Интересное в литературеЭфемериды

Размышления о современной и классической литературе: жанры, книги, авторы

Модератор: Сергей Титов

Информация
Дорогие друзья!
Приглашаем вас на литературный форум
Направленность – классическая литература, от античности до
современности. Приходите, будем рады!
Автор темы
silverpoetry
старший писарь
старший писарь
Сообщений в теме: 12
Всего сообщений: 16
Зарегистрирован: 23.05.2019
Образование: высшее гуманитарное (филологическое)
Эфемериды

Сообщение silverpoetry » 23 май 2019, 09:41

ЯКОВ ЕСЕПКИН

ЭФЕМЕРИДЫ

I

Кровь нисана с гортензий сольем,
Вспеним ею златые куфели,
Чти скитальцев ночных, Вифлеем,
Подавай им вино и трюфели.

Что ж успенных сильфидам корить,
Буде юность веселие имет,
Станем граций чудесных мирить,
Наши ль звезды тлеение снимет.

Челядь спит, во смуге ободков
Мы одне, в сукровице незвездной,
И не алчем вина и цветков,
И с Уранией плачем над бездной.

II

Челядь злая в лакейской сипит,
Ледяные рейнвейны у Цилий,
Кто сегодня во Аде не спит,
Вот мелки – их гасили меж лилий.

Се трилистники, будут листать
Мел царевны иль здравствовать чаши,
Обнажатся светилам под стать
Апронахи кровавые наши.

Горьки постные брашна, столы
Звездной ветошью Цили убрали,
И лиется желтица из мглы,
Где бесились меловые крали.

III

Со багетниц прогнать ли мышей,
Тальком оспину вретищ добелим,
Плачь, Вифания, золотом шей
Сонм юдиц, коих желтию хмелим.

Чахнут фрейлины в замках пустых,
Малахит изукрасил обсиды,
Мглой капличной огнем налитых
Винных яблок сех потчуют Иды.

Звезды мертвых любили всегда,
Яко гипс лицевой сокрошится,
Ныне червною станет вода,
Изваяний и Лета страшится.

IV

Из атласов, червонных шелков
Мгла востлит диаментовых сонниц,
Сколь в безмолвии красный альков,
Их поидем искать меж колонниц.

Аще мрамор темнее вина
И пасхалы о барве маковой,
Иудицам достанет рядна
Со узорчатой тьмой волошковой.

И начнут фарисеи пьянеть,
И юдицы еще отрезвятся –
На исчадном пиру леденеть,
Где алмазные донны резвятся.

V

Се, незвездные яства горят
На столах и цветки золотятся,
Четверговок сильфиды мирят,
О лилеях менины вертятся.

Ах, претмились земные пиры,
Благ к эфирным август данаидам,
Неб и звезд тяжелее дары,
Оявленные тихим обсидам.

Хоть несите порфировый хлеб,
Вин диамент солейте на мрамор,
Мы тогда и в огранности неб
Мглу оплачем сиреневых камор.

VI

В небозвездной смуге Одеон,
Молодые рыдают сильфиды,
Спит фиванская челядь, неон
Тьмой златя, умиряются Иды.

Что и плакать, лихих палачей
Лишь бесят во крови апронахи,
Со рубиновых ломких свечей
Татям лепят просфирки монахи.

Нощно ль ангелы зло сторожат
Сей путрамент и червные тесьмы,
Где светильные воски дрожат,
Хоть и с углем о перстах, но здесь мы.

VII

Мел вифанских трапезных столов
Отражением Цин испугает,
Нет чернила и звезд, Птицелов,
Немость эти канцоны слагает.

Се и вечеря, хлебы, вино,
Розы с терпкою мятой, не снится
Яко ад, соглядим все одно:
Плесень хлебницы кровью тиснится.

Май не вспомнил цветков золотых,
Видят Фрея ли с бледной Еленой,
Как обломки фаянсов пустых
Прелились ядовитой беленой.

XIII

Цветь и свечи в узорчатой мгле
Красных маков и барвы пасхалий,
И фаянс на просфирном столе
Утонченных коснутся ли Талий.

А и будем каморно молчать,
Аще веселы здесь фарисеи,
Их звездами и тьмой соличать,
Где текут столования сеи.

И обручников алы найдут,
И граальской умолятся чаше,
И тогда нас каймами сведут,
По челам воск свечельниц лияше.

IX

Тусклый август серебро лиет,
Яства чахнут о столах и хлебы,
Во незвездности благих виньет
Это мы ли пируем у Гебы.

Дале немость, одно и молчим,
Зря в хлебницах фиванских лилеи,
Всё диаменты неба влачим,
Всё пречествуем нощи аллеи.

Вот еще соявимся из мглы,
Яко ангельский сад безутешен,
Юродные оплакать столы
И вишневую цветность черешен.

X

Кто и нежные помнит цветки
О басме серебряной, из Греций
Зелень перстную бьют на венки,
Здесь кантоны иные, Лукреций.

Полны яств и араков столы,
Огнь рейнвейнов гасится фаянсом,
Что, рубинные, дать вам, юлы,
Тешьте пифий хотя мезальянсом.

Высоко ль до адвенты снегов,
Нас ко мглам сонесет ли Цивета,
Угощайтесь – нагорных лугов
Слаще нет золотого оцвета.

• В издательстве «Москва» вышла книга Есепкина «Lacrimosa». Практически одновременно она поступила в продажу в России, Финляндии, США, Польше, Канаде, Израиле, других странах. Издание предваряет аннотация:
«Яков ЕСЕПКИН – самая закрытая фигура в современной русской литературе. Имя писателя окутано тайной. Известно, что после выхода в самиздате его сборников «Готика в подземке» и «Классика», юного гения восторженно приветствовала советская провластная литературная элита. Между тем он всегда оставался кумиром андеграунда. Есепкина считали надеждой отечественной изящной словесности. Но официальным писателем «ночной певец» так и не стал. Несмотря на усилия в том числе профильных секретарей СП СССР, ни одно его произведение в Советском Союзе не было издано. Реформатор языка и поэтики ввел в русскую литературу жанровое определение г о т и ч е с к а я п о э з и я и оказался вне Системы. Сборники продолжали выходить в самиздате. На рубеже тысячелетий фрагменты из главной книги поэта-мистика «Космополис архаики» опубликовали российские альманахи, это вызвало волну восхищенных откликов в прессе. Есепкин согласился на несколько интервью. И вновь исчез. С годами «Космополис архаики» обрел негласный статус последней великой русскоязычной книги. Ее эстетическое звучание, внешняя мрачность претендуют на эталонное соответствие канонам избранного жанра. Сложное сублимированное письмо Есепкина (нарочито архаический тезаурус, лексические новации, тяжелая строфическая текстура) всегда ассоциировалось с изысканной художественной элитарностью, эмблемной символикой интеллектуальной литературы. Данное издание можно считать первым приближением к творчеству культового автора.»

Реклама
Завада
ВПЗР
ВПЗР
Сообщений в теме: 2
Всего сообщений: 4218
Зарегистрирован: 24.06.2011
Образование: высшее техническое
Откуда: Мать городов русских
Возраст: 47
Re: Эфемериды

Сообщение Завада » 23 май 2019, 11:26

/litcult.ru:В понедельник авторы-фрики начинают терроризировать наш литературный портал. Например, Яков Есепкин опубликовал 495-ый опус на смерть Цины.
http://litcult.ru/blog/t2.tags.20964
silverpoetry:
23 май 2019, 09:41
Нощно ль ангелы зло сторожат
Сей путрамент и червные тесьмы,
:shock:
Не беру участь я у війні,
Бере участь війна у мені.
Ох, плутоний! Си дубль-бемоль; При повторах поймёте, в чём соль.

Аватара пользователя
vadim_i_z
-
Сообщений в теме: 2
Всего сообщений: 7796
Зарегистрирован: 27.09.2006
Образование: высшее естественно-научное
Откуда: Минск, Беларусь
Возраст: 62
Re: Эфемериды

Сообщение vadim_i_z » 28 май 2019, 12:35

Завада:
23 май 2019, 11:26
silverpoetry:
Нощно ль ангелы зло сторожат
Сей путрамент и червные тесьмы,
Ежи Путрамент, вроде, человеком был, фамилия склоняться должна :-)

Автор темы
silverpoetry
старший писарь
старший писарь
Сообщений в теме: 12
Всего сообщений: 16
Зарегистрирован: 23.05.2019
Образование: высшее гуманитарное (филологическое)
Re: Эфемериды

Сообщение silverpoetry » 02 июн 2019, 16:13

ЯКОВ ЕСЕПКИН

ЭФЕМЕРИДЫ


• «Самиздатовские книги Есепкина стоят литературной респектабельности всего Серебряного века. Это величайший эстетический парадокс.»
С. Волков

XI

Вишен с пудрою звездной к столам,
Диаментов порфирных июля,
Мы угодны ль еще зеркалам –
Соваянья меловые тюля.

