Литературный клуб (публикации авторов)Трилогия «М О Р Е Х О Д К А». Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ». Глава 7. Морской Пикник. 18+

Раздел для публикации и обсуждения литературных работ всех желающих.
Внимание! Сообщения, состоящие лишь из ссылки на авторские страницы, удаляются. Также запрещена публикация произведений без участия в дальнейшем их обсуждении

Модератор: Сергей Титов

Автор темы
Мореас Фрост
начинающий литератор
начинающий литератор
Сообщений в теме: 10
Всего сообщений: 67
Зарегистрирован: 09.01.2020
Образование: высшее техническое
Трилогия «М О Р Е Х О Д К А». Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ». Глава 7. Морской Пикник. 18+

Сообщение Мореас Фрост » 14 янв 2020, 02:27

Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ». Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК. Часть 1. Везёт Дерзким, Смелым и Находчивым!
Мореас Фрост



Т Р И Л О Г И Я «М О Р Е Х О Д К А»



«Пусть погибнет вся империя,
для меня ты - весь мир»
(Марк Антоний, консул Древнего Рима)



Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ»



ДЕРЗКИЕ СТРАСТИ (переходного возраста)


Главный Герой задумал чрезвычайно смелое
и дерзкое предприятие и поставил себе очень
даже нелёгкую задачу - вывезти свою любимую
Варику на баркасе в заповедные места, чтобы
на не осяжных морских просторах подальше от
суеты, весело и интересно, в непринуждённой
обстановке, а главное, необычайно и памятно
отпраздновать её тринадцатый День рождения.
А ведь оно, действительно, того стоило. Вот
только плюс к его азарту и жгучему желанию,
а затем и благополучным увещеваниям Варики,
она-то сама лично была как раз и не против,
но, в противовес воле и жизненным принципам
её грозного папаши, их лихая затея могла бы
и не сыграть. Но, как бы там ни было, всё у
них получилось самым благоприятным образом,
фортуна улыбалась им по всем фронтам. Хотя,
по правде сказать, позволь он себе накануне
слабинку, не будь он пожёстче с отцом, вряд
ли сие важное мероприятие выдалось бы столь
победоносно осуществимым. Но, как частенько
любил говорить сам Герой, «всегда и во всём
везёт дерзким и смелым, а ещё находчивым»


Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК

Часть 1. Везёт Дерзким, Смелым и Находчивым!

Одиннадцатого июля у моей ненаглядной Варики был очередной День рождения. Ей исполнялось 13 лет. Она была старше меня ровно на три месяца. Мне очень хотелось преподнести ей к этому дню что-нибудь этакое славное и в то же время неожиданное, чего ещё никогда не было в её жизни и чего она ещё ни разу не испытывала. Я задумал вывезти её на нашем баркасе в море, на Арабатку, на пикник, на целый день.
Я точно знал, что у моей любимой, с её своеобразным, несколько изолированным стилем жизни, вряд ли могли иметь место подобные мероприятия. И эта поездка, действительно, могла бы стать для неё не только чем-то новым, а настоящим незабываемым приключением. Ну что иное сможет с этим сравниться? Какая-то подаренная мною безделушка?! Это лишь минутная радость. А назавтра можно толком и не вспомнить о ней... А тут настолько неординарное событие в нашей жизни... Такое бывает не каждый день, и запоминается надолго, быть может, на всю жизнь. И потом, не беря во внимание частностей, мы были бы фактически предоставлены самим себе. Ну, разве что мой отец?.. Без него, к сожалению, было никак не обойтись. Кому-то надо было лодкой управлять. Но я не считал, что его присутствие станет для нас какой-то серьёзной помехой. Самое ценное и главное – мы с Варикой были бы вместе, к тому же целый день! Да ещё и в морской стихии, настолько любой моему сердцу. Это здорово! Сие предприятие я задумал на день раньше её домашнего официального торжества, на 10-е число. Это выпадало как раз на субботний день.
Для начала надо было «уломать» отца. На этом этапе пути к моей цели я наткнулся на определённую преграду. Он ни в какую не соглашался на мои увещевания – у него на этот день имелись какие-то свои запланированные дела. Отступать в мои планы не входило, ну, никак, не было других вариантов, и я решил взять его измором. Свою кампанию я начал заблаговременно, и, ежедневно капая ему на мозги, так его донял, что он, не выдержав моего прессинга, в конце концов «сдался», перенеся свои дела на другой день.
Вторым пунктом моей программы было уговорить ехать на пикник саму Варику. Даже не столько её (это было значительно легче). С такой задачей, пусть и с определённым «скрипом», как-то можно было справиться. Уболтать её – ещё полдела. Основным, как я считал, это – создать по возможности правдивую легенду для её родителей. Они ревностно бдили каждый «потусторонний» её шаг. Понятно, слишком был высок для них риск скомпрометировать, прежде всего, себя, свой имидж, случись что с их дочкой. Учитывая высокое служебное положение отца, «там», «наверху», даже самая мелочь играла значение.
Накануне, в пятницу, при встрече с Варикой я поведал ей о моей грандиозной задумке. Её реакция была вполне прогнозируемой.
- Славушик, ну, ты же знаешь, что это означает... Я должна обмануть своих родителей, ведь так?!
- Ну, почему сразу «обмануть»?! И да, и нет... Ты можешь сказать дома, что наш класс вывозят на прогулку на катере, на пятый километр Арабатки. Там, на берегу, будем дружно отдыхать под присмотром... Ну, и всё такое... Какая разница, в принципе, на катере или на баркасе, всем классом или только с одним из класса, в сущности?.. Что в итоге меняется?
- Ну, я прямо не знаю, что и делать… Мне БЕЗУМНО хочется с тобой на природу попасть. Но всё равно всё это откроется… Это будет ужасно!.. Опять же отец может навести справки, он такой… Он постоянно нас с мамой держит под контролем!..
- Варика, солнце моё, давай не будем думать заранее о плохом и паниковать. Мы для начала хотя бы просто попробуем, и всё! И будь, что будет!.. Ну, не казнят же они тебя за это в конце-то концов?! Зато, если у нас всё получится, этот день останется в твоей памяти навечно, ты уж точно не забудешь его ни в жизнь, никогда! Это будет настолько здорово, настоящий праздник для тебя, для нас с тобой, а не какое-то обыденное надуманное застолье. Меня ведь за тем своим праздничным столом ты, согласись, не увидишь. А так... мы будем вместе праздновать твой радостный День, правда, на один денёк раньше. Ну, разве не стоит это какой-то мелочной обмолвки для твоих излишне суровых родителей?! Даже если потом и возникнут какие-то мелкие неприятности! Ну же, милая, решайся!..
Конечно, я был убедительным, и моя ненаглядная подружка окончательно «загорелась» моими имеющими под собой желанную почву убеждениями. Не только она, я тоже мог неплохо и аргументированно воздействовать на объект своего обожания. Мы договорились, что вечером она мне позвонит по телефону и расскажет, как у неё всё прошло.
К нашей общей удаче отец Варики накануне выехал из города на несколько дней по своим срочным делам. А с матерью ей оказалось «бороться» намного проще. Та и в мыслях (простая женщина!) не держала, что дочка может слукавить ей. И, естественно, собрала для неё всё, что необходимо в предстоящую завтрашнюю дорогу.
Всё у нас исключительно удачно сложилось. Путь к нашим желанным увеселениям по торжественному случаю был окончательно открыт! Да здравствует ложь во имя славно сбывающихся сокровенных желаний! Ура-а-а!!!
Всю пятницу я целый день целиком с головой потонул в предстоящих волнительных предсубботних сборах. Моя несчастная денежная копилка безоговорочно обанкротилась в полном своём объёме. Я накупил прорву разных сладостей и кучу бутылок лимонада. Ещё выпросил у отца недостающую мне мелочь на мороженое, которое планировал купить уже на месте, на Арабатке. Там, в посёлках, были магазины. Я, разумеется, не знал наверняка, куда мы в конечном итоге зарулим. Но там, считай, для нас всё было рядом, не проблема. Ну, а мать уже наготовила нам с отцом в дорогу разной еды и даже по моей просьбе испекла небольшой тортик. Она, естественно, тоже была в курсе моей предстоящей эпопеи и не желала ударять в грязь лицом перед «неожиданной» элитной гостьей. Спасибо ей большое за участие!
Но самым трудным для меня оказалось - где-то раздобыть цветов для Варики. Я знал, она без ума от роз, особенно ярко алого цвета. А как же было без них в такой день? Это стало для меня очень проблематично. В свободной продаже цветов не было. Цветочных магазинов или киосков не существовало. На рынке тоже как таковой торговли цветами не вели. Тем более, в послеобеденное время. Не ходить же по частным дворам с протянутой рукой, хоть, конечно, и за деньги… Я решился на совсем отчаянный, нестандартный шаг. Перед самым главным в городе зданием – городским райкомом партии - я как раз накануне приметил, распускались шикарные красные розы. Их там было тьма-тьмущая. Конечно, полностью распустившиеся - мне были не нужны. Я прекрасно понимал, что при такой жаре не уберегутся до нужного мне момента – завянут. Значит, необходимо было, чтобы ещё в бутонах, чтобы только-только начали оживляться. И вот в очень поздний вечер, практически ночью, вооружившись ножом, проявляя крайнюю осторожность, при свете луны я блестяще провёл эту операцию. Срезал ровно 13 штук, с не очень длинными черенками, чтобы легче было их транспортировать на пикник. Довольно приличный и тугой букетик получился. По приходу домой положил их в таз с водой, чтобы не подсохли и набрались влаги.
Волнение, связанное с предстоящим торжественным пикником, сильно меня «расколебало». Засыпал я трудно, всё время голову сверлили навязчивые мысли о завтрашнем знаменательном дне, волновался, соображал, всё ли подготовил, как надо, всё ли учёл… Спал неважно, слегка не выспался. Но это были для меня совсем незначительные мелочи жизни.


И вот он, этот день, наступил… Погодка была на загляденье превосходной. Она откровенно шептала нам: «Это - ВАШ день»! Она, как и всё остальное, столь удачно сложившееся для нас, благословляла. По небу двигались лишь отдельные небольшие облачка, а тот освежающий лёгкий ветерок был нам только на руку. Не будет излишней духоты.
К девяти часам я уже с радостью держал ладошку Варики - в своей. А ещё минут через двадцать мы уже ступали на борт давно заждавшегося нас красавца-«лайнера».
Варика поначалу очень тушевалась перед моим отцом, слегка нервничала. Дальше, уже по мере общения, «барьер» сам собой исчез. Отец мой, в принципе, был товарищем церемонным (ещё в свою бытность учёбы в военном училище манерам обучен) и не навязчивым, к тому же достаточно простым (сказывалось пролетарское происхождение), с ним можно было иметь дело. Правда, тут ещё и мать ненароком подвизалась проводить нас. Она впервые, впрочем, как и отец, наконец-то воочию улицезрела мою подругу. Варика тоже никогда не видела моих «предков», по крайней мере, вблизи. Мы вот уже без малого два года вместе, а о её существовании они знали чисто гипотетически. Хотя я в своё время, конечно же, был вынужден сообщить им кое-что о ней. Ведь пропадал у неё не на шутку часто и подолгу. Любопытство, разумеется, вполне естественное для любой матери – и с кем это всё свободное время якшается её дитя? И вот наконец оно было удовлетворено с лихвой. Я торжественно представил свою «скрытную» Варику, немало смущённую, моим «измученным» любопытством родителям, познакомив её с ними.
Но, вероятно, реальная действительность явно превзошла самые смелые их ожидания, хотя я абсолютно и не скрывал, что Варика – очень красивая и видная девочка.
Мать, завидев перед собой откровенно милое и необычайно очаровательное создание и обнаружив нешуточное смущение на лице моей неординарной спутницы, видимо, больше уже ничего не могла сказать, кроме как пожелать нам приятного путешествия и быстренько ретироваться. Наверное, моя бедолашная мамулька целиком обомлела от такой откровенной непосредственности и столь неприкрытой красоты. Видать, сильнейшее впечатление на неё произвела моя Варика. И, хвала Богу, что своевременно ретировалась! А ещё лучше, что не стала настаивать на своём обязательном участии в нашей поездке. А, по всему было заметно, хотела. Но, я так подозреваю, к её неучастию в нашем мероприятии свою дружественную «руку помощи» невольно приложил отец. Не дала бы она ему желаемой вольницы в нашей поездке.
И в самом деле, на Варику сегодня не то что приятно было посмотреть. Ею легко можно было залюбоваться. Одевали её всегда подчеркнуто нестандартно и изысканно. Понятно, гардероб Варики был далеко не местного пошива. Всё – с метками «made in...». Все её вещи были весьма добротные и, можно сказать, экстравагантные. Разумеется, внешкольные. Хотя она вовсе не стремилась щеголять перед кем-то, как некоторые её соратницы по классу, меча бисер в глаза. И старалась, к примеру, со мной гуляя по городу или идя куда, одеваться как можно проще. Но, увы, мало чего простого из вещей у неё было под рукой. Хочешь не хочешь, а от статуса своего ей было не оторваться окончательно. Но, мне кажется, её хоть в дрянные лохмотья одень, всё одно её стать и происхождение никак не скроешь.
Вот и сейчас на ней был тонкий льняной сарафанчик поверх ещё более лёгкой беленькой шёлковой блузочки с отложным закруглённым воротничком. На ногах – добротные мягкие удобные, все в мелкую дырочку, весьма подходящие для подобных мероприятий, мокасинчики того же, светлого льняного качества, из которых выглядывали белые короткие носочки, слегка выступающие наружу, с кружевами по верху. Свои длинные пышные волосы она уложила в компактный «хвост», закрепив заколкой, чтобы они ей не мешали, не рассыпались. Её и без того необычайно очаровательный внешний вид умилительно довершала чудная светлая невысокая с небольшими полями, с широкой розовой ленточкой по окружности соломенная шляпка из рисовой соломки, с того же, розового цвета, но тонкими завязками под подбородком. В общем, смотрелась она под стать её событию нарядно, можно сказать, празднично, хотя и не совсем созвучно с условиями нашего похода, по крайней мере, мне так показалось. Несколько особняком смотрелся лишь длинный изящный сложенный зонтик от солнца, висящий своей загнутой ручкой на согнутом локотке. Но он только усиливал всё то остальное общее блистательное впечатление о его владелице. На её небольшой, но элегантной дорожной сумке с какими-то вещами и, как потом будет понятно, едой на предстоящий день, которую я сразу у неё перехватил, не буду акцентировать внимание.
Видя её такой необычайно родной и чудесненькой, моя вдохновенная душа просто пела, причём очень громко, хронически пытаясь «вылезти наружу». Понятное дело, «чем». Ну, прямо хоть не смотри на неё вовсе! Таким своим и подобным этому образом Варика ещё с первых дней нашего знакомства постоянно ассоциировалась у меня, не могу сказать почему, со всем хорошо известным литературным персонажем – девочкой по имени Бекки Тэтчер, подружкой Тома Сойера - героиней одноимённой детской приключенческой повести Марка Твена.
По сравнению с ней, как уж я ни старался приодеться приличнее, всё одно мне казалось, выглядел землекопом. На мне была ещё достаточно «свежая» голубая тенниска с короткими рукавами (хорошо, что мать ещё в нашу бытность в Германии своевременно позаботилась о нашем с сестрой будущем гардеробе по меньшей мере на пяток лет вперёд), которую я очень старался надевать только «по случаю». Второй вещью на мне были короткие серые вельветовые шорты, обрезанные из моих же, подсевших по росту штанов и аккуратно матерью подстроченных. К чести Варики, стоит отметить, она совершенно не придавала никакого значения внешнему антуражу. Главным для неё было – что там, за одеждой, скрывается – внутри, в частности, в голове. Первую часть известной поговорки - «встречай – по одежке, а провожай – по уму» - Варика целиком и полностью однозначно отвергала. Она и встречала, и провожала строго по уму.
В самом порту Варике доводилось иногда бывать вместе с отцом, когда тому не единожды приходилось сопровождать «небожителей» из столиц на комфортабельном правительственном катере (специально переоборудованном из бывшего торпедного, обычно стоящего в порту на отдельном именном причале) в их поездках на охоту в заповедник на остров Бирючий. А вот на обычных лодочных причалах она никогда не была.
Всё ей тут было в диковинку. А это была достаточно пёстрая живая картина и довольно специфичная. Здесь и узкий длинный мостик на забитых в грунт сваях, с настилом из досок, по которому надо было проходить непосредственно к месту «квартирования» нашего и ещё к доброму десятку других баркасов, «прикованных» железными цепями к несущим сваям того же деревянного настила. И с десяток солидных рыбацких фелюг, стоящих неподалёку на приколе, по нескольку штук привязанных (пришвартованных – по-морскому) одна к другой лагом (бортами), лихо покачивающихся на подбегавших к ним волнах. И небольшой, но уютный деревянный причалик местной спасательной станции, с удобными лавочками на нём, где стоял пришвартованный к нему свежеокрашенный лихой моторный спасательный катерок. Да и то, на чём нам в самом ближайшем времени предстояло начать движение к нашей вожделенной цели, вызывало у неё неподдельный, живой интерес – наш милейший баркас.
Я, как истинный джентльмен, поддерживая сначала за руку, а потом и за талию, помог Варике, наконец, достичь палубной деревянной «тверди» нашего красавца-баркаса. Помогая отцу готовиться в плавание, и как уже опытный шкипер, я постоянно доходчиво вводил её в курс того, что и для чего то или иное делаю, по ходу приготовлений рассказывал ей о конструктивных особенностях баркаса, его оснастке и моторной части. Внимательно слушая меня, Варика не переставала удивляться, сколько я всего знаю по морскому делу, и сокрушалась, что она - такая «серенькая» и глупая мышка, абсолютно ничего не смыслящая по этой части. Я, в ответ, лишь ухмылялся на её откровенные и самокритичные высказывания и успокаивал, говоря, что, если ей наш поход понравится, то мы будем часто делать подобные морские вылазки, и тогда я её всему научу, и под моим чутким руководством вскоре она станет настоящей морячкой. Её ответный звонкий смех целительным бальзамом разливался по моей влюблённой душе...



