бъек)те) если временно убратъ ъ, получаем слог-корень - бок, ну, т.е. более зрячее восхождение от буквы е в корне бек, что само по себе имеет примесь сложных заграничных интерпретаций в виде, например, бек (в смысле хан, шеф и т.п.), и в виде кеб (в смысле седло кочея). Помнете того автора (Ваша же ссылка!)? А мне очень понравилось (правда история об этом тоже умалчивает). Но - не важно. И пересел Игорь из злата седла в седло кочея... и дальше, емко, с чувством потаенным... в седло погони. Связка гон (ног) - более или менее читается, а вот гоп (пог) - пока сложно... если, конечно, песенку про Сэмена не вспомнитъ, но, думаю что песенки не хватит даже по минимуму... Так вот. Бок это ослабленное бо... (согласные г-к), т.е. бок это касание, тонкое! можно сказатъ изящное, в связи с этим слог можно читать - бокотъ, бокотъ бока, ну, или, боком бокотитъ. А дальше получается просто. Касанее может бытъ внешнее и внутреннее, и, собственно, объект это внешнее касанее, а субъект - внутреннее; т.е. так называемая приставочная прилюдия в виде буквы о и связки су на это и указывают. Боктъ это твердый бок, так можно еще сказатъ. Но вот со словом боян такое не проходит, т.е. в середине две крайне противоположные буквы, гласные. И слитъ в трех-буквенный корень возможности - нет, т.е. пропадает это, какое-то, крайне противоречивое чувство - смесь оя! Возможно, что оя! как состоянее/настроенее определенное и естъ корень, а деленее на два слога... как знатъ... может это и естъ приведение субстанции древнерусской в более читабельное понимание.

[Ёйрик]

Связка рот (тор) неплохо поясняет слово ав(тор). Правда, сложно представитъ чем является корневая прилюдия ав. Если немного упроститъ ее, и взятъ без буквы а, то получается слово в(тор). В(тор)ник, как второй день недели не естъ ли указанее на прямой смысл этого слова? или, наоборот, не естъ ли в(тор)ник следствие более позднего понимания слова в(тор)ъ, в(тор)итъ? - возможно второе, т.к. после корня тор в слове в(тор)ник идет буква н, а в слове (тор)ъ - ъ; это к тому, что по букве я дистанция короче у ъ, нежели у буквы н, и, следовательно, (тор)ъ первичнее в(тор)ника. На современный, компьютерный, можно еще сказатъ в(тор)ник - ник (тор)и; в связи с чем немного приоткрывается таинство слога кон (нок), т.е. кон можно пониматъ как ставка, ставка (кон)я, (кон)ъ ставит [песенное и шахматное], ну, и древнерусское конечно - к онъ, как устремленее к пятой букве третъей строки, в связи с чем, наверное, становится возможно и восхожденее к букве н (четвертая буква третъей строки); здесь же - буква н превращается в наше, и, возникает еще, как бы, намек на то, что строки древнерусского алфавита можно мыслитъ как гептаду (семь), но только не построчно, слево на права или справо на лева, а, мыслитъ, так сказатъ, встречно, т.е. от двух окраин встречно по восходящей к букве н (нашъ). Не совсем ясно читается слог нок (обратное кон)... по-видимому, ослабленее ног ведет к активности рук, т.е. вопросительное - ну ка? не естъ ли отдаленное "нокъ, закажъ что измыслил?" Но это пока без буквы а... Собственно, корневую прилюдию ав, за неимением, отсутствием, первой буквы (должно бытъ три, чтобы мышление состоялось), можно перевести в вариант икс-ав, т.е. на место икс подставляем любые согласные буквы, и, там, где смысл будет наиболее доступен для индивидуального восприятия... ставим временную точку. Например, можно подставитъ букву г - получается гав; или букву р - получается рав (если слог не читается, то упрощаем, для мысли, и, меняем букву а на о). А вообще, слово ав(тор) довольно-таки выгодно для субстанцияльных излияний, т.е., получается что первый слог-корень (икс-ав) прячет первый [смысловой], исходный, отсчет бытия своего, и, тем самым, гарантирует себе выход на кон... и зачастую без рук (ног), т.е. на сколько легче если, допустим, предположитъ, что икс это ноль-нора, а ноль-нора это предмет темный и исследованию не подлежит... (а Вас я попрошу остатъся).

ps: если интересно, то попробуйте в слове качели заменитъ букву а на о (в смысле (коч)ей) и букву е, также, на о...