И смотри, как вольготны оне,
Бесноватые червные Цины,
Ведьм ланиты в мышъячном огне,
Точат хлебные мыши терцины.

Что, ди Грассо, могли унести,
Золотые путраменты, небы,
Виждь, сегодня точатся в желти
Всечерствые порфирные хлебы.

XII

Ледяные пасхалы затлим,
Апронахи звездами соцветим,
Как юдольную чернь веселим,
Так и петь столованиям этим.

Бродники, вкруг одне бродники,
Хлеб и вина темнее маковниц,
А равно мы в хожденьях легки –
Хоть бы мимо червонных альковниц.

Фарисеи еще заплетут
Нашу тусклую кровь на просфиры,
И тогда нас траурно почтут
Виноградного сада Зефиры.

XIII

Нас ли ждали к эдемским столам,
Антиохия тех ли взерцала,
Шелк порфирный вился по углам,
Днесь его источают зерцала.

Ванных кафель распишет изверг
Ядом розным, жасминами Ханны,
Се порфировый чистый четверг,
Все пием здесь, хотя недыханны.

Ах, тусклые оставьте мелки,
Аониды, по мраморам этим
Чернь и могут лишь бить ангелки,
Нимбы коих мы всенощно цветим.


XIV

Шелк виется, а новый агон
Белым феям начать всепреложно,
Ад слезою востлил парангон,
Се бери, лишь свечение ложно.

Как вдоль наших тлеющих виньет
Пляшут Циты, пируют и днесь ли,
Спи, Вифания, тьма почиет,
Драгоценное миро унесли.

Что же пифии стали бледны,
Им и вышло сейчас веселиться,
Тленных юношей в парке Луны
Сотемнять и за гипсом белиться.

XV

Август щедр ко успенным, шелков,
Яств, рубиновой мглы не жалеет,
Белых дев целокупный альков
Днесь еще изваянья лелеет.

Пить лишь нам золотое, вино
Прелиется, иные фарфоры
Теням выставит Геба, одно
Все мертвецки пьяны бутафоры.

Сколь и Цины сюда набегут
Воровать ободки золотые,
Пир очнется – хотя не солгут
Мертвым наши амфоры пустые.

XVI

Аще тусклые зелени мнят
Четверговки, еще фарисеи,
И у Пилы серебром звенят,
Мы почтим балевания сеи.

Благородного шелка свитки
Данаид обтекают надменных,
Звезды царствий опять высоки
И алкают балов современных.

Ах, запомнят ли нас хоть бы те
Меловницы эллинских смоковниц –
В битом гипсе и жалкой тщете,
Воск лиющих на барву альковниц.

XVII

Что рыдать - отзвучали пиры,
Источились фалернские вина,
Вместо севрской витой мишуры
Нощно блещет небес горловина.

Из Тироля востретим гонцов,
Выпьем яды ль Моравии мрачной,
Где и челядь беззвездных дворцов,
Где и плакать о дщери внебрачной.

Кровь ожгла хоровой мезальянс,
Но сквозь сон различит Береника,
Сколь еще серебрится фаянс
И пирует на небах Герника.

XVIII

Мрамор августа бледен и нем,
Падших звезд насчитаем иль вишен,
Яко с литией мы не уснем,
Пусть атрамент и будет возвышен.

Пировать ли со ядом в устах,
Цины днесь мелят желтым ланиты,
А еще во бесцветных перстах
Огнь лилей, сим дворцы знамениты.

Все туда – иудицы, псари,
Вас холодные ждут пировые,
Где алкали белену цари,
Хоть бы тени их вечно живые.

XIX

Терпсихоры наложницы прыть
В шелк маскируют юный, всеблудство
Тщится веки злоцарственно скрыть
Под любовью одесной иудство.

Льется нега и чернь весела,
Наш путрамент свели щелкоперы,
Бал Аваддо сочествует мгла,
Суе ж кровью златятся таперы.

А и станет вам тюлей иных,
Шелки сеи, мажордом, и брюлы,
Где лафитники ядов земных
Подносили нам ветхие юлы.

XX

Иокаста под мглою тенет
И не вспомнит колонских столовниц,
Всяк слепой из червонных виньет
Благородных зерцает меловниц.

В красном выследят нас палачи
Меж колонн, хоть каждится временность,
Аще пасха, а цвету свечи
Уготована лишь нетлеенность.

Крови мало – садитесь к столу,
Сей фаянс на крови и серветки,
И лиется, лиется во мглу
Пурпур наш чрез страстные виньетки.

Аватара пользователя
Франсуа
по чётным - академик
по чётным - академик
Сообщений в теме: 3
Всего сообщений: 1176
Зарегистрирован: 14.11.2014
Образование: школьник
Откуда: Эстония
Re: Эфемериды

Сообщение Франсуа » 09 июн 2019, 19:37

vadim_i_z, а слово путрамент что-нить означает?
Меня ужасает вечное безмолвие этих бесконечных пространств!

Аватара пользователя
vadim_i_z
-
Сообщений в теме: 2
Всего сообщений: 7796
Зарегистрирован: 27.09.2006
Образование: высшее естественно-научное
Откуда: Минск, Беларусь
Возраст: 62
Re: Эфемериды

Сообщение vadim_i_z » 10 июн 2019, 17:42

Франсуа:
09 июн 2019, 19:37
vadim_i_z, а слово путрамент что-нить означает?
Я знаю только польского писателя.

Аватара пользователя
Франсуа
по чётным - академик
по чётным - академик
Сообщений в теме: 3
Всего сообщений: 1176
Зарегистрирован: 14.11.2014
Образование: школьник
Откуда: Эстония
Re: Эфемериды

Сообщение Франсуа » 10 июн 2019, 17:45

vadim_i_z:
10 июн 2019, 17:42
Франсуа:
09 июн 2019, 19:37
vadim_i_z, а слово путрамент что-нить означает?
Я знаю только польского писателя.
Но не дали же предку писателя в качестве фамилии искусственно выдуманное слово? Или и такое могло быть?
Меня ужасает вечное безмолвие этих бесконечных пространств!

Автор темы
silverpoetry
старший писарь
старший писарь
Сообщений в теме: 12
Всего сообщений: 16
Зарегистрирован: 23.05.2019
Образование: высшее гуманитарное (филологическое)
Re: Эфемериды

Сообщение silverpoetry » 12 июн 2019, 15:41

ЯКОВ ЕСЕПКИН

ЭФЕМЕРИДЫ



• «Есепкин каноничнее Пушкина и сокровеннее Бродского, но его эсхатологическая гениальность претит массовому сознанию и коллективному бессознательному современников. Отсюда вынужденная элитарность последнего великого столпника.»
Ю. Лотман

XXI

Ирод, Ирод, се брашно твое
И в амфорах вино ледяное,
Алавастром ли, гипсом остье
Смерть забелит - мы виждим иное.

Колоннаду и сад обойдем,
Не четверг, а серебро лиется,
Во златых кашемирах блюдем
Тайность вишен, пусть Хала смеется.

Наливай, кто отравы алкал,
Фарисеи и дети уснули,
Шелк тиснит сукровицу зеркал,
Им пьянить нашей кровью июли.


XXII

Всё вечерии длятся, шелка
Меловые горят, фарисеи
Поят бледных детей, высока
Нощь Вифании, празднуют сеи.

И взгляни, сколь беспечны оне,
Как легки эти па и виньэты,
О басме иль во гипсе одне
Здесь точатся блядей менуэты.

Кто их пиры сейчас отложит,
Весело Этам плакать и виться,
Где серебро на туши лежит –
Им лишь будут всенощно давиться.

XXIII

Что манкируют нами, Тулуз,
Холсты челядь, смеясь, обрывает,
Фри бесятся в тлекровности блуз,
Вьют муары, и с кем не бывает.

Колченогих восторженных Ев
Обдала небовечность желтицей,
Часть ли третяя звезд и дерев
Пресеребрена синею птицей.

За сиречной любовию мгла,
Наши ль звезды шелками гасили,
Виждь хотя – вкруг ветхого стола
Как мелятся кургузые Цили.

XXIV

Сад портальный, цвети и алей,
Золотыя букетники снимем,
Упасаться ли вербных аллей,
Сех цветение майское внимем.

Небы пурпур алкают, одно
Мгла их стоила крови и яду,
Фарисеям и песах – вино,
А еще благоденствовать саду.