Продолжение в Главе 7. Часть 2........

Реклама
Автор темы
Мореас Фрост
начинающий литератор
начинающий литератор
Сообщений в теме: 10
Всего сообщений: 67
Зарегистрирован: 09.01.2020
Образование: высшее техническое
Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ». Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК. Часть 2. Курс - на Арабатку! Начало!

Сообщение Мореас Фрост » 14 янв 2020, 02:35

Мореас Фрост


Т Р И Л О Г И Я «М О Р Е Х О Д К А»



«Пусть погибнет вся империя,
для меня ты - весь мир»
(Марк Антоний, консул Древнего Рима)




Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ»



ДЕРЗКИЕ СТРАСТИ (переходного возраста)


Вот где кроется вся чарующая прелесть
отношений Главного Героя с его любимой и
ненаглядной Варикой - в его лёгком никем
не омрачаемом и непринуждённом общении с
милой его сердцу девушкой в естественных
условиях морской среды и в расслабляющей
обстановке полнейшей фривольности, зримо
обозначаясь даже в самых незначительных,
мелких детальках и незабываемых забавных
эпизодиках, порой то и дело происходящих
с ними. Тут и экзотический лов креветок,
и хитрое и незатейливое подглядывание за
своей переодевающейся подругой, которая,
конечно же, об этом догадывается, и, без
сомнения, дерзкий прыжок Героя с идущего
на полном ходу баркаса за упавшей в море
шляпкой своей бесподобной принцессы...


Глава 7. Морской Пикник

Часть 2. Курс - на Арабатку! Начало!

И вот все приготовления к отходу позади. Поначалу негромко-ворчливо чихнув пару раз, а далее, наверное, по поводу окончания затянувшегося простоя, натужно-радостно разрывая устоявшуюся прибрежную тишину уже своим зычным голосом, показывая истинный свой норов, но пока что на холостом ходу, всполошив близких чаек, завёл свою трудную надрывную песню труженик-мотор. Отец находился на корме у руля, а я в это время оттолкнул баркас, предварительно высвобожденный из цепного плена, от деревянного мостика, соединявшего нас с внешним миром. Затем, славировав задним ходом при помощи наших рук между рядом стоящих таких же собратьев-баркасов, всё ещё оставаясь на холостом ходу, мы выбрались на чистую воду. Но пока ещё носом к берегу.
У типовых моторов серии «Л», к сожалению, конструктивно не предусматривалось заднего реверса. Поэтому, чтобы развернуть лодку ближе к линии генерального направления, пришлось ещё и немного подработать веслом.
…Но вот, наконец, высвободив мощь всех своих шести шальных «лошадок», наш красавец-баркас крейсерской рысью весело помчался навстречу своему желанному морскому простору, унося на своих крепких надёжных «плечах» нашу маленькую дружную компанию в «Страну Чудес».
Движок при закрытой крышке работал значительно тише, почти приглушённо (всё же, как ни крути, дерево – превосходный изолятор! ещё одно преимущество баркаса на лицо!), и нам, путешественникам, стало намного спокойнее и легче на душе. Перед выходом я предложил Варике присесть на банку (скамейку, по-морскому) перед кубриком – самое удобное место для пассажиров, предварительно застелив её старым одеялом, специально прихваченным мною из дома для мягкости, ну, и не дай бог от случайной грязи. Как только мы тронулись в путь, я сразу подсел к Варике рядышком. Поначалу от резких звуков открытого мотора она с непривычки совсем притихла, даже прикрыла ладошками уши и закрыла глаза (вот бедняжка!). Но уже позже, когда легли на курс, и резкие звуки ушли, а мотор заработал мерно и тихо, она сразу оживилась. И это уже была настоящая моя Варика. В ней вновь возродились любопытство и интерес к окружающему нас пространству.
Погода продолжала чудесным образом радовать. Солнце ещё не успело разжариться. Поддувал легкий, хоть и теплый, но всё ещё освежающий ветерок. А море было бесподобно спокойным, ласковым.
Мы как раз подходили к выходу из пролива Тонкий. Но не пошли по каналу, как обычно, когда в море выходили, а сразу взяли чуть правее, к посёлку Генгорка, где горло пролива несколько расширялось обширным мелководным пространством. Но, в отличие от акватории Детского пляжа, который оставался слева, где дно было преимущественно песчаное, под Генгоркой оно - травянисто-илистое. Естественно, там полно всякой мелкой живности, включая и скопища креветок – они любят густую травку. Есть, где спрятаться от хищников.
- Сейчас черпанём креветок. Думаю, пару заходов нам хватит, - обозначил ближайшую нашу задачу отец, уже заруливая на мелководье. - Вот напрасно ты поленился копнуть чуток червей для рыбалки, - сокрушался отец, обращаясь ко мне. – Давай-ка, доставай снасть, не теряй время.
- Да где бы я в такой «сушняк» накопал их? – огрызнулся я и покорно полез в кубрик за рачколовкой.
Варика тоже заинтриговалась предстоящей операцией и даже сунула свой любопытный носик во входной проём кубрика (что же это я там творю?). Но в темноватом пространстве глаза не сразу адаптируются. Зато тут же заполучила от меня откровенный и неожиданный для неё поцелуйчик в свои смачные губки.
- Один – ноль – в мою пользу! Тра-та-та! – удовлетворённо поддразнил я Варику, выбираясь из «норы» кубрика со снастью.
- Вот проказник ты какой, Славуша… – всего-то и нашлась, что ответить моя «морячка» на мой экспромтный реверанс, косясь на корму, в сторону отца. Она всё ещё комплексовала по поводу него.
- Да не боись ты его так… Он там на своей волне, очень нужны мы ему!.. На вот, держи-ка этот канатик, тяни его на себя и складывай рядом, а я буду дальше его разматывать.
Отец в этот момент сбросил обороты двигателя и уже ожидал, когда я полностью закончу возню с сеткой.
Рачколовка или, по-другому, волокуша (её на длинной растяжке, привязанной за кормой, волокут на маленьком ходу или на вёслах, а то и просто на своих двоих) представляет собой длинный сеточный карман (с ячейкой сетки не более пяти миллиметров), пришитый по периметру к металлическому обручу прямоугольной формы, не менее метра шириной и полметра высотой. Всё, что попадает в этот раструб – наше.
Когда Варика осторожно, но с захватывающим энтузиазмом ковырялась в поднятом из-за кормы баркаса не меренном скопище многочисленной флоры и фауны, попавшей нам в сетку со дна морского, и которое мы высыпали прямо на дно баркаса, выуживая из массы травы и всякой дряни морской отпрыгивающих в разные стороны креветок, её восторгу не было предела. Она никак не ожидала увидеть такое множество разнообразных организмов. Здесь были не только единственно необходимые нам креветки, но и всякие другие представители из мелкого морского мира: рыбки зеленушки, морские иглы, куча разных других мальков и даже довольно крупные бычки. А уж морских блох и всякой другой мелюзговой гадости было уйма. Вся эта биомасса однозначно выбрасывалась за борт, разве что за исключением крупных бычков и, понятно, нужных нам креветок.
Для пытливых глаз Варики весь этот процесс оказался элементом экзотики, для меня же – элементарной операцией по добыче наживки для рыбной ловли. Она живо рассматривала каждую попавшуюся ей под руку рыбинку, непременно спрашивая у меня её название, заглядывая ей чуть ли не в рот, к тому же жалея каждую особь в отдельности. Тут же она, не в пример моим энергичным массовым забортным выкидам, брала каждую рыбку в руки и по отдельности нежно опускала в воду, при этом откровенно радовалась как малое дитя, в восторге хлопая в ладоши, когда та лихо ретировалась из её рук под воду. В общем, вела себя совершенно раскрепощенно и непосредственно. Увлекающаяся натура, уже позабыла обо всех страхах и неудобствах. Зато креветок в руки брать не желала после того, как одна из них сильно уколола её в палец своими тонкими острыми усами. Очень шустрые они, эти креветки. Глаз да глаз нужен за ними! Они ещё долго дергались в ведре, то и дело подпрыгивая высоко вверх и выскакивая наружу.
За два прохода волокушей мы выбрали их вполне приемлемое количество – никак не менее литровой банки. Более чем достаточно для обычной рыбалки. Теперь можно было преспокойно отправляться дальше в путь.
Вновь оголтело взревел мотор. И мы, уже войдя в фарватер канала, обозначаемый большими разноцветными буями, дали полный свой 13-узловый ход (приблизительно 24 километра в час). Выйдя на глубинный морской простор, свернули с канала (хоть он ещё тянулся далее), забрав правее, легли на курс, параллельно Арабатской Стрелке, идя от неё где-то на расстоянии полумили (чуть меньше километра) от берега.
Стало заметно жарче. Солнышко ещё немного приподнялось и уже достаточно припекало. Пора было окончательно избавляться от одежды. Отец давно был в плавках, загорал. Ну, а я ещё во время ловли креветок снял тенниску, но из солидарности с Варикой шорты пока оставил.
Мы сидели рядышком, укрывшись от довольно сильного воздушного потока за тыльной стенкой кубрика.
- Солнце моё, давай разденемся, ведь жарко уже, – предложил я.
- Да, тебе хорошо и так. А у меня купальник в сумке лежит... - с тоской в голосе промолвила моя подружка.
- Варика, так нет ничего проще. Залезай в кубрик и переоденься там. Не боись, никто тебя не увидит. Видишь, отец на руле сидит, там себе что-то мурлычет. Да и что можно в такой темнотище разглядеть?
Варика недоверчиво окунула голову в проем кубрика. После удачно произведённой «разведки», порылась в сумке и достала то, что искала.
- Ну, я пошла, а ты не вздумай смотреть на меня там, не подглядывай... – картинно пригрозив мне пальчиком, с хитро-лукавой улыбкой промолвила она, вроде как проследила за ходом моих шаловливых мыслей, и шустро прокарабкалась внутрь.
- Я буду паинькой, – кинул я ей вслед.
Понятное дело, шаловливые мысли однозначно имели место в моих «коварных» планах. Конечно, я не такой уж и простой, чтобы вот так, в наглую, «потешаться» над близким мне человеком. Но я был бы не я, если бы не подглядел за её «тайным» переодеванием. Была одна щелка в доске, вернее, не щелка, а сучок, который легко вынимался и также легко ставился на место. Недавно случайно его обнаружил. Подсматривать за кем-то – это же в кайф! А за переодеванием Варики - так тем более! Это же непревзойдённый экшн! Да сам Бог велел!.. Когда ещё может представиться подобный случай?! Его нельзя было упускать…
Да-а, а я и не подозревал, что это не одно и то же: в обычном плане, как это у нас с ней всегда запросто проистекало, смотреть на обнажённую Варику, находясь с ней голенькой рядом, и... конкретно подсматривать за ней, когда она об этом не подозревает. Последнее – ну явно круче впечатляет! Её давно в мельчайших деталях знакомое мне чудное белоснежное тело с приковывающими взор контрастными пикантными местами даже в рассеянном, слегка приглушённом свете из проёма кубрика, просматривалось великолепно. И оно было одурманивающе чудным! Мне сходу природно заелозилось в одном месте. Так и хотелось просочиться в кубрик сквозь ничтожное сучковое отверстие и слиться с нею в единое целое... Но тут мои чародейственные мысли прервал призывный оклик отца.
- Сынок, в какие края будем забираться, к Стрелковому или ограничимся Счастливцевым? Базы отдыха и пионерлагеря ведь что там, что там... А море везде одинаковое. Но если двигать к дальнему селу, то это займёт наверняка ещё с полчаса времени.
- Конечно, давай к ближнему посёлку. А то и так уже надоело кататься без толку. Разницы-то никакой, – я с обидным сожалением воткнул сучок на его прежнее, «штатное» место.
Тут и Варика показалась из глубины кубрика. Вначале появилась её чудненькая шляпка, а затем и то, что таилось за ней. Я от неожиданности вида столь прелестнейшей картины даже присел. Варика предстала перед нами просто в ошеломляющей красоты купальнике. Он был закрытого типа. На небесно-голубом фоне в ярких лучах солнца ослепительным светом, словно рыбьи чешуйки, отливали бесчисленные мелкие серебристые точечки-блёстки. Таких по истине неземных купальных «штучек» мне в моей жизни созерцать ещё не доводилось. Это была не Варика, а самая настоящая русалка сказочная. Только волос распущенных не хватало, они прятались сзади, удерживаясь приколкой, ну и, понятное дело, рыбьего хвоста. Да и сама она в этом сказочно чудном новом наряде выглядела ну просто сногсшибательно! Даже отец, и тот, я заметил, невольно залюбовался ею (вот конь старый!). По-всему видно было, очень по нраву ему моя Варика. Она, под пристальным оком отца несколько смущенная, хотела было присесть рядом со мной. Но тут вдруг с сильным порывом лобового ветра её чудесненькая шляпка внезапно сорвалась с её головы и, пробарражировав этакой светлой чайкой мимо отца, сидящего на корме у руля, полетела дальше, упав в конечном итоге в воду. Переодеваясь, она сняла её, а, вылезая из кубрика, надев, так и не завязала ленточки.
Недолго думая, я, даже не вскакивая на планширь борта баркаса, а оттолкнувшись сразу от палубного настила, «ласточкой» впорхнул в воду, перед тем заметив, куда приводнился несчастный аксессуар «потерпевшей». Шляпка была очень лёгкая, и потонуть ей не грозило. Однако прилично сносило ветерком. Нас разделяла дистанция примерно метров с 50. Широкими гребками, не упуская из виду цель, я, без труда настигнув столь «шустрый» предмет объекта моего обожания, уже где-то через пару минут победоносно вскинул вверх руку с этим прелестным аксессуаром моей ненаглядной принцессы.
Отец, совершив к этому времени круг (по-морскому, циркуляцию), «лёг» на обратный курс, догонять меня. Я зацепил шляпку за поле зубами и, не спеша, погрёб навстречу баркасу. Всё это время Варика, не на шутку всполошившись и чувствуя себя откровенно виноватой в таком «кошмарном» инциденте, взволнованно металась по пятачку палубного настила баркаса, хотя отец и пытался её успокоить. Но только завидев меня в непосредственной близости целым и невредимым, да ещё и со злополучной шляпкой в руке, от переизбытка чувств запрыгала по палубе, радостно хлопая в ладоши. Так она приветствовала меня.
Подплыв к борту почти остановившегося баркаса, я галантно передал «драгоценную» вещь в руки моей ненаглядной «русалочки» и одним быстрым движением оказался около милой моему сердцу дамы. Она, забыв и про отца, и про всё вокруг, отбросив своё наносное стеснение и, невзирая на то, что я мокрый, припала ко мне, крепко обняв, и поцеловала в щёку. Что говорить, я был на девятом небе!..
- Славушик, родной, я так испугалась за тебя! Герой мой!.. Да Бог бы с ней, с той шляпкой! Зачем было так рисковать?!... – она смотрела на меня такими взволнованными и влюбленными глазами!.. Мне и слов никаких не надо было.
- Ну о каком риске ты говоришь?.. Варика, дорогая, это же такие мелочи жизни! Разве это подвиг?.. Это для меня - очень-очень легко, даже элементарно! Я и не на такое ещё способен! Вот если бы надо было километров пять плыть, тогда, возможно, и подвиг.
- Всё равно, для меня ты – герой, мой герой!.. Ты – огромный молодец, и я тобой очень горжусь! – и для полной убедительности, окончательно забросив стеснение, наверное, в самую дальнюю шхеру кубрика (отца моего она уже не замечала, совсем освоилась), ещё раз меня поцеловала, уже во вторую щёку.
Отец, глядя на нас, только тихонько ухмылялся себе в усы да головой слегка покачивал.
Мы продолжили наш рейд далее, очень скоро подойдя к намеченному нами месту – где-то в 500 метрах от берега, напротив (по-морскому, на траверзе) посёлка Счастливцево. Однако самого посёлка видно не было, потому что всю береговую полосу занимали и таким образом заслоняли пионерлагеря и пансионаты с их зелёными зонами растущих высоких деревьев. Посёлок располагался дальше от берега, вглубь самой Арабатской Косы.
Я всё это время постоянно следил, чтобы Варика не снимала с себя полотенце, которое она предусмотрительно достала из сумки, прикрыв им плечи, чтобы не обгореть. Меня это жгучее солнце совершенно не тревожило – я давно привычно загорел до тёмно-кирпичного цвета. Внешне мы с Варикой, с ума сойти, настолько были контрастны: она - белая, чуть ли не матово-белая, как моль, а я – коричневый, копчёный, ну, что тот кочегар. Во избежание возможных дальнейших солнечных проблем (излучение излишнее никому не нужно), да и вообще для полного удобства и комфорта, мы с отцом решили натянуть над палубой лодки импровизированный тент. Для этого весьма кстати подошёл лежавший в кубрике сложенный рулон тонкого брезента и длинные весла, закреплённые слегка под наклоном и задающие высоту свода нашему паланкину. После столь необходимых комфортных преобразований стало ну просто классно! Это ведь совершенно другое дело! Варика с облегчением вздохнула, приободрившись и одновременно позабыв про свои неудобные предохранительные причиндалы: полотенце и зонтик, и, наконец, по-настоящему окончательно расслабилась.