Суе, суе нас выбила тьма,
Иудицы лиют, цепенея,
Нашу кровь, а течет сурема
И порфирность каждится от нея.

XXV

Виждь последнее лето, алей
Нет его, искупаемся, дивы,
Кровь совьем, чтоб кувшинок-лилей
Хлад ожечь, сим украсить ли Фивы.

Низлетят с хоров лет ангелки,
Ах, не плачьте еще, палестины,
Мы опять на помине легки,
Вкусим райские ж волны и тины.

Юды с нами, а внове не им
Торговаться фамильною славой,
Хлебы мазать серебром - храним
Каждый миг наш виньетой кровавой.

XXVI

А и мы ль напоказ веселы,
Пиры это, веселие в тризне,
Цили тще убирают столы,
Благ сейчас, кто во звездной старизне.

Спи, Арахна, еще веретен,
Ядов темных царевнам не будет,
И восцветим на мраморе стен
Кровь, Нева ли ее позабудет.

Сколь нельзя отравить царичей,
Убеляясь, юдицы смеются,
Отемним хоть бы цинки ночей,
Где начиния с ядами бьются.


XXVII

Огнь ли хвои снесут чернецы,
Снеги темные их упоили,
Наши кровью литые венцы
Украшают барочные шпили.

Но меловы шелка пировых
И начинье в чудесной виньете,
Мало яду еще для живых,
Велики мы на траурном свете.

Ять сребристая тще и лилась,
Мел височный течет по ланитам,
Где Звезда Вифлеема ожглась
Червной тушью, отдаренной Итам.

XXVIII

Ветхой кровью букеты совьем
И стольницы начиньем заставим,
Май в порфировом цвете своем,
А и с цветностью мы не лукавим.

От пасхалов начнет исходить
Мрак ночной и серебром точиться,
И устанут за нами следить
Иудицы, не будут и тщиться.

Лишь тогда фарисейские тьмы,
Перемазавшись цветом истлевшим,
Соведут вдоль букетниц каймы –
Виждеть кровь нощно пурпур не зревшим.

XXIX

Дышат негой кровавых шелков
Музодарные замки фиванок,
Всякий днесь камелотный альков
Яд крысиный таит меж креманок.

Хватит царских веретищ летам
И для вечности хватит цементов,
Свечки несть ко меловым цветам,
Им хотя чернь прельем с постаментов.

Бледный отрок в парче золотой
Сколь очнется на пире грядущем,
Узрит чермный лафитник пустой
Во перстов изваянии сущем.

XXX

Драгоценное миро в сени
Темных вишен иных благовоний
Всепьянее, а паче они
Серы адской, Антоний, Антоний.

С мертвым Лазарем, Идой ли нам
Допивать предстоит медовицы,
Нет в Вифании мира, к рунам
Тянут перстные кости вдовицы.

Мел веретищ, серебряных жал
И не прячет холодную талость,
Август губ сеих мирру стяжал,
Смерть приимет одна эту алость.

Аватара пользователя
Франсуа
по чётным - академик
по чётным - академик
Сообщений в теме: 3
Всего сообщений: 1176
Зарегистрирован: 14.11.2014
Образование: школьник
Откуда: Эстония
Re: Эфемериды

Сообщение Франсуа » 14 июн 2019, 15:48

Во-1-х, давно хочу сообщить, что эти эфемериды мне дико нравятся. Так что спасибо. А про путрамент я думаю, что это новоизобретённый латинизм по образцу парламент, регламент, фундамент... Образованный от putreo, trui, —, ere [puter] — «становиться хрупким, разрушаться, дряхлеть» (annis corpus putret Acc, Pac). Т. е. «то, что разрушает».

Кстати, само слово мне и просто по звучанию кажется каким-то зловещим, и в стихах я его предпочёл бы увидеть в контексте типа «Сей путрамент и тёмные реки».

Если кому интересно, вот значения слова puter, от которого, по мнению латинского словаря, произошёл глагол putreo:
puter (putris), tris, tre [pus]
1) гниющий, гнилой, прогнивший (fanum H; poma O); гноящийся (ulcus CC);
2) трухлявый, хрупкий (saxa Sen); рыхлый (solum V); сыпучий (arena Col);
3) увядший, дряблый, вялый (mammae H); дряхлый (anima Prp);
4) тусклый, мутный (oculi H): in Venerem p. Pers утопающий в разврате.
Вероятно, когда-то в иезуитском колледже такую фамилию дали хулиганистому подкидышу. Чтобы пометить шельму :D
Меня ужасает вечное безмолвие этих бесконечных пространств!

Автор темы
silverpoetry
старший писарь
старший писарь
Сообщений в теме: 12
Всего сообщений: 16
Зарегистрирован: 23.05.2019
Образование: высшее гуманитарное (филологическое)
Re: Эфемериды

Сообщение silverpoetry » 28 авг 2019, 19:12

ЯКОВ ЕСЕПКИН

Ad modum

• «Выдвижение Есепкина на соискание Нобелевской премии по литературе за 2020 год – прерогатива ведущих мировых институтов славистики. Было бы ошибкой в данном вопросе отдавать инициативу России.»
Ч. Лернис

I

Ирод ждет нас в своех пировых,
Что и звездным гостям пожалеют,
Мы одни меж увечно живых,
Наши вретища барвою тлеют.

Вишни, вишни, куда и бежать
От сукровицы темной и вишен,
Бледным дивам персты не разжать
С ядом, пир их и будет возвышен.

А начнут фарисеи вести
По начинью цикуты ночные,
Мы на раменах в червной желти
Диаменты явим ледяные.

II

Из Парфянского царства теней
Убежим, восклицая аурность,
Где альтанки – юдоли темней,
Где пиров золотая бравурность.

Туне ль ждали нас ангелы тьмы
Ко столам и еминам тлеенным,
Нощных вретищ в кистях суремы
И владыкам не снесть опоенным.

А явимся еще пировать,
О звездах промелькнем у оконниц,
И юдицы начнут сорывать
Цвет диаментный с мертвых колонниц.

III

Белым розам и как отемнеть,
А иные пурпурно-лиловы,
Феям ночи ль во тьме леденеть,
Бутоньерки ловите, шаловы.

Но, гляди, вековые цвета
Затеклись под накатом гуаши,
Наша ветхая кровь солита
Иудицами в битые чаши.

Яко станут мелиться оне,
Юродных завлекать на банкеты,
В ледяном ниспадая огне,
Мы им черные сбросим букеты.

IV

Звезды антики с неба падут,
Станут литии грозно испевны,
И явимся туда, где нас ждут
Одержимые местью царевны.

Азазели в сиреневой тьме
Всеумолчны для парий беспечных,
Се пиры о царице Чуме,
Се пиры о дьяментах присвечных.

Виждь, еще фарисеи белы,
Тусклой чернью еще не превились,
И лиется арма на столы,
Коей присно юдицы дивились.


V

И не виждим тлетворную цветь,
И еще формалином не дышим,
Соведен кто звездами, ответь,
Небовольных сильфид ли услышим.

Сон августа роскошен, кадит
Меж лафитников цветность чадная,
Ах, за нами, за нами следит
Нощно челядь пиров юродная.

А начинет Геката вести
По серебру оцвет для незрящих,
Мы явимся в тлетворной желти
С барвой звезд на раменах горящих.

VI

Апронахи с звездами свое
Отемним воском свеч благовонным,
Се пиры и дворцовий остье
Дышит вретищ подбоем червонным.

Ах, юдольные эти цвета,
Ах, фамильная это призрачность,
Аще ветхая кровь излита,
Нам простят и веселье, и мрачность.

И начнут во пирах вспоминать
Бледных агнцев, украсивших нети,
Это мы, а нельзя нас узнать
В сей горящей жасминовой цвети.

VII

А и поздно благих упасать,
Соклоняясь к свечницам кадящим,
Будем строфы в альбомы писать
Сумасшедшим царевнам неспящим.

Виждь и помни: се наши цвета,
Се лиется от неб червотечность,
Кровь иль мгла во начинье слита,
Паче них лишь вишневая млечность.

Подведут ли невинниц к столам,
Те увидят сквозь морок вишневый,
Как стекает по нашим челам
На букетники мел всечервовый.

VIII

Мы еще пренесемся в Колон
О старизне и посохе зрячем,
И холодную царственность лон,
И высокие небы оплачем.

Что и цвесть, из начиний опять
Яд алкают безумные Иды,
И пенатам каким вопиять,
Лейте нощную мглу, фемериды.

По емине вино сотечет,
Кровью ветхой юдицы упьются,
И заплаканный ангел речет,
Где теней наших ауры вьются.

IX

Вишни, темные вишни горят
В августовском пожаре тлеенном,
Над юдолию сильфы парят,
Сколь чудесно во сне упоенном.

Их неси ко стольницам пустым,
Береника, нам хмель и годится,
Как виньеткам исцвесть золотым,
Где вишневая млечность каждится.

Мы одне круг фарфоров сидим,
Никого, никого не осталось,
И тоскуем, и брашно следим,
Кое с кровью и мглой сочеталось.

X

Бал диаментный, их ли узнать,
Перманентом напудренных ведем,
Суе тени гостей обминать,
Никуда мы теперь не уедем.

Как туманны еще зеркала,
Как еще в них юдицы мелькают,
Аще желть кринолины свела,
Пусть оне во лилеях икают.

Нас любили камены одне,
А равно уберечь и не тщились,
Виждь обводки в мышьячном огне –
Это мы о звездах превлачились.

Автор темы
silverpoetry
старший писарь
старший писарь
Сообщений в теме: 12
Всего сообщений: 16
Зарегистрирован: 23.05.2019
Образование: высшее гуманитарное (филологическое)
Re: Эфемериды

Сообщение silverpoetry » 07 сен 2019, 20:48

ЯКОВ ЕСЕПКИН

Порфирность



• «Открытое письмо Есепкина Владимиру Путину, опубликованное на официальном прокремлевском сайте, отражает печальные реалии эпохи космического интеллектуального упадка. Это приговор Демиурга миру и городу.»
О. Цветков



I

Весел август иль нощь золота,
Иль отравные яства из вишен
Тусклоядных жжет каддиш, места
Очаруют сие, кто возвышен.

Белокровные донны к столам
Подают всеалмазные вина,
Бал великий грядет, зеркалам
Не глава же страшна – горловина.

Их овалам парчовым и мы
Воздадим хоть неполною мерой:
Пара статуй в музее Чумы,
Соклоненных над мертвой химерой.

II

По зерцалам Тиан кашемир
Серебристою мглой сотечется,
Во шелковиях сей ли кумир,
Всетрезвей, кто о мертвых печется.

Эти веи тиснились в басме,
Вейтесь, юны, меж пудр Иоганна,
Льнул этюдный путрамент ко тьме,
Течной кровию ода слоганна.

Одеонов чарницы ль ярки,
Свили тусклые арки виньэты,
И еллинского гипса куски
Наши бледные жгут силуэты.

III

Суе пели демоны святых,
Май грядет, благоденствуй, старизна,
Возглянем со виньет навитых:
То ли наша веселая тризна.

Вновь юдицы, юдицы одне
Пировают о мраморных столах,
Топят лилии в белом вине,
Вишни с ядом вертят на фиолах.

Шелки черные их увили,
Облеклись во царевн домовые,
И всенощно каждятся угли
Вместо звезд, и горят пировые.

IV

Вишни август для мертвых копил,
Пурпур сей мы алкаем впервые,
Будит завтрак Летиций и Пил
Неб аромой, а те – меловые.

Ах, над нами ль смеялись толпы
Слуг дворцовых и челядей неба,
Как алмазные держим столпы,
Хоть несите порфирного хлеба.

Днесь еще алавастровый мел
Истончают вишневые канты,
И темнятся румяна Памел,
И в кимвалы биют музыканты.

V

Наши розы в капрейской сени,
Август их окаймит ли виньетой,
Фриды алое носят, взгляни,
Где сливаются бродники с Летой.

Мертвый воздух смычок и не рвет,
Что резвятся в аллеях Зефиры,
Из аркадий сих Парка зовет,
Цветью красною жалуя клиры.

Лишь серебро сквозь хлеб преломим
И покинем Вифанию летом,
Мало звезд в ней еще и томим
Всякий странник алеющим цветом.

VI

Вновь очнется Петрополь от сна:
Юлы в шелковых гребнях совились,
Ночь пуста, а без емин красна
Пировая, где куфели бились.

Источайте арому, сады,
Мрамр камеи вершат и лелеют,
Ядны столы дворцовой еды,
Нимф чересла на бархатах тлеют.

Заждались парфюмерии Од,
Савских модниц белей фигурины,
И скелеты порфирный комод
Обошли и взбивают перины.

VII

Мелом выведем каморность лиц,
Пудры желтые гейшам отдарим,
Век паяцев и павших столиц,
Туне мы на пирах государим.

Кровь ли вытекла с чел и ланит,
Присно слезы всенощные тают,
Кто в этерии был именит,
Со звездами лишь тех сочетают.

Хоть виждите, виждите во сне,
Как фаянсы пасхальною кровью
Налиются и Цины одне
Льнут юродиво нам к изголовью.

VIII

Май свечами юдоль перевьет,
Звезд всемлечные вспыхнут присады,
И очнемся в остуде виньет,
Елеонские чествуя сады.

Замки мира одесно стоят,
Дождались нас меловницы нощи,
Как диамент еще утаят,
Будем сами темней Людогощи.

И вижди – сколь порфирная мгла
Иудицам хмельным потакает,
И одне мы сидим круг стола,
И по челам серебро стекает.

IX


Виждь Уранию в темных шелках,
У валькирий балы небозвездны,
Твердь горит и в ея потолках
Ярус к ярусу плавятся бездны.

Много кипени белой вверху,
Много бледной на хорах отравы,
Пламена источают круху,
Птицы райские млечно-кровавы.

Свечи золотом стянет Гефест,
Вспомним злато сие пред целиной,
И четверга пылающий крест
Выжжет сумерки белою глиной.

Отправлено спустя 21 секунду:
ЯКОВ ЕСЕПКИН

Порфирность



• «Открытое письмо Есепкина Владимиру Путину, опубликованное на официальном прокремлевском сайте, отражает печальные реалии эпохи космического интеллектуального упадка. Это приговор Демиурга миру и городу.»
О. Цветков



I

Весел август иль нощь золота,
Иль отравные яства из вишен
Тусклоядных жжет каддиш, места
Очаруют сие, кто возвышен.

Белокровные донны к столам
Подают всеалмазные вина,
Бал великий грядет, зеркалам
Не глава же страшна – горловина.

Их овалам парчовым и мы
Воздадим хоть неполною мерой:
Пара статуй в музее Чумы,
Соклоненных над мертвой химерой.

II

По зерцалам Тиан кашемир
Серебристою мглой сотечется,
Во шелковиях сей ли кумир,
Всетрезвей, кто о мертвых печется.

Эти веи тиснились в басме,
Вейтесь, юны, меж пудр Иоганна,
Льнул этюдный путрамент ко тьме,
Течной кровию ода слоганна.

Одеонов чарницы ль ярки,
Свили тусклые арки виньэты,
И еллинского гипса куски
Наши бледные жгут силуэты.

III

Суе пели демоны святых,
Май грядет, благоденствуй, старизна,
Возглянем со виньет навитых:
То ли наша веселая тризна.

Вновь юдицы, юдицы одне
Пировают о мраморных столах,
Топят лилии в белом вине,
Вишни с ядом вертят на фиолах.

Шелки черные их увили,
Облеклись во царевн домовые,
И всенощно каждятся угли
Вместо звезд, и горят пировые.

IV

Вишни август для мертвых копил,
Пурпур сей мы алкаем впервые,
Будит завтрак Летиций и Пил
Неб аромой, а те – меловые.

Ах, над нами ль смеялись толпы
Слуг дворцовых и челядей неба,
Как алмазные держим столпы,
Хоть несите порфирного хлеба.

Днесь еще алавастровый мел
Истончают вишневые канты,
И темнятся румяна Памел,
И в кимвалы биют музыканты.

V

Наши розы в капрейской сени,
Август их окаймит ли виньетой,
Фриды алое носят, взгляни,
Где сливаются бродники с Летой.

Мертвый воздух смычок и не рвет,
Что резвятся в аллеях Зефиры,
Из аркадий сих Парка зовет,
Цветью красною жалуя клиры.

Лишь серебро сквозь хлеб преломим
И покинем Вифанию летом,
Мало звезд в ней еще и томим
Всякий странник алеющим цветом.

VI

Вновь очнется Петрополь от сна:
Юлы в шелковых гребнях совились,
Ночь пуста, а без емин красна
Пировая, где куфели бились.

Источайте арому, сады,
Мрамр камеи вершат и лелеют,
Ядны столы дворцовой еды,
Нимф чересла на бархатах тлеют.

Заждались парфюмерии Од,
Савских модниц белей фигурины,
И скелеты порфирный комод
Обошли и взбивают перины.

VII

Мелом выведем каморность лиц,
Пудры желтые гейшам отдарим,
Век паяцев и павших столиц,
Туне мы на пирах государим.