Продолжение в Главе 7. Часть 3……….

Автор темы
Мореас Фрост
начинающий литератор
начинающий литератор
Сообщений в теме: 10
Всего сообщений: 67
Зарегистрирован: 09.01.2020
Образование: высшее техническое
Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ». Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК. Часть 3. Невероятная Рыбалка!

Сообщение Мореас Фрост » 14 янв 2020, 02:45

Мореас Фрост


Т Р И Л О Г И Я «М О Р Е Х О Д К А»



«Пусть погибнет вся империя,
для меня ты - весь мир»
(Марк Антоний, консул Древнего Рима)




Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ»



ДЕРЗКИЕ СТРАСТИ (переходного возраста)


Конечно, ловля бычков с борта баркаса -
дело совсем не мудрёное. На первый взгляд,
можно даже сказать, монотонное. Но в то же
время захватывающе интересное. А особенно,
когда рыба клюёт, как угорелая. Но и такой
отрадный факт для заядлого рыбака - далеко
не самое главное обстоятельство. Зато этот
своеобразный процесс смотрится несравненно
неординарно и значительно выигрышнее, если
в напарниках-учениках - любимая и желанная
подружка - юная девушка необычайной красы,
да к тому же полуобнажённая, в купальничке
одном... И пусть рыбалка для них редкостно
удачно сложилась, но, чего уж греха таить,
Главному Герою вовсе не до рыбной ловли. В
его голове интимные фантазии всякие разные
роятся, одна другой краше, явно плодясь не
на пустом месте...


Глава 7. Морской Пикник

Часть 3. Невероятная Рыбалка!

Я отправился на нос баркаса, бросил якорь. Глубина под нами была не очень большая – метров пять, ну, может, шесть. Море здесь было на редкость спокойное. Ветра практически не ощущалось. Можно сказать, стоял штиль. Вода, из-за полного отсутствия волнения, оказалась очень прозрачной. Сквозь толщу её мы даже свободно могли наблюдать, как по дну шныряют многочисленные стаи бычков. Значит, рыбалка обещает стать удачной. Такое не часто случается. Видимо, наехали на так называемую бычковую яму. В моей практике такое бывало кроме этого, ну, может, пару раз. Ну, посмотрим, посмотрим!..
Варике никогда ещё не доводилось заниматься рыбной ловлей, а уж ловить бычков на донную удочку и подавно. То есть откровеннейший «чайник»! Достав из кубрика рыболовные снасти, я, как уже «прожжённый» опытом рыбак, рьяно взялся за восполнение такого несправедливого пробела в её биографии.
Бычковая удочка или, как её называют, «донка», необычайно проста по конструкции. На плоскую деревяшку, с рогатинками с обоих концов, наматывалось метров 10 – 15 лески, которая заканчивалась двумя-тремя крючками с достаточно увесистым грузилом, чтобы, во-первых, быстрее доставлять наживленные крючки ко дну, где бычки и обитают, а, во-вторых, что тоже немаловажно, чтобы снасть не сносило течением.
Торжественно вручив Варике самую, по моим раскладам, «клёвую», удачливую удочку, я заставил её всё проделывать самой, повторяя за мной все операции от начала до конца. Она охотно и с полным воодушевлением схватилась за дело. Всё у нас шло как по маслу, пока не настала пора наживлять креветками крючки. Памятуя недавний прецедент с раненым пальчиком, Варика никак не могла заставить себя взять этого несчастного рачка в руки. А тут ещё и головку ему нужно было отрывать. К тому же ещё и живому. Это же сущее живодёрство!.. Её сердобольность не знала пределов!.. Пришлось эту «важную» миссию исполнять мне. На Варику было больно смотреть, когда я брал в руки очередную, полную жизни, трепыхающуюся потенциальную жертву, без всяких церемоний обезглавливал её, выбрасывая голову за борт, и нанизывал на очередной крючок. При рыбалке с баркаса не надо было забрасывать удочку куда-то далеко в сторону. Достаточно спокойно опустить снасть прямо под бортом лодки. В этом и кроется вся прелесть рыбной ловли с баркаса. Просто, надежно, без лишних движений и кутерьмы!
- Теперь, не путая леску, и сами стараясь не запутаться в ней, аккуратно, не забывая, что имеем дело с острыми причиндалами, опускаем грузик с крючками в свободное плавание ко дну, к рыбке, – продолжал я по возможности доходчиво комментировать для Варики дальнейшую процедуру. – далее, когда грузик достиг дна, а это мы заметим по отсутствию свободного хода лески в наших руках, выбрав слабину, натягиваем её окончательно, сверяясь с грузилом на дне, и удерживаем на стрёме на указательном пальчике.
Я говорил, и при этом держа её руку в своей, проверяя правильность её хватки лески, всё больше думал совсем не о ловле бычков. О какой такой рыбалке может идти речь при столь неприкрытых «экстремальных» обстоятельствах - откровенной близости ко мне её изумительного, лакомого и обожаемого мною тела, запредельно источающего любовные флюиды, досконально знакомого и желанного, да ещё и облаченного в тонкий завораживающе обольстительный и так славно обтягивающий её купальничек. Это обстоятельство сильнейшим образом меня будоражило и отчаянно взывало к определённым действиям по незамедлительному раскрепощению моего безнадёжно страждущего организма. Однако Варика в сей момент была целиком захвачена азартом охотника и ничем пока не выказывала ответных реакций. Невольно подавляя в себе в зародыше «животные инстинкты», мне по-любому ничего не оставалось, как продолжать наш рыболовецкий ликбез.
- Дальше, дорогая, всё просто. Когда твой указательный пальчик почувствует характерное дерганье по леске, а это означает, что подошедший к крючку бычок хватает наживку, следует незамедлительно его подсечь, резким движением руки с леской вверх. Ну, а дальше - дело техники. Ощутив чувствительное трепыхание рыбки там, в глубине, можно энергичными движениями смело поднимать снасть с заветным трофеем наверх, при этом по возможности аккуратнее складывать выбираемую леску.
- А, если я прозеваю поклёвку, то... что делать дальше? – мудро спросила Варика.
«Вот ведь молодчинка какая, вся в процессе!.. - с одобрением подумал я. - Основательно и вдумчиво подходит к любым делам. Не даёт себе никаких послаблений. Это так похоже на неё и знакомо до боли».
- Тогда есть два пути. Либо вытянуть снасть, чтобы проверить состояние наживки, потому что креветка – это все-таки не червячок, который долго может продержаться на крючке, рачка бычок «растрескивает» моментально, или второй вариант – немного подождать, так как вполне возможна поклевка и на остальные крючки. Особенно, когда бычок голоден.
Но пока я растолковывал Варике элементарные постулаты бычковой ловли, прозевал два характерных для поклёвки рывка. Рыба буквально кидалась на едва успевший опуститься ко дну любезно предоставленный ей деликатес. Пришлось выбрать леску её удочки и вновь наживить крючки. Теперь мы закинули наши удочки одновременно. Я установил наблюдение за её поведением в ущерб своей ловле. И остался приятно удивлён её молниеносной реакции. Потому что и глазом не успел моргнуть, как она сделала первую в своей жизни подсечку.
«Какой, однако, из меня доходчивый учитель!» - незамедлительно возгордился я про себя. Хотя тут больше подходило бы иное: «какой у меня способный ученик!».
Варика судорожно и крайне азартно принялась выбирать леску.
«Хоть бы окончательно не запуталась моя любимая рыбачка...» - с теплотой подумалось мне.
- Варика, солнце моё, полегче чуть-чуть надо бы, не торопись, никуда не денется твоя золотая рыбка!
Оставив свою снасть, я старался помочь ей не наделать ненужных узлов на леске, потому как Варика в порыве азарта начала беспорядочно метать её вокруг себя, словно паук паутину.
- Славуша, у меня тут зацепилось что-то очень тяжёлое, ну, очень... Еле тащу! Прямо все пальцы леской изрезало... Ты не хотел бы помочь мне вытянуть моё богатство?..
Я сразу перехватил у неё снасть. И в самом деле, что-то на редкость увесистое тянулось наверх. Наконец, улов оказался почти на поверхности. Действительно, богатство!.. Это было сразу три бычка, и один из них – просто гигантского размера. Оказавшись в лодке, они весело и энергично захлопали своими тушками по настилу баркаса. Варика обалдевшими глазами заворожено смотрела на свою добычу. Вот так Варика, вот так рыбачка!
- Ну, ты, Варика, и максималистка!.. Не ожидал я от тебя такой прыти! Ну, молодец! – откровенно порадовался я за своего способного ученика. Тут уж и отец подключился к моим заслуженным похвалам. Он у себя на корме тоже успешно начал ловлю. Но вытянуть трёх особей одновременно – это похвально для любого, не говоря уже о новичке в этом деле.
- От души и дружно поздравляем тебя, Варика, с первым грандиозным уловом в твоей жизни! Желаем дальнейших успехов в рыболовных делах! – торжественным тоном произнёс я, хватая её в свои объятия и отрывая от тверди палубы.
Она оживлённо, с увлечением и всеми подробностями сообщила нам свои первые ощущения по поводу первого своего знаменательного улова, а потом начала тщательно его рассматривать. Я набрал в ведро воды и поместил пойманную Варикой рыбу туда. Это были действительно очень крупные морские бычки, а один из них был раза в три крупнее остальных, тигровой окраски, с мощной головой, мы их называли головастыми – одна из самых ценных пород. Варика то и дело вынимала их из ведра и рассматривала с усердием. Вдруг она грустным голосом проговорила.
- Славушик, мне их так жалко… Они так судорожно дышат и трепыхаются, наверное, домой хотят... к деткам своим. У них же есть детки, маленькие бычочки?..
- Да ты что, Варика, дорогая, о чём ты, какие детки?.. Мы же тут не баловством занимаемся. Это же у нас самая обычная рыбалка ради добычи, а не какая-то забава для удовольствия. Хотя в этом процессе крайне сложно отделить одно от другого, они повязаны между собой. Это - то же самое, что и на фермах происходит, к примеру, где птиц выращивают или поросят. Там уж конкретно на убой их готовят, чтобы мы их ели потом. Как там быть? Так, знаешь, всё человечество с голоду давно бы умерло…
- Всё равно мне очень их жалко, хотя я всё понимаю... – неистребимое, не знающее границ, сердоболие от природы – это было типично для Варики.
Несколько заглушив в себе жалостливые нотки, она, видя, как поминутно, на глазах растёт наш улов, вновь всё-таки отважилась на промысел. Вторым номером её программы оказалась выловленная камбала довольно крупных размеров, невесть откуда взявшаяся среди несметных полчищ бычков. Это вообще ввергло нас в полное замешательство – вроде не сезон ещё для камбалы. И где это, интересно, она её «нашла»? Вот тебе ещё один яркий элемент удачи по имени ВАРИКА. Она хоть и радовалась пойманному чуду, но уже значительно сдержаннее. После этого она сделала ещё пару забросов, скорее по инерции - и на счёт рыбалки несколько поутихла, лишь с тоской наблюдая за нами. Явно заскучала. Но при таком диком клёве нам и самим не пришлось надолго себя приковывать к промыслу. Довольно скоро наш улов достиг неприличных размеров. Точняком попали в бычковую яму! Фартовой оказалась моя Варика. Впрочем, как всегда, везде и во всём! Лишнего (в смысле рыбы) нам было не нужно, и, сложив снасти и спрятав от жаркого солнца наш нескромный улов, а это оказалось целое ведро рыбы, даже с горкой, мы с удовольствием решили переключиться на другие не менее интересные и важные и покорно нас ожидавшие мероприятия.



Продолжение в Главе 7. Часть 4……….