Кровь ли вытекла с чел и ланит,
Присно слезы всенощные тают,
Кто в этерии был именит,
Со звездами лишь тех сочетают.

Хоть виждите, виждите во сне,
Как фаянсы пасхальною кровью
Налиются и Цины одне
Льнут юродиво нам к изголовью.

VIII

Май свечами юдоль перевьет,
Звезд всемлечные вспыхнут присады,
И очнемся в остуде виньет,
Елеонские чествуя сады.

Замки мира одесно стоят,
Дождались нас меловницы нощи,
Как диамент еще утаят,
Будем сами темней Людогощи.

И вижди – сколь порфирная мгла
Иудицам хмельным потакает,
И одне мы сидим круг стола,
И по челам серебро стекает.

IX


Виждь Уранию в темных шелках,
У валькирий балы небозвездны,
Твердь горит и в ея потолках
Ярус к ярусу плавятся бездны.

Много кипени белой вверху,
Много бледной на хорах отравы,
Пламена источают круху,
Птицы райские млечно-кровавы.

Свечи золотом стянет Гефест,
Вспомним злато сие пред целиной,
И четверга пылающий крест
Выжжет сумерки белою глиной.

Автор темы
silverpoetry
старший писарь
старший писарь
Сообщений в теме: 12
Всего сообщений: 16
Зарегистрирован: 23.05.2019
Образование: высшее гуманитарное (филологическое)
Re: Эфемериды

Сообщение silverpoetry » 16 сен 2019, 16:17

ЯКОВ ЕСЕПКИН

Пурпур ветхий

• «С высокой степенью вероятности можно предположить, что России не удастся участвовать в номинировании Есепкина на соискание Нобелевской премии по литературе – 2020. Достоверные источники сообщают о первенстве Канады в этом вопросе, именно здесь в текущем году изданы первая и вторая части «Космополиса архаики» и книга «Порфирность», ставшая новой сенсацией художественного мира.»
С. Каро


I

Над коньячною яшмой парят
Мускус тонкий, мускатная пена,
Златовласые тени горят,
Блага милостью к нам Прозерпена.

Винных ягод сюда, трюфелей,
Новогодия алчут стольницы,
Дев румяней еще, всебелей
И не ведали мира столицы.

Мариинка, Тольони сие
Разве духи, шелковные ёры,
Их пуанты влекут остие,
Где златятся лишь кровью суфлеры.

II

Узнаешь, Иокаста, печать,
Отравленных ариек меловость,
Мглы нас будут с Колоном встречать:
Содомитам вчерашняя новость.

Звезды любят вести караван
По юдоли небесной к целине,
Од Марселя тоскующий Сван
И не чает во големской глине.

Лишь молчальницам вещие сны
Тьма подарит, меж шелков очнутся
В неглиже фаворитки Луны
И червицею кос обернутся.


III

Бритвой тусклою правит нисан
Речь камен, благоденствуйте, Ады,
Где и маки земли Ханаан,
Где и лозные спят винограды.

Бойной цветени мало одно
Возалкавшим небес иудицам,
Яд лиют во златое вино,
Се ли нашим урочество лицам.

Мы одне в Гефсиманских садах
Вопием сквозь угольник червонный,
И горит о мраморных плодах
Всекаждящий соцвет благовонный.

IV

Звезд поклонных мелками очесть
И не могут скиталицы нощи,
То юдоль, аониды, как есть,
Сеннаар иль сады Людогощи.

Виждят юны: се гипс, зеркала,
В коих тлела юдиц червотечность,
Звезд присада нещадной была,
Неба стоят аллеи и млечность.

Как еще налетят ангелки
Доставлять отходные емины,
Узрят – с гипсом тлеются мелки
И серебро течет на язмины.

V

Столы нищенских яств о свечах
Тени патеров манят, лелеем
Днесь и мы эту благость в очах,
Ныне тлейся, беззвездный Вифлеем.

Яства белые, тонкая снедь,
Пудра сахаров, нежные вина,
Преложилась земная комедь,
А с Лаурою плачет Мальвина.

Дщери милые ель осветят,
Выбиются гирлянды золотой,
И на ангельских небах почтят
Бойных отроцев млечною слотой.

VI

Будуары оставят свое
Удушенные девы, путрамент
Чаровской наведут и остье
Меловое унижет диамент.

Змеи в перстных ли винах свились,
Пировые ломятся от снеди,
Где и выпечка Эммы, белись,
Темный яд, благоденствуй, миледи.

Сколь узрим Ироиду, с мелком
Заносящую яд во лавастрах,
Это вечность – цвели мы тайком
И канвы оттенили на астрах.

VII

Снова челяди гасят огни,
Циты злобные в пирах филонят,
Белоядные ль пряди они
С ангелочками нашими клонят.

Мило феям оперcным тлееть,
Дожидаться финала сиесты,
Зри, камена, хрустальную плеть,
Что и суе темнить палимпсесты.

Мы чудесную выбрали ель,
Хвои ярусы негой сенятся,
Ангелам тридевятых земель
Пусть гранаты зеленые снятся.



VIII

Сотемним голубое вино
Юровыми звездами и падом,
В слоте морочной тлеет рядно,
Что и есть за сеим вертоградом.

Что и мертвых ли ждать ко столу,
Здесь юдицы всегда балевали,
На обсидах тиранили мглу,
Вопиясь, виноградом блевали.

Ангелочки по нивам златым
Пролетят, ах, певцов не ищите,
Се и мы – под терновьем свитым,
Всяк тлеется о мраморном щите.

IX

Вновь горят золотые шары,
Нежно хвоя свечная темнится,
Гномы резвые тлят мишуры
И червицей серебро тиснится.

Алигъери, тебя ль я взерцал:
Надломленный каменами профиль,
Тень от ели, овалы зерцал,
Беатриче с тобой и Теофиль.

Ах, останьтесь, останьтесь хотя
Вы ночными гостями в трапезных –
Преследить, как, юродно блестя,
Лезут Иты со хвой необрезных.

Автор темы
silverpoetry
старший писарь
старший писарь
Сообщений в теме: 12
Всего сообщений: 16
Зарегистрирован: 23.05.2019
Образование: высшее гуманитарное (филологическое)
Re: Эфемериды

Сообщение silverpoetry » 26 сен 2019, 21:31

ЯКОВ ЕСЕПКИН

Алавастр

• «Гений по определению космополитичен, Есепкин в этом смысле не исключение, скорее, исключением были писатели типа Солженицына, что ставит под сомнение их предполагаемую гениальность.»
Г. Тауберг


I

Раскрошили юродские тьмы
Гребни желтые наших полотен,
А и золото сим для Чумы,
С кистью Брейгель,Ероним бесплотен.

Кто успенный еще, алавастр
Виждь и в нем отражайся, каддиши
Нам ли чаять во цветнике астр,
Львы умерли и здравствуют мыши.

Сколь начнут адострастно гореть
За Эдемом белые цесарки,
Мы явимся - камен отереть
И сотлить перстной желтию арки.

II

Нам румяные яблоки, Юз,
Перси желтые спящих царевен
Денно мнятся, прекрасен союз
Нощных фей из гранатовых Плевен.

Фавориток виющейся мглы
Не любили ревнивые музы,
Ночь шелкова, где яств и столы,
Вкруг камеи серебрят медузы.

Хмелен Феб, пасторели мертвы,
Яд в начиние камор ваганты
Излили и со всякой главы
Нимфы червные клонятся банты.

III

Царских дщерей узнают купцы,
Днесь и мы в белой глине им снимся,
О челах золотыя венцы,
Иль во пурпуре ядном тризнимся.

По осанке небесных гостей
Как еще не отметить зерцалам,
Ханаан ли рассеял детей,
Шелк удушенных благостен алам.

Чинят пиры для нас, а одно
Круг снуют и беснуются Моны,
Бьют мрамор и со ядом вино
Преливают на батики оны.

IV

Херсонесская глина целит
Божевольных певцов силуэты,
Изломанные профили мнит
Урания – сие лишь поэты.

Тем безумным глупцам пировать
Весело, цвет алмазы увечит,
С муз картавых ли шелки срывать,
Аще их сумасшествие лечит.

Выжгли свечи незвездный альков,
Мы одне, потакая кармину,
Меж лазорных молчим васильков,
Излияше серебро на глину.

V

Тисов твердые хлебы черствей,
Мак осыпем на мрамор сугатный,
Где и тлеет безсмертие, вей
Наших сводность жжет сумрак палатный.

Шелк се, Флория, что ж тосковать,
Лишь по смерти дарят агоние
Из партера бутоны, взрывать
Сех ли негу шелковой Рание.

В Александровском саде чрез тьмы,
Всекадящие сводные тени
К вялым розам тянулися мы --
Днесь горят их путраментом сени.

VI

Что затихли балы и молчат
Дивы оперы, пассии Феба,
Суе наши тиары влачат
Мыши в цоколи с горнего неба.

Утром Иды откроют свое
Мишурою витые картонки,
Бриллиантовой мглы остие
Виждь, Циана, серебра всетонки.

Премолчавших нельзя уберечь,
Бьют фиолы, кем сера целилась,
Воскричим – и оплачете речь,
Вся она лишь серебром и тлилась.

VII

Несть и мрамра, хотя бы во мгле
Адоносной видны ли святые,
Звезды смерти клонятся к земле,
А пенаты одно золотые.

Вишни Цины сопрятали тще ль,
Их со кровию нашей блудницы
Преливают в араки и эль,
Тлейтесь желтию бойной, стольницы.

Воскресение аще темно,
Яко туне звездам поклоняться,
Пусть шалoвы златое вино
Всеалкают, чтоб сим отемняться.


VIII

Смуглый отрок, младой верхогляд,
Звонко певший висячие сады,
Что и слава мирская, наяд
Царскосельские вспомнят присады.

Нет поэтов глупей и равно
Дуйте, нимфы, в свое окарины,
Се Иосифу хлеб и вино,
Се и нам вековые смотрины.

Из каких еще мрачных глубин
Мы глядим с Николаем и Анной,
Как серебро точится от глин
И над маской тлеет недыханной.

IX

С Ментой в мгле золотой предстоим,
Лишь для цвета она и годится,
Алым саваном Плутос таим,
Гея тленною мятой гордится.

Крысы выбегут хлебы терзать,
Маки фивские чернию веять,
Во столовых ли нощь осязать,
Ханаан ли хлебами воссеять.

Сем путраментом свечки тиснят
В изголовьях царевен синильных,
Яко гипсы кровавые мнят
Всешелковость их лон ювенильных.

Автор темы
silverpoetry
старший писарь
старший писарь
Сообщений в теме: 12
Всего сообщений: 16
Зарегистрирован: 23.05.2019
Образование: высшее гуманитарное (филологическое)
Re: Эфемериды

Сообщение silverpoetry » 10 окт 2019, 20:20

ЯКОВ ЕСЕПКИН

Ночь цветников



• «Совпадения бывают и такими. По истечении Нобелевской недели должен окончательно проясниться вопрос относительно выдвижения Есепкина на соискание Нобелевской премии по литературе за 2020 год (Россия или Канада)».
Л. Осипов


I

Днесь начиния суще мелки,
Вишни рдятся во уснах меловых,
Свечи златом тиснят ангелки
И виются царевны в столовых.

Что литии полнощно звучат,
Мы ль дневные посты не любили,
Александра уста премолчат,
Рот Иосифа глиной забили.

Ах, воспомнят ли дщери когда
Венценосных отцов надэфирных,
Яко мертвая тлеет вода
Меж губами теней их порфирных.

II

Этот бледный октябрь со Звездой
Над Афинами станет лишь сниться,
Челядь мертвою тусклой водой
Розы сбрызнула: им утемниться.

Что в хоромах искать, внесены
Ко стольницам багетные хлебы,
Видишь, Грегор, печать у Луны,
Сватовское начинье – у Гебы.

Яств откушает дворня, уста
Модниц савских прельют меловые,
Бал начнется кошмарный с листа,
Где извеяны мглой пировые.

III

Полон стол, на фаянсовый мрак
Белых яств титул царский низложен,
Шелк пеёт, веселится арак,
Чудна сельдь от лавастровых ножен.

Ах, соникнем, соникнем ко мгле,
Чтоб рубинами выбить макушки,
Щучьи главы, мерцайте с шабле,
К вам ли прянулись мертвые ушки.

Нас лишь бей, тусклый ядъ веретен,
Овиемся червицей альковной,
Пусть влачат златопевцев меж стен
Во тлеющейся пудре церковной.

IV

Мглу пустых царскосельских аллей
Собиенные гипсы уставят,
Кто отроков еще веселей,
Не сие ль всех милее картавят.

Легковесность Француза пьянит,
Петербург ли, волна Черной речки,
Вновь Иосиф бессмертие мнит
И каждят диаментные свечки.

В диаментовом тусклом огне
И молчим о божнице подсвечной,
И ланиты, из гипса зане,
Истекаются желтию млечной.

V

От картавых бежали камен,
Угодили во мрамора нети,
Что грассировать – вешность имен
Фарисейские вспомнят ли дети.

Суе ж. иды, внимаете вы
Содроганье бессонных артерий,
Ждут младенцев кровавые рвы,
Ядъ таите юродских истерий.

Альты нощные тьмы зачехлят,
Востоскуют по мальчикам Юзам,
Пребежим, аще мертвых целят,
С Моргианами к тлеющим узам.

VI

Дионисии, гряньте смелей,
Ядъ к вину подбавляет шиповник,
Норы юный Адонис белей,
Перси жалует царский осповник.

Волны ль по две бегут, жемчуга
Персефона во тьме не считает,
Бьются вновь о зерцалы снега
И молчальниц роскошество тает.

Блеклым золотом с вейною мглой
И прелить битых кубков сомрачность,
Где амур ядовитой стрелой
Тщился выжечь аидок невзрачность.

VII

Се январское таинство мглы,
Течь фольги, меловые сапфиры,
Бланманже и с бисквитой столы,
Где ядят ли, хозяйствуют Фиры.

Как за нами следят со шелков
Злоголосые фри и мелятся.
Мелом вытисним хвойный альков,
Пусть и этим серебром целятся.

Вейтесь, феи, взвивайтесь легко,
Бейте ядом шары солитые,
Потешаясь над вдовой Клико
И макушки темня золотые.

VIII

Сеннаар и не вспомнит святых,
К столам яств поднесенны лилеи,
Виждь, Геката, певцов золотых,
Туне майские вспевших аллеи.

Нет ли сех на голгофской тверди,
Где и вретища столпников тлеют,
Звезды смерти одне впереди,
Вишен ядных князьям не жалеют.

Вместо пурпура – хмель о мурах,
Тьму подвалов сотлили Эолы,
Хоть Гиады в медовых пирах
Пусть узрят наши желтые столы.

IX

Держат ныне столовые мглы
Всетрапезные яства и вина,
Флейт чурались волшебных столы,
Яды тлит в меловом гордовина.

Что убитых и чаять – остье
Сех портальные звезды желтили,
Завершай, гормоза, питие,
Вы сотуне плели апостили.

Нам безсмертие мрамор ссудил,
Акварельных ли ведьм упасаться,
Ид порфировый шелк остудил,
Время с башен их желтых бросаться.

Завада
ВПЗР
ВПЗР
Сообщений в теме: 2
Всего сообщений: 4218
Зарегистрирован: 24.06.2011
Образование: высшее техническое
Откуда: Мать городов русских
Возраст: 47
Re: Эфемериды

Сообщение Завада » 17 окт 2019, 11:10

silverpoetry:
10 окт 2019, 20:20
выдвижения Есепкина на соискание Нобелевской премии по литературе
:shock:
Не беру участь я у війні,
Бере участь війна у мені.
Ох, плутоний! Си дубль-бемоль; При повторах поймёте, в чём соль.

Автор темы
silverpoetry
старший писарь
старший писарь
Сообщений в теме: 12
Всего сообщений: 16
Зарегистрирован: 23.05.2019
Образование: высшее гуманитарное (филологическое)
Re: Эфемериды

Сообщение silverpoetry » 18 окт 2019, 16:21

ЯКОВ ЕСЕПКИН

Терзание лотосами

• «Общество (в исторической ретроспективе) не допускает возвышения истинно великого художника при жизни. Та же история с Есепкиным. Эфемериды всегда летят мимо вечных скульптур.»
Ю. Тауберг




I

.
Мрамор выбьем кусками, венцы
С темных глав преточащие снимем,
Веселятся в трапезных купцы,
А и мы звезд высоких не имем.

Развевайся, нисанская злать,
Май грядет, пусть камены ликуют,
Всецветочным пирам исполать,
Псалмопевцев ли ныне взыскуют.

Ждут к столам нас юдицы во сне,
Тусклым ядом чинят меловые
Угощенья и пляшут одне
Тени их меж свечей неживые.

II

Как и нашу иглицу сотмить,
Золотая она, золотая,
Будем сами царей веселить,
Диаментами хвою латая.

Вновь найти ль во пенаты сие:
Тяжки столы, без яствий ломятся,
Днесь клико от стола Рамбуйе,
В Букингемском царевны томятся.

Тостов ждали, чудесных коляд –
И встречайте, из келихов млечных
Лишь цедят нам архангелы яд,
Чтоб не узрели Циты калечных.