Автор темы
Мореас Фрост
начинающий литератор
начинающий литератор
Сообщений в теме: 10
Всего сообщений: 67
Зарегистрирован: 09.01.2020
Образование: высшее техническое
Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ». Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК. Часть 4. День Рождения с «Десертом». Эротика

Сообщение Мореас Фрост » 14 янв 2020, 15:33

Мореас Фрост


Т Р И Л О Г И Я «М О Р Е Х О Д К А»



«Пусть погибнет вся империя,
для меня ты - весь мир»
(Марк Антоний, консул Древнего Рима)



Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ»



ДЕРЗКИЕ СТРАСТИ (переходного возраста)


День рождения, а точнее, торжественная
её часть и удалое праздничное застолье на
борту баркаса в своей финальной части для
расчувствовавшейся Варики увенчались даже
славным букетиком алых роз. Но вот и сама
именинница вроде окончательно освоилась и
осмелела. Поскольку уже практически ничто
более не мешало нашим влюблённым, то они,
устроив купание, смогли, наконец, уделить
внимание друг другу тет-а-тет, сумев себе
позволить чуток расслабиться и «пошалить»
в плане интима, столь всегда желанном для
них, и прямо в воде, в моменты купания...
К чему к чему, а к такому «сладкому» делу
их совсем не стоило принуждать, само шло,
исходило от души, легко и взаимообразно


Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК

Часть 4. День Рождения с «Десертом»

А между тем время наступило обеденное. Мы довольно прилично проголодались, и уже ничто не могло помешать нам начать накрывать наш праздничный стол. Предварительно отдраив палубный настил от свежих следов минувшей рыбалки, решили устроить наше празднество непосредственно на нём. Так было значительно удобнее, простору там хватало с лихвой, в общем, как на обычной лужайке где-то на природе. Тем более что над нами нависал, словно крона густого дерева, прекрасно спасая от палящих лучей солнца, чудный паланкин навеса. Настил был накрыт тем же стареньким одеялом, что поначалу я подкладывал под мягкое место Варики, а сверху мы накрыли его заранее захваченной из дома скатертью.
Наш праздничный «столик» выглядел шикарно. По его центру своим аппетитным видом возвышался мамин праздничный тортик, правда, к сожалению, без традиционных положенных по такому важному торжественному случаю свеч. Ну, ничего, переживём как-нибудь. Сюда же попали и принесённые Варикой деликатесы, не пропадать же такому отборному добру.
Вот и ещё на год повзрослела моя Варика… Мы разлили пока не успевший окончательно потеплеть после суток охлаждения в холодильнике лимонад, а отец для себя – понятное дело - своё «знаменитое» самодельное винцо по стаканам, и веселье началось. Все подняли свои бокалы. Отец, и без того уже изрядно «заряженный», а может, и потому, отважился провозгласить тост.
- Ну, дети мои, за здоровье нашей прелестной принцессы, рабы божьей Варвары, на многие лета! Пусть будет больше настоящих людей вокруг неё и добрых друзей на её жизненном пути!
Однако, простую такую, но славную, берущую за душу речь сказал мой батюшка. Я тоже не думал от него отставать. Держа свою стакашку с шипустым лимонадом, уже вслед отцу «толкнул» свою пространную речь, старательно подбирая нужные слова.
- Дорогая моя Варика! Я безгранично рад такой удачной возможности видеть тебя тут, в этом славном и необычном месте, и безумно счастлив, что именно здесь, в такой прекрасной обстановке, могу поздравить тебя с твоим предстоящим Днём рождения! В этом мне оказали большую поддержку мои родители, они сделали по моей просьбе всё, что могли, и за это огромное им спасибо! А тебе, моя милая Варика, мой самый верный и надёжный друг, хочу сказать, что я безмерно счастлив, что ты есть у меня! Если честно, не знаю, что тебе могу ещё пожелать, чего у тебя до сих пор ещё нет?.. Прежде всего крепкого здоровья! Непременно стойкости и огромного терпения. И, конечно, удачи в жизни! Она никому и никогда не мешала. Пусть обязательно сбудутся все твои надежды и желания! А ещё и наши совместные желания! Милая Варика, с твоим наступающим Днём рождения!!! Ура-а-а!
С этими словами я обнял свою ненаглядную и поцеловал её в зардевшуюся от смущения щёчку. Потом нагнулся к сумке, что лежала рядом, и вынул оттуда завернутый в мокрую тряпку многострадальный, но славный букетик алых роз. Они ещё были вполне «живые» и даже распустившиеся слегка. Как истинный джентльмен, став на одно колено, и со словами: «Сударыня, это Вам» - протянул его Варике.
- Молодец сынок, проникновенные слова сказал, всё правильно! И цветочки в самый раз, к месту!.. Похвально!.. Дети мои, какие вы уже взрослые стали. Так радостно за вас!
«Ну, всё! Совсем старика «прошибло», - подумал я.
Варика, всё ещё немало смущенная ситуацией вокруг своей персоны и неординарным вниманием с нашей стороны, да ещё и роскошным цветочным презентом, прочувствовавшись от наших слов, не зная, куда себя деть, держась одновременно и за букет, и за свои изрядно раскрасневшиеся щёчки ладошками, но всё же овладев собой, скромно промолвила.
- Спасибо вам огромное за искренние, добрые слова в мой адрес! Никогда ещё мне не было настолько приятно и празднично на свой День рождения, и никогда ещё меня не поздравляли так изысканно и по-особому, тем более в такой интересной и необычной обстановке. Мне очень приятно! Ещё раз вам большущее спасибо! – это к моему отцу. - И тебе, Славуша, тоже огромное спасибо за это торжество! И особо отдельная моя благодарность за цветы!.. Честно, совсем не ожидала подобного… Я безгранично тронута тем вниманием и неустанной заботой, которой ты окружил меня...
Тут Варика совсем расчувствовалась. Смахнув набежавшие на лицо слезинки, потянулась ко мне. Поцеловав меня в ответ и уже придя в себя, для всех как бы подытожила.
- Я думаю, что с нашей торжественной частью мы все успешно справились, теперь можно спокойно поесть… Что-то я проголодалась не на шутку!
«Ну вот, наконец-то. Окончательно осмелела моя Варика. Очень хорошо!» - благодарно подумалось мне.
Ещё бы! Конечно, проголодались! Природа!.. Солнце, воздух и море вокруг!.. И всего этого бесконечно много! Даже слишком!
Однако застолье наше длилось недолго. Много ли нам надо было? Нас ждали и другие начинания, поинтереснее, чем пустая болтовня при чревоугодии. Отведав на закуску торт с лимонадом, мы свернули нашу «скатерть-самобранку», чтобы с радостью отдаться другим развлечениям.
Зной пока ещё держал в напряжении, потому не грех было бы наконец заняться водными процедурами, что мы незамедлительно и начали претворять в жизнь. Недолго думая, я первым шмыгнул за борт, призывая Варику сделать то же самое. Ранее я знал из её рассказов, что она не боялась воды и хорошо умела на ней держаться, хотя ей, конечно, было куда расти в вопросах плавательной практики. Она села на планширь борта лодки, свесив ноги в воду, бултыхая ими. Водичка была изумительно хороша, тёплая-тёплая, буквально взывала к себе. Но что-то Варика не слишком торопилась в объятия Нептуна. Но мне одному находиться в воде было не очень-то интересно, о чём и сообщил ей. Но она из-за своих длиннющих волос заупрямилась. Оказывается, она забыла дома купальную шапочку. Тогда ей пришлось доставать из сумки заколки и вить на голове высокое «гнездо». ВолОс же у неё - просто куча немереная. Затем, аккуратно свесившись через борт, она (ну, наконец-то!) присоединилась ко мне. Отец к тому времени уже отдыхал, окунувшись перед этим. Загорая, лежал на своём «прописанном» месте на корме. Я на радостях от давно желанной компании дурачился вовсю, поднимая кучу брызг вокруг. Варика, испуганно пытаясь увернуться от них, по-собачьи плавала вокруг меня, умоляя не брызгать водой её голову.
- Славуш, я же потом не смогу их расчесать, ну, как ты не поймёшь, глупыш! Так в большущий колтун и склеятся... – негодовала она.
Поняв, что перегибаю планку баловства, и приметив, что отец совершенно не реагирует на нас, я, воспользовавшись удобным моментом, с удовольствием «переместился» на благодатную ниву «окучивания» Варики. Тем более что за прошедшую часть дня у неё накопился немалый «должок» касательно меня. Погрузившись вниз, под водой подобрался к ней вплотную и, вынырнув прямо перед ней, цепко обхватил её тело руками. Она, конечно, не ожидала от меня подобной прыти, но ещё не успела обрадоваться такому моему сценарию, потому что мы в данный момент находились в слишком близком присутствии моего возлегающего на корме предка с газеткой в руках. Однако, видя, что ему не до нас, она успокоилась, и мы наконец-то слились в долгожданном долгом поцелуе. После такого начала мы больше не стали испытывать судьбу и, чтобы скрыться от необязательных случайных взглядов отца, переместились к самому носу баркаса, где провисал наш якорный канат. Очень кстати зацепившись за него руками и теперь особо не тратя свои силы на поддержание себя в воде, продолжили наши любовные «заходы». Вот тут-то я дорвался до САМОГО сладкого. Короче, «завёлся» не слабо. Кстати, ощущения в воде совсем не были похожи на земные. Необычайно непривычная лёгкость в теле и теплая водная субстанция немало способствовали заметному усилению всех проявлений сексуальных ощущений, а незримая опасность в виде моего слегка «подгулявшего» родителя хоть и была относительно невысока, всё одно придавала ситуации большей пикантности.
…Уже начиная доходить до точки «кипения», не мудрствуя лукаво, я насколько возможно быстро высвободил плечи Варики из обтягивающей её тело ткани купальника. Обнажив Варику практически до пояса, с жадностью прильнул к её спело напрягшимся грудкам. Нежно прикасаясь губами и языком к выпуклым и потвердевшим в воде соскам, легонько их покусывая, опустил свою свободную руку глубже под воду, добравшись до её заветного «цветка». В проёме любовно раскрывшихся для меня бёдер, легонько отодвинув лёгкую пелену купальника, нащупал её твёрденький набрякший бугорочек. Она, всем телом вжавшись в меня, ойкнула и глубоко вздохнула, подаваясь своим «горячим» местом навстречу моей желанной руке и ко мне. Она сама не ожидала такого будоражуще потрясающего эффекта от любовных ласк в дружелюбной водной стихии. Ей однозначно нравилась эта новизна ощущений. Варика скоренько высвободила из плена плавок моего заждавшегося и давно «окрепшего» желанного «героя», резво рвущегося на «подвиги». Вначале некоторое время ласково его поглаживала и пощупывала, а затем, нежно и любовно забрав «Его» в ладошку, начала «раскачивать» его размеренными и на редкость приятными движениями. Я старался не отставать от заданного ею ритма, не упуская из своего пристального внимания ни единой части её драгоценного тела, насколько это было возможно в данной нам ситуации в воде. Мы оба, переплетенные всеми частями тела, подобно странному двухголовому танцующему осьминогу, забились в едином ритме и извивались в каком-то, наверное, совершенно безумном со стороны, но понятном и «сладостном» для нас фееричном танце водной любовной стихии…
Не следует забывать, что нас удерживал на себе на шестиметровой глубине всего лишь полдюймовой толщины якорный канат, держась за который одной рукой, мне приходилось умудряться одновременно поддерживать на поверхности воды и себя, и Варику.
…Довольно быстро, несравненно быстрее, чем это происходило в привычной для нас среде, сначала её, а тут же следом, когда я ощутил это, и меня накрыла теплая волна обволакивающей сладостной эйфории… Мы застыли в заключительном долгом страстном поцелуе…
Единственное, что меня смущало, насколько мы насытились столь коротеньким контактом? Как надолго нам этого хватит? Пока мы не могли знать. Но назвать это прелюдией к чему-то более грандиозному, с солидной натяжкой можно было. Пока дело у нас не дошло до более глубоких проникновений.
Надо честно признаться, очень-таки специфической оказалась эта водная «гимнастика», потребовавшая от нас немалых сил. В большей степени, разумеется, от меня. Но жизнь научила нас радоваться и малому достигнутому и полученному. Посему мы снова преобразились в замечательных друзей – привычных приличных и добропорядочных подростков – юную девушку и молодого юношу. Быстренько приведя себя в порядок, двумя довольными ихтиандрами мы отплыли от нашего «идеального» места любви, подаренного нам природным окружением и естественными обстоятельствами и, сделав ещё несколько кругов вокруг баркаса с полным сознанием справно исполненного дела, наконец поднялись на борт. Вернее, вначале забрался я, помогая затем выбраться и Варике. Нам не мешало немного сил набраться, передохнуть.
Ну, а что наш визави-папашка? Вероятно, после принятия ещё пары стаканчиков «игручего» мой дорогой батяня храпел, как паровоз, возлёживая уже не на ставшей для него привычной кормовой части (видимо, перегрелся там на жгучем солнце), а на одеяльной подстилке, на настиле, под надёжной защитой навеса. Вот, более чем очевидно, ещё кое-кому было тоже по-своему отменно!



Продолжение в Главе 6. Часть 5……….

Автор темы
Мореас Фрост
начинающий литератор
начинающий литератор
Сообщений в теме: 10
Всего сообщений: 67
Зарегистрирован: 09.01.2020
Образование: высшее техническое
Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ». Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК. Часть 5. Смертельное Противостояние

Сообщение Мореас Фрост » 14 янв 2020, 16:07

Мореас Фрост


Т Р И Л О Г И Я «М О Р Е Х О Д К А»



«Пусть погибнет вся империя,
для меня ты - весь мир»
(Марк Антоний, консул Древнего Рима)



Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ»



ДЕРЗКИЕ СТРАСТИ (переходного возраста)


«Безумству храбрых поём мы песню»!.. Да и
как тут не споёшь, если, презрев смертельную
опасность, Главный Герой с открытым забралом
бесстрашно кинулся в царство Нептуна, трофей
бесценный отвоёвывать для своей возлюбленной
у грозного и серьёзного противника - мощного
электрического ската. И ведь выиграл у зверя
морского трудное сражение! Конечно, действуя
слишком самоуверенно, без страховки, на свой
риск и страх, повёл себя крайне безрассудно.
Но, как говорится, победителей не судят. Ими
всегда и во все времена лишь восхищаются, и,
конечно, восхваляют! Однако отвага юноши всё
же немало впечатляет...


Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК

Часть 5. Смертельное Противостояние

...Мы пока не стали будить отца. Я достал маску с трубкой и ласты. Варика ещё никогда не пробовала плавать с этими причиндалами. Ласты, понятно, для неё не подходили – уж слишком мала была у неё ножка по сравнению с моей. Да и бог с ними, с ластами, я их примостил на себя. Хорошенько подладил под неё маску, показал, как надо правильно пользоваться трубкой, и теперь Варике можно было с успехом и наслаждением полюбоваться сквозь толщу прозрачной воды красотами морского дна поблизости от баркаса, и совершенно без искажений. Она с радостью подхватила это моё заманчивое предложение.
И мы снова спустились на воду. Варика достаточно быстро овладела новой для себя плавательной техникой. А от превосходно открывающихся её взору морских подводных пейзажей была просто в диком восторге. Даже повизгивала временами от неожиданностей и впечатлений увиденного там. Сквозь стекло маски несравнимо ярче и значительно отчётливее раскрывались скрытые горизонты подводного мира, чем с борта лодки. Меня-то это особо не цепляло – в своё время вдосталь насмотрелся глубинных картин. Я, не спуская с неё глаз, постоянно находился рядом, сопровождая и помогая ей время от времени справляться с возникающими техническими неполадками нехитрого снаряжения. То вдруг под маску вода просочится, то трубка, провалившись своим верхним концом под воду, её слегка черпнёт...
Вдруг Варика, неожиданно сбрасывая с себя снаряжение, с неописуемым смятением отрывается от своего созерцания. Я уж, было, заподозрил, что случилось нечто совсем неладное. Взволнованно, взахлёб, шумно отфыркиваясь, она, подплывая, сбивчиво вещает мне.
- Славушик… д-дорог-гой… пос-смотри-ка, скорее… к-какую прелесть… я увидела там... на дне! Такая… уф-ф… из-зу-мительная ракушка… и б-большущая такая!..
- Фу ты, ну ты! Варика, ты меня конкретно напугала! Давай, глянем... Показывай, где ты её увидела?
Я перехватил у неё маску, надел её.
- Вот… где-то здесь, Славуш… - ткнула она рукой в воду, метрах в пяти от кормы баркаса.
Ориентировочно доплыв до указываемого Варикой места, набрав в себя побольше воздуха, резко толкнулся в глубину, чтобы, если искать, то уже наверняка. И, действительно, сделав всего лишь несколько размашистых гребков вниз, я вскоре увидел её и разглядел более детально. Безусловно, она была великолепна! Даже тут, под толщей воды, приковывала к себе взор блеском перламутра.
Настолько крупных раковин мне до сих пор видеть не доводилось. Не тратя времени, я погрёб к своей добыче как можно скорее. Это хорошо, что на мне были ласты. Они существенно облегчали и ускоряли мои подводные передвижения. На глубине, ближе ко дну, водица была не настолько тёплой, как на поверхности. Зато раковина представала передо мной всё большим своим великолепием.
Наконец я достиг дна, и уже протянул было к ней руку… но тут же моментально отдёрнул её! И хорошо, что быстро и вовремя. В самый последний момент каким-то чудом я уловил, что раковина-то «охраняется»… И не кем иным, а морским электрическим скатом. Ещё вдобавок и очень внушительного размера.
Пару раз мне доводилось лицезреть их наяву. Однажды – мёртвого, на берегу - его выкинуло штормом. А во второй раз - непосредственно в воде, живым - как-то купаясь в море на этой же Арабатке, на пятом километре, совсем рядом с берегом, в одной из лагун. Они частенько заплывают на мелководье, чтобы погреться в тёплых водах. Однако они были не такими внушительными, можно сказать, детского или подросткового возраста. «Мой» же – на редкость впечатлял своими нешуточно гигантскими размерами. Мерзавец, ловко замаскировавшись, идеально слился с окружающей песчаной средой. Его страшный, нашпигованный на конце острыми шипами хвост угрожающе опасно «просвистел» совсем рядом с моей рукой! Я крайне своевременно отпрянул в сторону! Воздуха мне уже явно не хватало. Пришлось отступить.
Поднявшись на поверхность, я увидел и услышал, как моя Варика, ещё находясь в воде и перекинув руку через борт, отчаянно голося, энергично трясёт спавшего у борта отца, который никак не мог очухаться, прийти в себя, совершенно не понимая, что происходит. Прилично поднабрался дорогой родственничек, однако. Бедняга Варика подумала, что я потонул. Я, действительно, был всего на дюйм от этого. Потому как знал, что с такими опасными тварями, как скаты, надо держать ухо востро. С ними шутки плохи. Бывали случаи, когда пловцов парализовало от ударов их хвоста. А тут - ничего так, экземплярчик ещё тот! Я немедленно подал голос. Варика тотчас же подплыла ко мне со следами слёз на лице, в волнении обнимая и целуя меня от радости.
«Неужто, я так долго пребывал на дне? - пронеслось у меня в голове. – Казалось, всего ничего, ну, может быть, каких-то пару десятков секунд. Но почему-то для Варики это оказалось гораздо дольше. Ну, не знаю, там, под водой, время, что ли, течёт медленнее?.. Глупость какая-то!».
Я забрался в баркас, а отец вытянул Варику. Она, всё ещё не отойдя окончательно от охватившего её волнения, слушала рассказ о моём приключении на дне. Ещё более её насторожило моё желание достать это чудо природы. Варика умоляла меня оставить в покое затею с поднятием этой, по её словам, злосчастной ракушки. Но я и не думал отступаться. Наоборот! Во мне проснулся червь тщеславия! Я что, должен бояться какой-то безмозглой твари?! Да ни в жизнь!!! Тем более что мне безумно хотелось всенепременно преподнести эту удивительную раковину в подарок моей любимой к её знаменательному тринадцатому Дню рождения! Даже отлично себе вообразил, как уже вручаю этот ценный приз моей желанной, как лучатся, переполняясь счастьем, её глаза! В конце концов, это виделось мне делом чести!
Для начала экспедиции требовалось вооружиться, поскольку силы наши были совсем не равны. Я быстро вытянул из кубрика деревянное цевьё от небольшой подсаки и спешно стал привязывать к нему наш столовый нож. Он удачно подходил для этой цели – был достаточно длинный и очень острый. Далее оказалось всё просто. Вновь экипировавшись в маску и ласты, прихватив своё импровизированное оружие и не обращая внимания на слёзные увещевания подруги и предостережения отца, (он-то знал, что я неплохой пловец и ныряльщик, однако и скат, тем более столь крупный – это крайне серьёзно!), проворно занырнул во вражью среду царства Нептуна. Передо мной маячила единственная всё заслоняюшая собой цель: я ДОЛЖЕН добыть эту рапановую раковину для моей возлюбленной, чего бы это мне ни стоило! ДРУГОГО было не дано!
Я не сразу нашёл «нужное» место. Баркас наш временами слегка «погуливал» по ветру из стороны в сторону (девиировал, по-морскому). Хотя это был совсем не ветер, а лишь совершенно незначительный бриз, и то – еле заметными порывчиками. Пришлось несколько раз переныривать, и всякий раз Варика с откровенной тревогой в голосе, чуть не плача, пыталась отворотить меня от «дурной» затеи. Но это было абсолютно бесполезно. Упёртый я, а точнее – твердолобый. Наконец угадал с местом. Вот она, родимая, отблёскивает на солнце серебром! Снова набрав побольше воздуха в лёгкие, резво толкаюсь в глубину...
А вот и он, красавец, нет, скорее, чудовище! Хотя, что говорить, действительно, великолепен! Сейчас я уже мог отлично разглядеть его. Даже шикарный орнамент по периметру его обширной спины. Скат, как мне показалось, даже с места не сдвинулся с момента нашей первой встречи, всё также распластав своё крупное плоское тело перед раковиной. Соперника, конечно, всегда хорошо знать в лицо. И, внимательно за ним наблюдая, сходу сконцентрировался на его мощном длинном хвостище. Я хорошо понимал, что какой-то заряд мне, возможно, придётся принять на себя. Но одно дело – непосредственно, по какому-то участку открытого тела, и совсем другое – опосредованный – удар через какой-нибудь предмет, на расстоянии. Ничего, психологически я был готов к этому. И главное – я не боялся его. Меня подогревала Варика, точнее, её любовь ко мне. Но и недооценивать коварство противника, тоже глупо. Задача виделась – не дать этому «красавцу» поднять тучу песка вокруг, если я его спугну. Тогда будет хуже. Он завладеет тактическим преимуществом, и может незаметно напасть первым. И ещё мне было известно наверняка – смертельно опасен самый первый его заряд. Значит, необходимо либо спровоцировать его на этот удар, на сброс электричества, либо наносить первому разящий удар, но ИМЕННО разящий.
Он, видимо, тоже готовился к сражению. Вот только до сих пор не могу понять его упорства. Ну, уступил бы, сошёл с дороги, и все дела. Однако нет, зверь затаился, замер в ожидании… Даже плавниками перестал пошевеливать, навострился, наверное, почуяв неладное. Его хвост был приблизительно того же размера, что и длина моего копья – чуть больше метра. У нас были равные силы и равные шансы. Мой острый нож - против его смертоносного жала! Хвост воинственно нависал над раковиной, слегка раскачиваясь из стороны в сторону.
У меня начинал подходить к концу запас воздуха. Всё-таки я решился на второе - сразу разить его насмерть. Рассуждал так: если я попробую его пугануть, лишь спровоцировать на удар по палке, где гарантия, что он тоже не схитрит, и не станет наносить ответный удар?! А далее, извернувшись и подняв завесу из тучи песка, точно сразит меня наверняка. Все эти, казалось бы, пространные размышления проистекали во мне в считанные секунды. Мой мозг, всесторонне и критически оценивая ситуацию, напряжённо работал как современный компьютер, перебирая различные возможные ситуации. И всё-таки я – молодец - выбрал единственно верную тактику боя. Даже неожиданную для самого себя. Я сделал совсем иное, поступил хитрее. Это решение пришло ко мне совершенно внезапно, и тут же в моей голове возник удивительно чёткий и простой план действий, который я незамедлительно начал претворять в жизнь.
Совершив предельно резкий, молниеносный выпад в сторону ската, будто собираясь нанести нацеленный, реальный смертельный удар, я заставил противника сразу же пустить в ход свой страшный меч, которым он, вероятно, надеялся достать, дотянуться до какого-то участка моего тела. Что же ещё ему было делать? Ждать, когда я его проткну?.. Он также в ответ незамедлительно совершил СВОЙ выпад в мою сторону. Но я был к этому готов. ИМЕННО этого от него и ждал! Скат, однако, просчитался, и очень сильно. Это с моей стороны оказался всё-таки лишь отвлекающий манёвр. При этом мне удалось своевременно безнаказанно и быстро отвести свой кинжал в сторону, вне зоны действия его хвоста. Одновременно, держа на «мушке» его грозное орудие, столь неосмотрительно для него, бездумно и беззащитно выкинутое мне навстречу, заранее просчитав это его действие, синхронно с ним совершил резкий манёвр в сторону. Теперь передо мной в очень удобном ракурсе чётко предстал полностью растянувшийся во всю свою длину вражий хвост. И именно со стороны, сбоку. Оказалось, я несколько недооценивал его длину. Он был куда длиннее моего оружия. В этот же момент, что есть силы и насколько резко можно было сделать это в воде (а мы оба законам физики подчинялись одинаково – любое твёрдое тело движется в воде медленнее), скользящим режущим движением отсёк хвост в его срединной части.
Вот и всё! Весь наш поединок, от начала до конца, длился какие-то секунды. Это была моя безоговорочная победа! Поверженный мною скат бился рядом со мной в конвульсиях, истекая кровью… Что ж, сам виноват. Теперь мне уже никто и ничто не могли навредить. К моему счастью, он так и не успел сбросить свой изрядно накопившийся и, подозреваю, сверхмощный смертоносный заряд. Настолько мощный, что, учитывая его гигантские габариты, я бы наверняка фатально прочувствовал его силу не то что через палку, но и на приличном от него расстоянии, сквозь массивную толщу воды. Я прекрасно понимал, что теперь скорой смерти ему не избежать, он просто истечёт кровью. Как и подобает настоящему бойцу, посчитал делом чести закончить его страдания на нашем поле битвы, вонзив свой кинжал ему в сердце.
Тут я окончательно понял, что начинаю задыхаться. Практически последняя капля воздуха ушла у меня на заключительный аккорд моего акта милосердия – убиения морского жителя. И дай мне боже сил, вырваться из глубины! Мысли о раковине сами собой временно отодвинулись в сторону. Собрав остатки воли, толкнулся вверх.
Уж теперь и не припомню, какими потугами я выбирался на спасительную поверхность. На сверхусилиях воли?! Или на осознании своей триумфальной победы?! Ведь существует какой-то зримый, реальный предел человеческих возможностей, после которого – уже апатия и безразличие и в конечном итоге пустота?.. Мне кажется, что будь путь мой на поверхность длиннее, ну, хотя бы на полметра, наверное, не дотянул бы. Так хотелось разорвать свои лёгкие, раскрыть рот на полную. Но уж тогда бы – точно смерть!!!
В момент моего подъема, когда я, действительно, задыхался, в моей затуманенной голове вихрем пронеслось происшедшее со мной похожее приключение годичной давности, когда мы в рыбпорту с пацанами на спор переплывали под водой корпуса сейнеров поперёк, стоящих борт к борту (лагом). Тогда я также совершил практически невероятное, невозможное...
Я обычно всегда без особых проблем, спокойно переплывал два корпуса судов. Но тогда мы «спорнули» на три подряд. Это было больше 15 метров дистанции, плюс к тому необходимо ещё и зануриваться глубоко под них. Я тогда то ли маловато воздуха взял в легкие, то ли производил заныривание на фоне определённой усталости, когда вдруг почувствовал, что вот не заплыву сейчас за третий корпус, и всё тут. Вот не пошло!.. Так бывает... И подумал, лучше вынырну за вторым. Но всегда есть это проклятое НО… Я предварительно не подумал об элементарной страховке - в каком месте под корпусом судна при возможном фарс-мажоре следовало бы всплывать.
Всё же удивительные вещи иной раз происходят под водой при каких-то действиях в экстремальных ситуациях. Глаза видят достаточно правильную картину, а мозг, будто находясь отдельно от своего остального организма, диктует совсем иное.
Суда в этот раз стояли как никогда слишком плотно друг к дружке. И нужно было бы всплывать ближе к корме, там, где конструктивно корпуса сужаются, а полоса свободной воды между ними значительно расширена, да к тому же ещё и корма приподнимается ближе к поверхности воды. Не столь глубоко подныривать под ней требуется. Тогда бы никаких проблем! Хотя сама дистанция получалась несколько длиннее.
Да пусть бы в кое-то время проиграл дряной спор. И фиг с ним! В другой бы раз выиграл! А тут, всплывая, и, что интересно, без помех видя, что просвет щели между вторым и третьим корпусами реально катастрофически мал – голова явно не пролезет... Так, казалось бы, поворачивай в сторону и плыви полным ходом к корме. Вот только... пресловутый инстинкт самосохранения к проклятой щели взывает (а вдруг она, голова родимая, проскочит?!), ближе значительно эта щель по расстоянию, рукой подать. Манит прямо, зараза! И что же дальше?! Ткнулся башкой в металл обоих корпусов без толку, вот тогда уже другого пути не оставалось, как двигаться дальше, вперёд, под корпус судна – проплывать злосчастный третий корпус; ну, не возвращаться же на два назад, или плыть ещё метров с 10 к корме, это надо было делать сразу, пока ещё имелся остаточный запас воздуха. Вот уж где у меня возникла паника. Хоть стреляй меня, не знаю, каким чудом мне это удалось совершить?!... Наверное, подсобил мой ангел-хранитель, подтолкнул. Ведь это ещё почти шесть метров плыть, к тому же одновременно приспускаясь на глубину больше двух метров. Противоречивый спор тогда я, конечно, выиграл… Совершенно никчемушный, абсолютно необязательный спор со смертью!..
Это ни с чем невозможно сравнить, когда твои лёгкие, свернувшись мокрой промокашкой, прилипают к стенкам груди. А в мозг гадкой змеюкой вкрадываются паскудные мысли: «Ну всё, парень, доигрался, хана тебе! Чего ещё ждёшь? Разевай наконец рот, принимай водицу внутрь!». И они, эти зловредные навязчивые гнусные мыслишки, многократно прокручиваются в тебе, как на магнитофоне, пока ты отчаянно борешься за каждый дециметр дистанции. А потом тебя начинает настоятельно куда-то «уводить», обволакивает вязкой пеленой... Тело становится будто не твоё, каким-то ватным, аморфным, а движения - вялыми и замедленными, вроде как не обязательными. Твой рассудок уже не в состоянии управлять сознанием. Это уже твой несчастный страдающий мозг бунтует – начинается кислородное голодание, и чем дальше, тем всё более конкретное... Кажется, вот ещё секунда - и думать уже будет нечем. Накроет окончательно!.. И тут… вот она... наконец-то!.. - спасительная поверхность, бездонная воздушная кладезь, счастье жизни!..
Ну, уж нет, такая бесславная смерть явно не по мне!..



Продолжение в Главе 6. Часть 6……….