III

Мрамор губ испугает юнцов,
Бельевую оденем старизну
И явимся без морных венцов,
Чти, путрамент, альковы и тризну.

То июльский чарующий зной,
Се худое начинье и вина,
Пляшут звезды над Галой свечной,
В шелке розовом плачет Альвина.

Поспешим хоть бы нощно туда:
Сад златые цетрары качает,
И о каждом бутоне Звезда,
И бессмертие нас величает.

IV

Асфодели во мглу увием,
О столах пусть серебро темнится,
Чад запомнит хотя Вифлеем,
В убиенных и кто усомнится.

Аще кровию пасха каждит
Возлияния эти и хлебы,
Нас Геката еще преследит,
Нощной тьмою сочествуя небы.

Ото звезд мы всестали белы,
А юдицы досель пировают,
И пасхалами теплят столы,
И отравою их заливают.

V


Антикварные виты столы
Чермной патиной, щедро лиются
Яд со пуншем, опять веселы
Четверговки, алкая, смеются.

Ах, зачем нас и мертвых темнить,
Верди, Брамс иль Моцарт восстенают,
В шелках тени сбежитесь казнить,
Сколь молчат и бессмертие знают.

Век паяцев и падших столиц,
Мышъяком шелк испитан червонный,
Хоть следите, как с мраморных лиц
Наших точится мел благовонный.


VI

Вновь Гертруда сувоев белей,
Яд в лакейской готовит Циана,
Челядь злая тащит во келей
Духов Гойи иль див Тициана.

Все ль успели кистей мастера,
Виждь, алкают демоны тлеядность,
Азазелей таит мишура
И юдольных высот неоглядность.

Меж шаров золотых ангелки
Воспорхнут, Циты вмиг объявятся
На помине меловниц легки,
Днесь оне под шелками резвятся.

VII

Май, тюльпаны златые, сюда ль
Убежать нам со камор палатных,
Преливается вишнями даль,
Вьются розы меж листьев салатных.

Это пир, нет обеда скверней,
Швейки торты бело испекают,
Вот и Цина, и яды у ней
Розовые, ах, нёбо ласкают.

Звезды в наших сочатся перстах,
Ядотечную емину внимем,
Тушь на мраморных вспыхнет устах,
Цвет какой мы лишь ядом и снимем.

VIII

По стольницам пасхальным тиснят
Фарисеи каймы золотые,
Лишь червонное золото мнят
Аониды – каждят им святые.

В алом вольные музы ночей,
А глупы и всенощно поэты,
Снопы красных восковых свечей
Небодарствуют эти дуэты.

Се пасхалов холодная тьма,
Се обручники воск навивают
По столам, и течет сурема,
И во нощность ее изливают.

IX

.
Тушь парфянскую выцветит мгла,
Лорелея холодную пену
С дев смахнет, круг пустого стола
Соберемся - воспеть Прозерпену.

Сицилиек балует июль,
Вишен сем, пусть резвятся менины,
Вновь утопленниц ищет Эркюль,
У мадам Бовари именины.

Днесь и мы яды эти пием,
Цин в зерцалах следим червотечность,
И тоскуем о веке своем,
Преливая вишневую млечность.

Автор темы
silverpoetry
старший писарь
старший писарь
Сообщений в теме: 12
Всего сообщений: 16
Зарегистрирован: 23.05.2019
Образование: высшее гуманитарное (филологическое)
Re: Эфемериды

Сообщение silverpoetry » 26 окт 2019, 20:56

ЯКОВ ЕСЕПКИН

Готика

• «Великие книги отличаются от обычных цветом горения. Так время подает сигнал вечности. И это есть тайная печать, некая тайная символика. Только книги более чем великие не горят в материальном и метафизическом пространстве. Книги Есепкина именно такие.»
М. Романова

I

Ель всекрасная, слава твоем
Изумрудам и бархатным свечкам,
Спит юдоль, надарил Вифлеем
Ярких шишек сребристым овечкам.

Темной хвои серебро, веди
Нас в погибель, иных персонажей
И не видно с одесной тверди,
А тлеется лишь мел картонажей.

Всё таили румяна и яд,
Берегли мелованные тесьмы,
Негой белых увили наяд
Мглу шаров – со гирляндами, здесь мы.

II

По ланитам не слезы текут –
Золотые ли, червные мелы,
Воски юных прелестниц влекут,
Шумны вновь именитства Тамелы.

Собирайтесь в этерии мглы,
Девы ночи, седые царицы,
Ждать устали геральдов столы,
Точат хлебы и вина корицы.

Мирт ложится на вечный сервент,
Померанцы увили камеи,
И мешают коньячный абсент
С тусклым ядом персты Саломеи.

III

Новогодие ль мы не прешли,
Вижди – в слоте пустая аллея,
Розы Асий, клонясь, оцвели,
Где и скалы твое, Лорелея.

Всё щелкунчики пляшут и хлеб
Точат крысы от яда хмельные,
Сотемнились архангели неб,
Пирования славя земные.

Мертвых, мертвых зерцайте певцов
Со желтыми хотя бы венками,
Как не станет у Бога венцов –
Одарим персть и звезды цветками.

IV

Золотая макушка чадит,
Се гирлянды фиванские тлятся,
Модераторов кто ж преследит,
Веселятся они, веселятся.

Аще внове согибель черна,
Сколь не узреть Афин и Элатов,
Гей, несите гусей и вина,
Утки в яблоках паче салатов.

Гипс кровавый и снять ли с Милен,
Тарских амфор всебледные чресла
Их шелками текут до колен,
Где дворцовая мрачность воскресла.

V

И опять меловые балы,
Тьмы наперсницы любят веселость,
А и мы не к добру веселы,
Маковей, Ханаанская волость.

На Монмартре еще бередят
Сны холстов живописные тени,
За отроками нимфы следят,
Канифолят басмою ступени.

Плачет грузная Ита, в бокал
Тщится яду подлить, цепенея:
Что ж сотусклый игольник всеал,
Ах, влекли нас по хвоям до нея.

VI

Нежтесь, девы, на ветхих шелках,
Померанцы балов ли, камеи
Согревайте в холодных руках,
Любят камни и лядвия Змеи.

Лишь Киприда за мрамором вод
Бледным юношам ночью тризнится,
Мглою хоровой дышащий свод
Вечно царским любимицам снится.

Как хотели мы ярко цвести
И обеливать рамена ваши,
Хоть виждите – гнием во желти,
По зерцалам серебро лияши.

VII

Сень пустых царскосельских аллей
Петь ли смуглому отроку внове,
Ах, букетики темных лилей
Уроним и почием во Слове.

Бей начинье, июль, это мы
Восхотели и вишен, и лилий,
Се пенаты иль Рима холмы,
Сном каким обманулся Вергилий.

А и туне певцов соглядать,
Сколь пием из цветочниц столовой,
Аще будут камены рыдать
Над старизною нашей меловой.

VIII

Розы Асии, ссыльный Колон,
Удушенных владык пировые,
Нас дождитесь, еще Аполлон
И не пел, и сумрачны живые.

Антикварные эти столы
Ныне певческим отрокам снятся,
Всё диаментом блещут балы
И аллейные гипсы темнятся.

Выйдем в мглу августовских присад,
Где каморный фаянс багровеет,
И вишневый чарующий сад
Нас тлеенным серебром овеет.

IX

Торопятся пустые гробы
Изукрасить каймами златыми,
Небовольной любови рабы
И рекли нас великосвятыми.

Только рано ещё пировать,
Желть лилейная помнит ли сады,
Будут розы с гербов урывать –
Прекричат и забьются Гиады.

Как явимся в убойной росе,
О серебре и мертвой лазури,
Смерти жало на хладной косе
Узрят жницы и косари бури.

Автор темы
silverpoetry
старший писарь
старший писарь
Сообщений в теме: 12
Всего сообщений: 16
Зарегистрирован: 23.05.2019
Образование: высшее гуманитарное (филологическое)
Re: Эфемериды

Сообщение silverpoetry » 16 ноя 2019, 17:13

ЯКОВ ЕСЕПКИН

Скульптурность

• «Гениальность – это норма, все остальное есть отклонение от нормы. Моэм слегка лукавил, однако книги уровня «Космополиса архаики» подобное лукавство оправдывают»
К. Привалов

I

Хоры чествуй, атрамент земной,
Лишь бутон леденится бутоном,
Нас оплачет Петрополь больной,
Восклоняясь над желтым бетоном.

Всё тлетворные свеи парят,
Всё пируют одесно живые,
А и суе шелково горят
Содомитские те пировые.

Как и вылить алмазность письма,
Урания светильники прячет,
И Рагнеда иль Парка сама
Над тенями повешенных плачет.

II

Се гусыни кургузые Фив
Тьмы бежали и точат алмазы,
Франц ли замок спалит, феям Ив
Не минуть, не услышать намазы.

И смотри, что истлело – горит,
Алых свечек пугаются Ниты,
Осень римская лишь воспарит,
Станут вервие жечь меццониты.

Хлебы несть, бесноватые фри
Пьют со красных бокалов алмазность
Дев иных, а сейчас не смотри:
Тлен вбирает их тусклую праздность.

III

Яшма с золотом, блеклый нефрит
Иль опалы: еще бриллианты
Льнут к столам и черника горит,
А в салатницах майские фанты.

Девы грезили век об ином,
Все у юной томятся Киприды,
Белошвеек напутствует гном,
Тушь платков гасят желтию Фриды.

Тех ли Ад роковой посещал,
Цесаревнам коньяк соливали
Те ль Гиады, каких и прельщал
Цвет августа под мраком вуали.

IV

Это лотосов тусклая мгла,
Се забвенные маков головки,
Юровая ль сирень доцвела,
Пишут кровию наши оловки.

Аще звездный июль не вернуть,
Аще тлеют вретища льняные,
Свечки будем иродские гнуть,
Воски их совивать ледяные.

Виждь еще – просфоры запеклись
Ядной чернию маковой течи,
Где пиры всенощные теклись
И каждили отравные свечи.

V

Тушь коринфская мела белей,
С темных вечности нимбов не сходит,
Фавны пали, а всё Апулей
Атраменты златые обводит.

Краснозвездное лейте вино
По устам ли, всемимо, камены,
Испились мы и сами давно,
Кровь слили на востребу измены.

Кущ садовник превывел сей хмель,
Виждь алмазность любви и коварство,
Где за тридевять тленных земель
Нас влекли в тридесятое царство.


VI

Вновь шампанское матовый тлен
Обнимает на вечере течной,
Ах, не плачь, Брисеида, вселен
Блеск в отца пред Цирцеей увечной.

Где владетели ветхих сеней –
Расточились по нетям колонским,
Феи блещут, а сонмы теней
Шлют воздушность звездам каталонским.

Одеяния смерти падут,
Циний мглы во оцветник сольются,
Мы приидем туда, где не ждут
Нас камены, где Иды виются.

VII

Серебро, это желть серебра,
Антиохии роза жива ли,
Как тлеется еще мишура,
Где со Вакхом и мы пировали.

Романической девы чиста ль
Пудра лунная в мертвой целине,
С Бонапартом гуляет де Сталь,
Кесарь тайно спешит к Мессалине.

Тусклый елочный перстами снег
Ангелки, cсеребрясь, перевели,
И горят померанцы от нег
Страстных див, обращенных во ели.

VIII

Звезды ночи фаянсы темнят,
Виноград меж суповниц блистает,
Нас царевны ль успенные мнят,
Юность втуне Аид сочетает.

Как и музам оставить певцов,
Как алмазы предать чечевице,
Хоть явимся без горних венцов –
Нощно в мраморной тлеть сукровице.

Девы звездность всеюные чтут,
Яко цвет и помады истлеют,
Пусть во рамена тальки вплетут
Им с звездами, о коих белеют.

IX

Ядъ прелестницы выпьют ночной
И положат веселию длиться,
Эльфы в башнях юдоли земной,
Где возможно увечным целиться.

Небокрылые духи войны
Се горят во асийской старизне.
Вселегки о Петрополе сны,
Их ли помнить у Клио на тризне.

Расточатся худые щиты,
Мел от гипсов по темным аллеям
Истечет и желтицею рты
Нам зальют, потакая лилеям.

Автор темы
silverpoetry
старший писарь
старший писарь
Сообщений в теме: 12
Всего сообщений: 16
Зарегистрирован: 23.05.2019
Образование: высшее гуманитарное (филологическое)
Re: Эфемериды

Сообщение silverpoetry » 08 дек 2019, 16:25

Яков ЕСЕПКИН

К Аннабель


• «Это гений торжественного слога, дающий классические уроки хрестоматийным плеядам Золотого века русской поэзии».
А. Бахтина


I

Вдоль сугробов меловых гулять
И пойдем коробейной гурмою,
Станут ангелы чад исцелять –
Всяк охвалится нищей сумою.

Щедро лей, Брисеида, вино,
Что успенных царей сторониться,
Шелки белые тушит рядно,
Иль с демонами будем цениться.

Золотое начинье тисня
Голубою сакраментной пудрой,
Яд мешая ль, узнаешь меня
По венечной главе небокудрой.

II

Буде пир, воздвигайте столы,
Дайте канторам яблок румяных,
Мак по хлебам тиснен, фиолы
Веют негою вишен всепьяных.

Золотая парча обернет
Донн алмазных и граций меловость,
Лишь веселие к фижмам и льнет,
Разве яд обещает суровость.

Чресла юных чудесниц белей
Свеч в альковах и персевых лилий,
И точится душистый елей
С медальонов пустых надмогилий.

III

Май порфирный лиется, кадит,
Хлебов млечных юдицы алкали,
Ах, за семи ль архангел следит,
Суе им небеса потакали.

Содвигайте столы, для камен
Мы живые, где ауры тают,
Во тлеющейся пудре меж стен
Тени мертвых колодниц летают.

Их ли в мае всезвёздность влечет
К пировым и фамильным аллеям,
Где лишь кровь наша присно течет
По фаянсам и темным лилеям.

IV

Эльфы белые нас ли найдут
По кровавым сеим апронахам,
Юны отроков аще блюдут,
Пусть вино доливают монахам.

Как еще диаменты горят,
Как веретища тлятся звездами,
С нами ангелы всё говорят
И эдемскими грезят садами.

Пусть хотя бы пия веселей,
Иудицы, восчествуя песах,
Нас узнают о слоте аллей –
Со диаментом в мертвых очесах.

V

Амстердама ль пылает свеча,
Двор Баварский под сению крова
Млечнозвездного тлеет, парча
Ныне, присно и ввеки багрова.

Книжный абрис взлелеял «Пассаж»,
Ах, напротив толпятся юнетки,
Цель ничто, но каменам форсаж
Мил опять, где златые виньетки.

Аониды еще пронесут
Наши томы по мглам одеонным,
Где совидя, как граций пасут,
Фрея золотом плачет червонным.

VI

Только пир и веселие, тьмы
Пусть лелеют свое перманенты,
Сколь царей извили суремы,
Несть к стольницам геройские ленты.

Волны злые, несите вдове
Желчь гранита и холод муаров,
Кто еще без царя в голове:
Се начинье и кровь будуаров.

Август мороком выбьет замки,
Диамент со шкатулок ольется,
Прекричим сквозь мраморов куски –
Так алмазность векам достается.

VII

Яд готовь, Хрисеида, к столам,
Аще рано во цвете явиться,
Будем каддишей мглу зеркалам
Соливать и неречно язвиться.

То зерцальники – панны одне
Там свивают с червленою молью
Плесень вечности, в белом вине
Фурий точатся профили смолью.

Все невесты лишь царские, сем
Тушат веями холод зеничный
Пудры темных ланит и по всем
Плеснь виется и морок темничный.

VIII

Христиания млечность лиет,
Золотые шелка оторочим
Сотлеенной червицей виньет,
Яко небеси Божие прочим.

Свечки наши юдольно темны,
Желти лилий Геката страшится,
К небесам рамена взметены,
Вакх ли сех упоить и решится.

Будут в куфели тьму наливать,
Будут звезды тиранить огнями,
И явимся к столам – балевать
Со лилейно-златыми тенями.

IX

Злобный Мом, веселись и алкай,
Цины любят безумную ядность,
Арманьяка шабли и токай
Стоят днесь, а свечей -- неоглядность.

На исходе письмо и февраль,
Кто рейнвейны любил, откликайтесь,
Мгла сребрит совиньон, где мистраль
Выбил тушь, но грешите и кайтесь.

Цина станет в зеркале витом
Вместе с Итою пьяной кривляться,
Хоть узрите: во пунше златом
Как и будем с мелком преявляться.



• В 2019 году в разных странах мира впервые изданы книги запрещенного в СССР культового андеграундного русского писателя Якова ЕСЕПКИНА. Международные авторы – академические критики, литературоведы, слависты – ставят их в один ряд с выдающимися памятниками всемирной литературы. Электронную версию книги «Порфирность», вышедшей в издательском сервисе «Ridero», вы можете приобрести в Интернете на платформах Ridero, Amazon, ЛитРес и партнеров.


Ответить Пред. темаСлед. тема