Автор темы
Мореас Фрост
начинающий литератор
начинающий литератор
Сообщений в теме: 10
Всего сообщений: 67
Зарегистрирован: 09.01.2020
Образование: высшее техническое
Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ». Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК. Часть 6. Подарок для Любимой

Сообщение Мореас Фрост » 14 янв 2020, 17:09

Мореас Фрост


Т Р И Л О Г И Я «М О Р Е Х О Д К А»



«Пусть погибнет вся империя,
для меня ты - весь мир»
(Марк Антоний, консул Древнего Рима)



Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ»



ДЕРЗКИЕ СТРАСТИ (переходного возраста)


Во имя Беззаветной, Настоящей Любви можно
пойти на многое, совершить невозможное, даже
подвиг! Вот и наш Герой, совершенно не думая
о последствиях и не прислушиваясь к разумным
доводам окружения, так и ринулся бесшабашно,
без страха и упрёка в рискованную авантюру -
противоборство с опасным морским «жителем» -
электрическим скатом. И, надо отдать должное
его отваге, вышел таки из битвы победителем,
вынося со дна морского изумительный по красе
трофей - большую шикарную раковину для своей
любимой в подарок к её 13-у Дню рождения. Но
разве мог хоть кто-то представить, насколько
натужно далась ему эта опасная акция, какими
неимоверными усилиями это стало возможным! А
он скромно умолчал о подробностях. Наверное,
на такую трудную победу над соперником, да и
над самим собой, его могла вдохновить только
Великая и Всепоглощающая Любовь к своей даме
сердца - бесподобной ВАРИКЕ


Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК

Часть 6. Подарок для Любимой

...На поверхности меня не было, наверное, с добрячую минуту. Батя чуть не обложился в штаны, то есть в плавки. И даже протрезвел враз. А что с Варикой творилось, я уже молчу... На ней, бедняжке, совсем лица не было!..
Вероятно, я вылетел на поверхность, как пробка, судорожно заглатывая живительный воздух. Вот ведь тяга к жизни что творит – силы удесятеряет. Зацепившись обеими руками за борт баркаса, наконец, едва придя в себя, чуть отдышавшись, с гордостью прохрипел.
- Ура-а-а… Я его всё-таки «достал»! Я его победил!..
- Господи, да что же это… творится, дядя Паша? Ну, угомоните хоть вы его. Он ведь себя совсем не контролирует... Ну, посмотрите на него!.. Это ж, сколько можно нас так изводить?! – и уже приспустившись на коленки и припав ко мне, тихим умоляющим голосом, почти на ушко, стараясь меня образумить, насколько всегда только она одна могла делать с успехом. - Ну, Славушик, любимый мой, я тебя очень прошу, не пугай меня больше так, пожалей, вылезай быстрее из воды, послушай меня, ну, пожалуйста, дорогой… хватит уже этих приключений на нашу голову. И зачем только я нашла эту противную ракушку, будь она неладна?! Или ты хочешь меня оставить безутешной вдовой?!
- Какой ещё вдовой, Варика? О чём ты?.. Мы же ещё не женаты с тобой… Ведь нам - всего-ничего, 13 лет. До женитьбы дожить бы...
- Вот именно! Так ведь, если и дальше так пойдёт, то и не за кого будет мне замуж выходить потом. Точно не доживём...
Вот и поговорили…
Тут и отец «включился».
- Сынок, давай-ка заканчивай эти свои дурацкие подводные эксперименты… Скоро так и меня до инфаркта доведёшь! Покуролесил, и хорош! Не сидится тебе на месте спокойно!.. Такого переполоху натворил, совесть поимей, а то я точно основательно возьмусь за тебя... Не поздоровится. И Варвары не постесняюсь, задницу так тебе надеру…
«Вот… Варика… накрутила уже родителя по полной программе», - сердито подумалось мне.
Однако я и не помышлял униматься. Мне позарез нужно было ещё одно погружение.
- Ну, сдаюсь я, сдаюсь... В общем, я буквально на пару секунд, и назад… – с этими словами я вновь, плюхнувшись в воду, ушел ко дну.
На этот раз по моим, конечно, раскладам я не должен был испытывать ничьего терпения. Всего-то и делов - забрать свой законный трофей да ещё попробовать поднять поверженного врага. А также нож с древком, который и сам не помню, когда упустил из рук. Наверное, в момент идиотского кислородного кризиса.
А вот и он, поверженный красавец! И хвост отрубленный - вот он, тоже рядышком валяется. Кровь, бешено хлеставшая тогда у ската из обрубка хвоста струёй, видимо, давно вышла из него.
«Но где же раковина, однако? Видимо, когда он рыпнулся в предсмертной агонии, то зацепил большой фонтан песка, и тот засыпал её. Махина-то, как-никак, не шутейная! Я в тот момент уже смутно всё воспринимал. А то, чего хуже, мог и чуток в сторону податься... Тут много и не надо... Вопрос, где и как теперь её откопать?.. Это же всё одно, что в стогу сена иголку искать... Вот ведь незадача! Как же это я с пустыми-то руками перед Варикой заявлюсь?» - безнадёжные мысли так и пульсировали молоточком в голове.
С досады я с силой подковырнул ногой ненавистную тушу. И тут... прямо из-под неё всем своим ослепительным перламутром заблистала ОНА, моя заслуженная боевая награда!
«У-у, зверюга, смотри, вцепился в неё! Упрятать решил! Даже умирая, не хотел отдавать… Слава тебе, Господи!» - моей радости не было предела.
Я жадно схватил своё вновь обретённое сокровище и… заботливо засунул себе в плавки. Они сразу надулись, как моя вторая задница. А сама раковина вдобавок ко всему неудобству ещё и кололась, как ёж. Но ничего не поделаешь. Руки мне были нужны позарез.
Явственно ощущая приближение второго раунда кислородного голодания, одной рукой я схватился за обрубок хвоста своего могучего трофея, не забывая и про сам хвост, и, собрав последние силы, грузно потянулся наверх. Всё же как это здорово, что у меня на ногах были ласты! Иначе я бы вообще не смог двигаться без помощи рук.
И тут я увидел своё оружие, лежащее на дне, неподалёку от места недавней схватки. Не очень мне как-то «климатило» делать ещё одно, лишнее погружение, но и опускаться на полпути, чтобы подобрать его, тоже не было возможности – могу потом и не дотянуть до баркаса. Как-никак, с грузом пру. Ну и тяжеленный гад попался мне, однако!.. А нож, что ж, пусть хоть что-нибудь останется от меня на память Нептуну. Это была, хвала Господу, последняя посетившая меня и вдобавок мудрая мысль перед столь натужным выходом на поверхность…
- Эй, друзья мои, а вот и я!.. – издал я радостный клич. И ведь, действительно, было теперь чему радоваться. – Принимайте груз, капитан…
Отец наклонился, чтобы понять, что это я там тяну. А я-то уже окончательно обессилел. Он, наконец, перехватил из моей руки грузную тушу и не без усилий перевалил её через борт. С хвостом я уже справился и сам, перебросив его через борт. Варика лишь ойкнула от неожиданности и страха от увиденного, резко отпрянув в сторону. У отца тоже на лице было нечто невразумительное: не то восторг, не то удивление, не то гордость за мой успех, а, быть может, и всё вместе взятое.
Действительно, «мой» морской зверь наглядно поражал своими гигантскими размерами – никак не меньше 70-и сантиметров в диаметре! А хвост после замеров оказался, ну, просто поразительным - 120 сантиметров в длину! Да уж! И с виду он был красавцем, хотя там, в воде, ещё живым, он был несравненно красивее. И красками поярче. С каким-то «живым» замысловатым природным орнаментом, идущим по всей спине. А тут, на воздухе, совсем потускнел. Но меня он уже давно перестал интересовать.
Я, повиснув локтями на планшире борта, выравнивая дыхание и отдуваясь от стекавших с моей головы по лицу капель воды, важно обдумывал, под каким же «соусом» поднести моей бесценной принцессе по истине королевский подарок. А моя королевна уже тут как тут, обнимала и целовала меня, потом, распрямившись, прижала мою голову к своему тёпленькому местечку купальника чуть пониже животика, видя, как отец увлечённо изучает тушу, не обращая внимания на нас.
- Славушик, ну всё, ты, конечно, уже не пойдёшь больше под воду, ведь правда, родной мой? – шептала она мне, вновь склонившись над моей мокрой головой. – Я вся тут извелась в конец. Это же просто невыносимо!.. Ну, пощади меня уже, любимый мой! А про ту ракушку злосчастную, и где она только взялась на нашу голову, будь она неладна, нужно просто поскорее забыть... Не нужна она мне вовсе.
«Ага, щас, как же?! Вот, погоди, ещё немножко отдохну и о-очень, очень удивлю тебя, моя дорогая», - восторженно подумывал я, по-прежнему провисая на борту баркаса в воде, всё ещё продолжая находиться во власти «отходняка».
А вот именно этих её слов о любви мне только сию минуту и не доставало. Я счастливо тёрся носом о её русалочий купальник в том его месте, где как раз и находилась самая моя драгоценная и желанная раковинка, целовал ей руки, и сомкнув свои на её такой славной, столь обожаемой мною плотненькой попочке. Тут я и совсем бы сомлел, если бы не эта «радостная» раковина, злополучно торчащая многочисленными занозами у меня в плавках. Она и без того неподобающе заняв в них всё свободное пространство, и даже больше, начала интенсивно мне мешать и всё больше уводить мои «по делу» прихлынувшие и нарастающие ощущения от «правильного» курса. Не в силах более терпеть это неудобство в столь пикантном месте, я поманил Варику к себе пальчиком. Она нагнулась. На ушко я прошептал ей, кивая вниз, в воду.
- Варика, милая, а ты не хотела бы немножко меня там пощупать?!
Она с недоумением на меня уставилась, затем невзначай обернулась, ища глазами отца. Уж кому-кому, а ему-то мы были точно не нужны. Тем более напрямую из-за навеса нас ему видно не было. Он продолжал «пригубливать» своё нескончаемое «снадобье» (интересно, его хватит до конца нашего дня?), вновь оккупировав свою излюбленную корму. Он уже давно покончил с ревизией экзотической рыбины, которую прикрыл сверху куском брезента. Теперь продолжал свой «лечебный» отдых. Лежал, покуривал и при этом загорал. Три - в одном. Нет, плохо сосчитал, четыре - ещё и отпивал понемногу. Не доставало пятого – с удовольствием заснуть.
Варика с осторожностью опустила руку в воду, я приподнялся чуть выше, ей на встречу. Она благополучно достигла резинки плавок, и уже начала опускать руку ещё ниже, как вдруг глаза её внезапно округлились. Поначалу ошарашено отдёрнув руку, она затем осторожно оттянув резинку на моих плавках, опасливо заглянула в них. К этому моменту тело моё вместе с экзотическим содержимым переместилось к самой поверхности воды. Её удивлённые глазищи, и без того огромные, стали ещё крупнее. Но они уже смотрели на меня совершенно по-иному: они сияли, они лучились, светились счастьем. Она, видимо, что-то хотела мне сказать, приоткрыв было рот. Но у неё от полнейшего и столь нежданно-негаданно захватившего её изумления и восторга ничего не получалось. Она лишь онемело-судорожно хватала ртом воздух, видимо, настолько дух перехватило. Вот именно ради этого неимоверно счастливого супермомента и стоила моя смертельная игра того резона и риска.
Варика, всё ещё не веря глазам своим, держала это прекрасное творение природы в своих руках, никак не в силах отойти от изумления, не могла им налюбоваться. А я любовался, как очаровательно и по-детски непосредственно любуется этой ракушкой она.
- Любимая моя, это тебе ещё один мой подарочек, - всего-то и сказал я, всё ещё удерживая её манящую к себе и всё более одурманивающую меня попочку, с нескрываемым удовольствием поглаживая и потискивая её руками.
Она, целиком занятая изучением моего настоящего трофея, не обращала внимания на мои настойчивые шаловливые «реверансы».
- Славушик, родной мой, как же ты меня осчастливил! Ну, ведь правда же она прелестна?! Скажи мне, милый! Она так чудесненько шумит, вот послушай. – Она приставила ракушку к моему уху.
- Ну, да, конечно, шумит... Хорошенькая ракушечка, просто расчудесненькая. Мне ещё ни разу не попадались настолько крупные. Да, любимая, тебе несказанно-невероятно повезло с ней. Действительно, пречудесненький экземплярчик… - подыгрывал я её восторженным порывам, но Варика настолько ещё была на своей «волне», что не уловила моего сарказма.
- Нет, любимый, это мне так повезло с ТОБОЙ, мой славный! Славушик, даже не спорь со мной, я знаю это наверняка. Ты у меня - самый-самый... И мужественный, и бесстрашный, и всё можешь, просто мой герой! Я очень тебя люблю, хороший мой! Но, дорогой, ты мне так и не рассказал ничегошеньки о своей геройской битве с этим кошмарным монстром, там, под водой… - и она ещё раз окинула недовольным взглядом нахально разметавшегося почти на четверть палубы ската.
А мне так почему-то стало дико грустно при виде этой фантастической безжизненной, недвижимой громадины, хотя совсем недавно всерьёз и смертельно угрожавшей моей жизни. Не только Варика, но и я временами страдал приступами сердобольности.
- Да, что тут рассказывать, Варика, просто он упорно не хотел отдавать мне твою ракушку. А, знаешь, я его очень просил... Умолял даже. И зачем она ему нужна была? Что он так в неё вцепился?.. Я лишь хотел его припугнуть, прогнать. Но он, дурко, упёрся!.. Я ведь не хотел убивать его, совсем не хотел, понимаешь, дорогая?.. Мне даже очень жаль его... Но у меня не было иного выхода! Он не дал мне выбора, понимаешь?!
Варика, плотненько прижавшись ко мне всем телом, нежно поглаживала меня рукой по спине, стараясь успокоить. Но сие «опрометчивое» с её стороны действо, мне на радость, привело к абсолютно противоположному эффекту.
«Ну всё, мне хана! Как-то не по делу я совсем раскис... Сейчас надо срочно что-то предпринимать... Думай, Славка, думай» - засвербили в голове мысли. Одновременно в моём организме начало «подниматься кровяное давление» и бить в одну, единственную точку, понятно, чуть пониже пояса.
«Это что же, опять в воду выбрасываться, прямым ходом к якорному канату, к носу баркаса? Нет, этого я уже не перенесу, не выдержу, силы после смертельной битвы совсем не те. Ещё утонуть не хватало на самом «пике», а заодно и Варику утопить... Нет, так не пойдёт... Да и что за интерес снова столь примитивно дёргаться там? Большей приятности хочется...
О, ты смотри, а голова-то моя ещё что-то соображает, не весь мозг нехваткой кислорода подпортило! Надо срочно в кубрик Варику затягивать, в ку-у-брик, пока не поздно! А то, что это за праздник у нас такой «пресный» получается?! Там, кстати, вовсе не жарко. И родитель, кажется, вон как раз вовремя задрых, разморённый… Точно, пора в кубрик!.. Класс! Очень даже здорово! Просто замечательно! Чудесненько! Вот Славец-молодец!..».



Продолжение в Главе 7. Часть 7……..

Автор темы
Мореас Фрост
начинающий литератор
начинающий литератор
Сообщений в теме: 10
Всего сообщений: 67
Зарегистрирован: 09.01.2020
Образование: высшее техническое
Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ». Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК. Часть 7. «Отходнячок» с Элементами Интима. 18+

Сообщение Мореас Фрост » 15 янв 2020, 01:41

Мореас Фрост


Т Р И Л О Г И Я «М О Р Е Х О Д К А»



«Пусть погибнет вся империя,
для меня ты - весь мир»
(Марк Антоний, консул Древнего Рима)



Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ»



ДЕРЗКИЕ СТРАСТИ (переходного возраста)


Напрямую завися в повседневной жизни от
окружения, влюблённые «голубки» непременно
старались не пропускать ни одного удобного
случая для своих «шаловливых игр». Они и в
мыслях близко не держали, открещиваться от
подобных подарков судьбы. А здесь, в такой
располагающей обстановке, на вольной воле,
«поласкаться» так и сам бог велел, грех не
воспользоваться удобным моментом, хоть и в
достаточно специфической ситуации. Так это
ведь даже ещё экзотичнее и интереснее! Тем
более, что откровенно «уставший» родитель,
на их удачу, беспечно почивает... А что же
ещё могло бы помешать всерьёз их желанному
моменту единения?!...


Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК

Часть 7. «Отходнячок» с Элементами Интима

Мы к тому моменту присели, обнявшись, напротив нашего прикрытого монстра прямо на палубном настиле, на подстилке, где совсем недавно безмятежно почивал мой родитель. Последние симптомы моей недавней усталости как ветром сдуло. Этому же способствовал и ход моих «здравых» мыслей. Но Варика всё не унималась с этим злосчастным скатом. Наконец, её окончательно «осенило».
- Славушичек, мой любименький, так, получается, эта рыбина могла тебя запросто убить?! Ведь так?! Только ответь мне честно, пожалуйста, прошу тебя!..
Было заметно, как она не притворно волнуется - в этот момент, взяв мою руку, заплела свои пальцы в мои, другой - нервно теребя их.
«Да, крепенько оседлала сердобольную волну. Вот уже окончательно «включила» беспокойную мамочку. Ну так это некстати!.. С этим надо что-то срочно делать! Так безнадёжно зацикливаться на делах, давно минувших!.. Зачем ей нужно всё это ворошить?.. И ведь так не ко времени!.. - озабоченно-сокрушённо размышлял я, отчаянно соображая. - Как же мне скорее обратить её на более лирический лад? И в кубрик, в кубрик, в кубрик!.. И чем шустрее, тем лучше! Это сейчас самая действенная терапия для меня! Дорваться бы поскорее до её «спасительного» лакомого тела... Сколько же можно ещё терпеть?! Не дай бог родитель проснётся раньше, чем хотелось бы!.. Нет, тут надо кардинально, раз и навсегда, отрубить эту её ненужную плаксивую «смертельную» тему. В конце-концов, «клин клином вышибают». Сейчас попробую, и прямо нахрапчиком...»
- Ну, как тебе сказать? Если с точки зрения природной, то человек – он кто? Царь зверей, так? Значит, он должен быть сильнее. Ну, а если в частности, то запросто этот милый скатик мог меня на тот свет отправить. Если не убить, то парализовать, как дважды два, что, в принципе, одно и то же. Просто остался бы там, на дне, бездыханный, на вечные времена... А там, между прочим, очень, ну, о-очень даже холодно! Б-рр. Всё?.. – и я картинно крепко к ней прижался, как бы согреваясь от неё.
- Боже мой, ты так спокойно об этом говоришь, Славушик!.. Это же настолько жутко!..
- Варика, солнышко моё, но я ведь жив! Вот он я, рядом с тобой. Здоровёхонек. Держу тебя в своих радостных объятиях. Да если хочешь знать, я кого угодно смогу убить за тебя! И не только какого-то там ската. Это ты хорошенько запомни на всю жизнь! Я не дам тебя в обиду никому! Слышишь, родная моя?!
Я повернул к себе её беспокойную хорошенькую головку со смешным тюрбаном волос на макушке и занял её серией долгоиграющих поцелуев в её спелые сочные губки. Она поначалу ещё несмело, но далее всё податливее отвечала мне…
Мы зацепили по пути нашу «добрую» подстилку, и уже через какие-то мгновения нас пьяно закружил безумный вихрь наших искромётных любовных «игр», в которые мы с успехом и нарастающим качеством играли уже ни много ни мало почти полтора года.


...Я уже давно сбился со счёта, по которому разу вылизывал её источающее негу и беспредельный нескончаемый соблазн «сладкое», ароматно-солоноватое от купания в морской воде и основательно разбуженное желанием тело, залезая в каждую его затаённую щелочку, пристрастно и жадно ощупывая руками каждый выступ её аппетитных округлостей. Она лежала, утомлённая, откровенно разомлевшая от многократных любовных «приливов». Её мною «горячо» любимая попочка пылала внутри огнём от многосерийных пристрастных проникновений моего алчно-ненасытного, бешено «заводного» любовного «аппарата». Но я, видя её такой разгорячённой, только ещё стремительней и круче распалялся, ещё рьяней дорывался до неё, и всё одно никак не мог ею насытиться до конца. Что это сегодня со мной происходило, не знаю? Меня прямо приступы пробирали. Даже Варика, всегда на ура и с удовольствием воспринимая мои долгоиграющие многократные «заезды» к ней, с неприкрытым удивлением изнемогая, наконец, взмолилась, прося перерыва. Наверное, я так понимаю, на меня основательно наложил отпечаток совсем недавно полученный мною приличный стресс от недавней смертельной схватки, а может, от того же перенесённого кислородного голодания... Мало ли, что там могло в мозгах перемкнуться?.. Вот, видимо, во мне и раскрутилась на полную катушку жажда жизни. Другого логичного объяснения сегодняшнему моему оголтело «нездоровому» и безудержному азарту и ненасытности не находилось.
Да, мы месяца три, как ввели в арсенал «наших игр» этот безмерно будоражащий нас и безумно головокружительный элемент сексуальных удовольствий. Я имею в виду «задние вариации». Ни одна «наша игра» в своей конечной фазе уже не могла обходилась без них. Именно они теперь становились пиковой точкой наших «жарких» встреч. Это было не простое банальное тыканье в заднее место... А всесторонне продуманное, проработанное применительно к нам и досконально отточенное нами действо, своего рода тонкий чувственный ритуал, неизменно позволявший нам в финальной его фазе, буквально взрываясь, взлетать на непостижимую вершину невероятных любовных наслаждений. Мы по ходу этого пикантного процесса старались высмаковать каждый наш даже самый маленький «сладкий» штришок в бушующем чувственном вихре «игры». И совершенно не торопились при этом, чутко прислушиваясь к своим постоянно нарастающим сладостным ощущениям. Мы непременно варьировали во время «игр» наши позиции. То это была «классика», я – на ней. То я – сзади неё. То она – на мне.
Более всего меня захватывала, буквально хватала за «живое», вторая позиция, когда я в Неё «заходил» сзади. Она, стоя на коленках и прогибаясь своей грациозной гибкой спинкой, словно кошечка, преподносила мне, вкупе со своим прелестным «цветком», радость созерцания своей «жаркой» задней щелочки, которая уже до того была обильно полита обоюдными ручьями наших соков. Удерживая рукой своего звенящего струной «охотника», неоднократно аккуратно и нежно медленно проходился им по окрестностям наружных створок их обеих. Слегка задерживался на каждом славном «гнёздышке» в отдельности, как бы «втираясь» в «доверие». Далее, обращал своё пристальное внимание на конкретно интересующее меня будущее место пребывания. Осторожно и так же медленно похаживал каской своего готового к «бою» «солдата» в непосредственной близости от призывной «огневой» точки, вокруг «Неё», сужая круговые движения. Затем, наконец, «отваживался» на небольшое, очень небольшое «Его» погружение, одновременно производя «Им» концентрические движения уже внутри «Неё». В это же время Варика, уже и без того глубоко дыша, явно ощущая «Его» начальное присутствие в себе, непроизвольно издавала глубинный стон, и, стараясь подладиться под меня, начинала сама медленно вращать задиком впротивоход моим усилиям, увеличивая при этом амплитуду колебаний внутри себя. Это наше совместное разносторонне вращение продолжалось несколько секунд. Тогда, «ставя на временную паузу», но не прекращая вращения, я очень медленно выводил свой разгорячённый «инструмент» из «Её» радушного плотного «плена». После чего, проведя очередную «проверку» обстановки на подступах к моим лакомым «местечкам», произведя несколько мягких похаживаний по её истекающему соком «розовому бутончику» и приняв часть его влаги на себя, вновь возвращался к верхнему «предмету страсти», ввинчиваясь в Него уже более глубже и основательнее, но опять же не до конца. Всё это проистекало завораживающе медленно, но с чувством, расстановкой и ни на секунду не прерываясь, на одном дыхании. При этом наши взаимные ощущения обострялись настолько ярко, что описать их словами не представляется возможным. Эти с каждым новым заходом углубляющиеся фазы повторялись несколько раз и до тех пор, пока мой любовный «аппарат» в конечном итоге не скрывался в Ней весь целиком. В этот «ответственный» момент, как правило, у Варики неизменно наступал полнейший «прилив», сопровождаемый громкими чувственными глубокими стонами. Тело её, как всегда в таких случаях, сотрясала основательная дрожь, а сама она, пытаясь выпрямиться и ещё сильнее прогибая спину, тут же без сил падала от переизбытка чувств в прежнее положение. Присутствие у неё такого важного этапного признака «заводило» меня ещё основательнее и сильнее, уплотняя мой любовный орган, без того распираемый беснующимся во мне любовным огнём и плотными объятиями её «горячей», страстной и такой обожаемой мною попочки.
Однако для меня всё ещё было впереди, только начиналось. Перед заключительным «штурмом» я в последний раз «вызволял» своего неутомимого «труженика» из «огненной», сладостной «обители» Варики. Тем самым давал моей любимой короткую передышку для более качественного чувственного восприятия и наполнения. Прекрасно зная её нескромный аппетит к этим нашим страстным вариациям, я нисколько не сомневался в феерическом продолжении нашего далеко не оконченного ошеломляющего по своей остроте спектакля. Чтобы преждевременно и некстати не «остыть» самому, в это время я охотно пробегал руками по её возбуждённому и изрядно взмокшему от напряжения любовных «пыток» телу: нежно потискивал плотные чашечки её прелестных бархатных грудок; ласково поглаживал её прогнувшийся, как у хищной пантеры перед прыжком, гибкий стан с изящными скрипичными обводами талии, переходя на стройные упругие точёные бёдра. Не забывал и про её разбухший от наслаждений нежный заветный «цветок», к которому припадал губами, ощущая очередной приливный накат её пьянящего любовного «напитка». Чувствуя, что её дыхание вот-вот начинает приходить в один ритм с моим, но не дожидаясь пока она, окончательно остыв, придёт в себя, я, наконец, ввинчивал своего натужного бравого «полковника» в её желанную тесную «келью» до отказа, давая «Ему» свободный самый полный ход. Варика в этот момент, подхватывая мой упоительный порыв, также начинала с отчаянным энтузиазмом работать своим плотненьким «сладким» задиком в такт со мной, мне на встречу. При этом непроизвольно взрывалась очередным безудержным приступом сладострастных стонов, которые уже не прекращались до самого конца, до тех пор, пока моя безотказная доблестная «артиллерийская установка», наконец, победоносно не разражалась своим праздничным бурным всепоглощающим салютом!!!
…Когда мы, наконец, выползли (по-другому, и не сказать!) из нашей любовной «опочивальни», именуемой кубриком, то обнаружили, что снаружи ничто не поменялось, хотя прошло часа полтора. Отец, по-прежнему убаюканный легкими покачиваниями судна и, естественно, под-накаченный парами нашего доброго союзника Бахуса, не подавал «признаков жизни». Правда, солнце к этому времени сделало заметный свой ход по небосклону, по сравнению с тем местом, когда мы только-только стали на якорь. Души наши требовали продолжения праздника, но уже в другой его тональности. Вот теперь никак не помешало хотя бы чуть-чуть размять наши ноги, сменить обстановку. Самое время было прибиваться к берегу.
Приложив немалые усилия, мы все же добились своего, правда, только после того, когда я вылил на батюшку ведро воды. Кое-как поднявшись на ноги, и спросонок ругнувшись на меня, он, ещё не очень ясно соображая, скорее на автомате запустил движок, а я к тому времени вытянул якорь.



Продолжение в Главе 7. Часть 8……

Автор темы
Мореас Фрост
начинающий литератор
начинающий литератор
Сообщений в теме: 10
Всего сообщений: 67
Зарегистрирован: 09.01.2020
Образование: высшее техническое
Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ». Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК. Часть 8. Лихое Шоу на «Унылом» Пляже

Сообщение Мореас Фрост » 15 янв 2020, 01:50

Мореас Фрост


Т Р И Л О Г И Я «М О Р Е Х О Д К А»



«Пусть погибнет вся империя,
для меня ты - весь мир!»
(Марк Антоний, консул Древнего Рима)



Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ»



ДЕРЗКИЕ СТРАСТИ (переходного возраста)


Что ж, вот наши Герои на берегу, рядом
с отдыхающими курортниками. Их баркас - у
берега, на приколе. Ну, на то он и берег,
чтобы после многочасовой прогулки на воде
размяться и подурачиться всласть и вволю.
И, конечно, сходу глаза и уши буквально у
всей праздно отдыхающей братии направлены
в их сторону. Естественно, в большей мере
на прелести и достоинства Варики, Главный
Герой - не в счёт. Но вот в её прелестном
облике как раз с лихвой хватает всего, на
что хочется и манит бесконечно любоваться
с большущим эстетическим удовлетворением.
Потому как она - из разряда тех, кто всем
своим неординарным внешним видом невольно
и безмерно приковывает к себе посторонний
заинтересованный взгляд. Так было везде и
всегда. Вот и здешний пляж с его приезжим
людом - не исключение. Но Герои уже давно
привыкли к повышенному вниманию к себе со
стороны. Вот и тут совсем не комплексуют,
ведут себя, как им того хочется... Чихать
им на кем-то придуманные условности, и на
всех, и на каждого! Они тоже отдыхают. На
своей «волне», конечно...

Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК

Часть 8. Лихое Шоу на «Унылом» Пляже

...Минут этак через десять мы уже вспарывали носом баркаса твердь песчаного берега. Оттащив якорь метра на три вглубь пляжа, я намертво воткнул его одним рогом в податливый песочный грунт.
Было уже четыре часа дня, и солнце слегка потеряло свой пекучий жар, поэтому мы смело могли порезвиться на берегу без особого вреда для здоровья Варики, не прибегая к повышенным мерам её противосолнечной безопасности. Взяв её за руку, помог спуститься с борта лодки, и мы, как и были в купальнике и в плавках, с радостью и удовольствием выскочили на широкие просторы местного пляжа. Это был какой-то типовой пансионат, каких тут, на береговой линии, немереное количество. Отец так и не изъявил желания выходить на волю и остался на борту баркаса за сторожа.
Народу было не очень много, но всё же… На нас как-то сразу начали «косить глаз». Ладно бы только молодежь. Однако отчего-то и взрослые стали поглядывать в нашу сторону с определённой опаской, несколько настороженно и, я бы сказал, недоверчиво. Вероятно, от нас запредельно нагло веяло необузданной свободой и бесшабашным безрассудством.
Пара наша, безусловно, выглядела нестандартно экзотично и чрезвычайно контрастно. Очень белая, неестественно, по-неземному светлокожая девушка и прямо-таки шоколадный юноша.
Да-да, про Варику так можно было говорить с полным основанием и уверенностью – девушка. Причём основательно созревшая и аппетитная. Ну, и к тому же просто красавица! Начиная с редкостно притягательных черт её необычайно очаровательного личика. Всё уже было у неё в полном «боевом» виде (дай бог такой вид в 13-летнем возрасте каждой девушке!). Он был довольно рельефным и завидно впечатляющим: и сама фигурка, и всё, что при ней. Её безукоризненную модельную внешность завораживающе дополняли и ярчайше подчёркивали неестественно длинные, значительно ниже пояса, слегка вьющиеся, светлые с золотистым отливом пышные волосы, которые она, к этому времени расправив, полностью распустила. Неестественную реальность картины пикантно довершал необычайной красоты купальник. Вот вам налицо – инопланетянка.
Справедливости ради, стоит упомянуть и о внешнем виде её кавалера. Шоколадный юноша был на полголовы выше своей экстравагантной спутницы, с несколько аскетически утончёнными чертами лица, не без налёта мужественности, с короткой стрижкой слегка выгоревших на солнце и изрядно осветлевших тёмно-русых волос. Несколько худощавое телосложение, но с определённо развитым спинно-плечевым поясом и длинными тонкими пружинистыми ногами намекали на удачно заложенную в его организм недюжинную природную гибкость и ловкость. Оригинальность внешнего облика окончательно довершали несколько длинные, хоть и тонкие, но достаточно сильные и крепкие жилистые руки, изрядно наработанные систематическими долгими плавательными нагрузками и хроническим ношением неподъёмных тяжестей в быту. В принципе, в моём внешнем облике ничего особо сногсшибательного не проглядывалось. Самой рядовой наружности. Не урод, ясное дело, но и далеко не принц. Видимо, именно этим единственным вопросом вся отдыхающая братия вокруг нас – от мала и до велика - и задавалась. Что это обворожительное дитя богини может иметь общего со столь ординарным пареньком, пусть даже и чрезмерно загорелым, но совсем не Аполлоном? Нам же от их косых взглядов было параллельно. Мы вели себя, разумеется, исходя из своих сугубо ситуативных рамок приличия, вполне, на наш взгляд, адекватно текущему для нас моменту. Ну, разве что несколько расслабленно.
Вначале, разминки ради, под «обжигающим» прицелом нескольких десятков пар любопытствующих глаз (ну, куда от них было деваться?!) мы, беззаботно веселясь, пробежались по самой кромке прибоя, метров сто туда и обратно. Потом, взявшись за руки, беспечно и раскрепощённо погуливали тут же по мелководью, время от времени со смехом, шумом и визгом, брызгаясь водой, кокетничая, обнимаясь, даже иногда целуясь, не обращая ни на кого внимания. В общем, были заняты исключительно друг другом. Вскоре прилегли отдохнуть на песок неподалёку от баркаса.
Я предложил Варике подурачиться ещё немножко. В тёплом песке я выкопал неглубокую ямку длиной в её рост, пригласив Варику улечься в неё – она охотно приняла мою игру - что она и сделала. Я полностью засыпал её песком, свободной оставив только голову с разбросанными по кругу веером волосами в виде солнца. Чуть подмочив песок, навел на нём полные очертания женской фигуры со всеми присущими ей характерными половыми «принадлежностями»: сваял ей высокие груди, рельефно обозначил «заветное» место, ну, и так далее. Эх, жаль, что не оказалось у нас под рукой фотоаппарата! Сильнейший получился бы снимок! Потом я взял и просто лёг на неё навзничь, лицом к лицу. Мне так захотелось. Очень уж счастливый и довольный вид был у Варики в этот момент. Тут уж сам Бог велел достойно её «вознаградить», поцеловать в её смеющиеся и призывно зовущие меня губки, что я с превеликим для себя удовольствием и сотворил. Причём предельно эротично и глубоко.
По толпе «сопереживающих» отдыхающих прокатилась гулкая волна ропота. А остолбеневший курортный молодняк примерно нашего и даже более возраста, кучковавшийся группками неподалёку, прям-таки рты поразевал. По-привстали со своих насиженных мест, чтобы лучше разглядеть нас. Некоторые не в меру церемонные и обескураженные нашим фривольным поведением мамаши, крайне озабоченные бурным и явно не прогнозируемым развитием сценария с нашей стороны, начали запоздало стыдливо прикрывать глаза своим чрезмерно «любопытным» великовозрастным чадам. Мол, нечего пялиться на то, как не пристало себя вести в благородном обществе. Одним словом, цирк, а мы – на его арене. Мужская часть, включая и более взрослую его составляющую, так те вообще пялились на Варику с самого начала нашего неожиданного появления на пляже, жадно целиком «поедая» и одновременно раздевая её глазами, пытливо следя за нашими «бодрыми и лихими» перемещениями, давно всерьёз и надолго позабыв про своих жеманных выбражуль-подружек. Ну, а те «губы понадували», не нравилась им картина полнейшего к ним невнимания и пренебрежения. Что ж, вполне был с ними солидарен, кому может такое нравиться?..
Нам и в городе частенько приходилось сталкиваться с подобным отношением к нам, хотя, казалось, ничего этакого себе позволить не могли и близко. Это тут мы могли не сдерживать особо свои эмоции и порывы, сознательно расслаблялись – кто нас здесь знал? Перед кем нам отчитываться, марку держать? А в городе особи мужского пола (я этих нахалюг - слюнявых красавцев, не сложивших себе цену - по-другому, никак не называл) иной раз Варике проходу не давали, невзирая на то, что я рядом находился. Выпендрёжники! Глазки строили, ножкой суча, дешёвыми комплиментами пытались её очаровать. Вот только их наивные банальные слащаво притворные комплименты и ломаного гроша не стоили. Разве шли они в какое-то сравнение с моими, от которых Варика трепетала в моих руках всем своим существом?! От которых сердце её сжималось и тонуло в восторженных чувствах, замирая от счастья! Я, конечно, горячился, порываясь давать отпор этим обнаглевшим ухажёрам. Но Варика насильно старалась удерживать меня от явных боевых действий, да и временами силы у моих соперников бывали явно не сопоставимы с моими. Хотя, будучи с ней рядом, я никогда и никого не боялся, смело ввязываясь в любые «разборки». Причём иной раз попадались наглые «хлыщи» куда постарше и габаритнее, чем я. Меня это никоим образом не останавливало. Пострадать за правое дело - совсем не грех! Бывало, ситуация накалялась чрезмерно или, чего хуже, выходила из-под контроля. Тогда Варика сама искусно разбиралась с ними, по-своему, безжалостно и без каких бы то ни было шансов для них.
А тут, на каком-то задрипанном пляже, в явно оскорбительных тонах, обсуждалось наше якобы дикое, «брутальное» и вызывающее поведение. Казалось бы, какое им всем было дело до нас?! Продолжали бы себе лежать со своими толстыми задами, как и до нашего появления, и париться на солнце дальше... Нет же, попялиться им надо на неординарных людей!.. Что-то выискивать в них... Обсуждать... Ну что у нас за народ?! Нам стало понятно, что здесь мы – инородное тело, мы – чужие, нам не очень рады. Я помог Варике отряхнуться от песка, и мы пошли окунуться, чтобы смыть с себя песок окончательно. В тёплой и нежной водичке неглубокой лагуны мы ещё немного поплескались, барахтаясь, игриво щекочась и целуясь друг с другом, словно два молодых тюленя. Она уже совершенно не пеклась о намокании своих драгоценных волос. Нет ничего прелестней – полностью абстрагироваться, ни о чём не думая, не переживать, а беспредельно отдаться сегодня во власть природы. Это я порекомендовал ей сделать в самом начале, когда баркас ещё только-только уткнулся носом в берег, чтобы по-полному расслабиться и лишь получать удовольствие от всего нас окружающего. И она прислушалась к моим словам. Однако и здесь нас продолжали настойчиво «буравить» назойливые чужие взгляды. В конечном итоге мы вышли из воды.
На заблаговременно задуманное мною предложение прогуляться к посёлку за мороженым, моя «русалочка» откликнулась охотно.
Варика забрала полотенце из баркаса и надела шляпку, которая ей, ну просто чУдно как была к лицу (этот её особый шедевр тоже никак не могли не оценить по достоинству заезжие модницы своими жадными завистливыми взорами), а я прихватил лишь денежку. Предупредили отца о своём походе и оставили убогий снобливый народец дальше прозябать в вечной тоске.
Шоу закончилось, господа-товарищи!



Продолжение в Главе 7. Часть 9……

Автор темы
Мореас Фрост
начинающий литератор
начинающий литератор
Сообщений в теме: 10
Всего сообщений: 67
Зарегистрирован: 09.01.2020
Образование: высшее техническое
Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ». Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК. Часть 9. Удалая Разборка на Дороге

Сообщение Мореас Фрост » 15 янв 2020, 02:02

Мореас Фрост


Т Р И Л О Г И Я «М О Р Е Х О Д К А»



«Пусть погибнет вся империя,
для меня ты - весь мир»
(Марк Антоний, консул Древнего Рима)



Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ»



ДЕРЗКИЕ СТРАСТИ (переходного возраста)


Всё верно. Именно так, как всегда и всё в
нашей жизни и проистекает, по отлично всем и
давно известному правилу: в каждом бочонке с
желанным мёдом должна присутствовать хотя бы
маленькая, но ложечка дёгтя. Вот и для наших
бесшабашных Героев столь пречудесным образом
складывавшийся счастливый день никак не смог
под занавес обойтись без совсем ненужного им
испытания нервов. Вот непременно надо такому
было случиться, чтобы именно в этот особенно
знаменательный день, на пути их следования к
поселковому магазину, Главный Герой вынужден
был противостоять ватаге обнаглевших местных
«джентльменов удачи». К тому же их много: аж
семеро – на одного… Только вот налётчикам не
мешало было знать, что наш Герой – совсем не
из робкого десятка. Но самое главное даже не
в том. Ведь «переиграл» он эту «безбашенную»
ватагу благодаря немалой дерзости и быстроте
мышления, помноженным на солидный опыт лихой
улично-дворовой жизни. В итоге, в завершение
инцидента получил даже солидную сатисфакцию,
сурово наказав обидчика дамы своего сердца


Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК

Часть 9. Удалая Разборка на Дороге

От береговой черты до поселкового магазина, а это был посёлок под названием Счастливцево (оптимистичное такое названьице!), была немалая дистанция - порядка четырёхсот метров. Дорога к нему пролегала сначала по широкой тропинке метров сто длиной, пролегающей между территориями двух соседствующих пансионатов, а затем тянулась метров двести по совершенно необжитой пустынной местности до магистральной трассы, проходящей через всю освоенную часть Арабатской Стрелки. Ну, а там ещё сотня - и, считай, ты - у цели.
...Варика шествовала рядом со мной, повязав полотенце на поясе, в своей оригинальной прелестной соломенной шляпке, а я – лишь в плавках. В принципе, так все тут ходят, этим никого не удивишь. Приезжие отдыхающие останавливаются не только в пансионатах, но и повсюду в частном секторе. Потому проходить к морю и назад, в посёлок, всю эту дистанцию нагишом – в порядке вещей. Обычно в это время на здешнем участке народу немного бывает. Все, кто желал, давно на море, а возвращаются, как правило, ближе к шести-семи часам.
Идя и в обоюдном удовольствии обсуждая с Варикой перипетии пережитого нами в полной приятности и близящегося к завершению так чудно складывающегося дня, где-то на последней трети пути к посёлку, ближе к трассе, невзначай (а глаз у меня хорошо намётанный) подмечаю, но уже совсем невдалеке от нас, солидную ватагу, скорее всего, поселковых ребят. Ходили слухи, в курортный сезон местные временами «промышляют» на курортничках – денежку «потряхивают». Взрослых, понятное дело, не трогали. В обиход брались одиночки-пацаны или молодые парочки-отдыхающие, вот типа нашей. Идеальная «мишень»! Не местных – за версту видно. Однако коренных геничан старались не трогать, ответной мести боялись. Понятно, инстинкт самосохранения срабатывал. Не мудрено - село небольшое. Тут обидчиков долго искать не пришлось бы при случае...
…По ходу прикидываю ситуацию.
«Продолжать движение вперёд – сто процентов - быть «наезду», пусть даже ради развлекаловки. Давать задний ход – вроде как поздновато, скорее всего, догонят... Только хуже будет. Одного бы – нет, но я-то – с Варикой! Да и как я при таком раскладе буду выглядеть в её глазах?.. Нет, это однозначно не "прокатывает!"».
В общем, я стал «деревянным» (то есть напрягся внутренне). По спине пополз неприятный холодок. Нет, я не испугался драки, хотя как раз последнее в свете повального сегодняшнего для нас позитива так было сейчас некстати!..
«Но что тут сделаешь?! Попали!.. Вот уже и дорогу нам перегородили. Да, их, конечно, многовато, семеро – на одного меня!..» - отметил сходу.
Как правило, в подобных раскладах всерьёз опасаться стоило двоих, ну, может, троих... Остальные при первых же проблемах обычно рассыпаются, кто куда. Но в стае даже шавка последняя, и та – борзая!..
Главаря я приметил сразу.
«На редкость «шкафистый» парниша! Наверное, года на два постарше меня будет, если не на все три... Про его массу я уже молчу... Остальная «королевская рать» - примерно моего же возраста, лет тринадцати, да и комплекции приблизительно той же, не особо выдающейся. Хотя, по сравнению с некоторыми, тело моё несколько хрупковато выглядит... Ну, ничего, будь что будет!.. По крайней мере, без боя я не сдамся. Да и не впервой «отмахиваться». Лишь бы Варику не затронули. А то у подобных дурковатых «головорезов» может и на такое ума хватить. Мозгов совсем нет...» - продолжал я анализ ситуации, намеренно замедляя шаг.
Тут и Варика всерьёз заволновалась, крепче сжав мою руку. Она тоже успела оценить, если не всю его глубину, то сам момент точно. Сообразила, что «жареным» попахивает…
«Ежели что, то надо сходу главаря «вырубать»! Именно «вырубать»! Остальные держатся только на его авторитете», - резонно размышлял я.
Драться мне было - не привыкать. Я, конечно, человек мирный по натуре, совсем не кровожадный. Но в городе у нас имелись места, где тебе не всегда и не все бывали рады, и где в одиночку лучше было лишний раз не «светиться»… А если и ходить, то под «прикрытием». «Прикрытие» - это, когда знаешь пару-тройку имён тамошних «авторитетных» пацанов, вроде как имел с ними когда-то какие-то дела (хотя, какие уж там дела могли у меня быть с местной генической босотой?). Но это ещё могло кое-как «прокатить». В противном случае - только «махаться». А «махаться» приходилось, и не единожды. Иногда доводилось «радостно светиться» многочисленными синяками в самых разных, в том числе и совсем ненужных местах тела.
- Славушик, что-то не нравится мне эта сомнительная компания ребят впереди... Совсем не нравится. Давай лучше возвратимся назад, может, ещё не поздно!?... К тому же и людей вокруг – никого... – нешуточно забеспокоилась Варика, потянув меня за руку.
- К сожалению, дорогая, поздновато, мы с тобой немножко проворковали наш возможный отход... Попробуем прорваться. В любом случае веди себя независимо, как ты это умеешь. И ни при каких обстоятельствах не показывай вида, что ты их боишься. Это – трусливая местная быдлота, прости за такое слово нехорошее. Самые обычные «потрошители». Им нужны лишь наши грошики, ну, и… самая малость нашего унижения на закуску... Как бы то ни было, я тебя в обиду не дам! Да и деньжатами с ними делиться тоже не собираюсь. Солнце моё, доверься мне… Я всё улажу!.. Самое главное – слушай меня внимательно и неукоснительно делай то, что я тебе буду говорить! - я говорил спокойно и уверенно, пытаясь то же самое вселить в свою ненаглядную. Хотя насчёт последнего как раз было пока проблематично, как у меня, так тем более и у неё.
- Конечно, милый, я буду всё делать, как ты скажешь... - испуганно отозвалась Варика.
Мы почти поравнялись с «разбойничками». Всё это время они с интересом рассматривали меня и мою спутницу, видимо, прикидывая, на что можно нас раскрутить, и как побольнее «укусить»? Обычно в подобных ситуациях у приезжих не возникает «крамольной» мысли давать какой-либо отпор. Раскошеливаются и быстрёхонько ретируются. Что и требовалось доказать! Лёгкая добыча! Понятное дело, в мои планы не входило с кем-то делиться моими кровными. К тому же на курортника я никак не «тянул». Похоже, и они это тоже сообразили, когда мы подошли чуть ближе. Это давало нам какой-то шанс выйти «сухими» из воды. Но хорошенько покуражиться и чуток развлечься, я так понял, намерения у них имелись, что тут же явно и подтвердилось.
- Эй, цувиха, дай сапацку померить! – это начал, как обычно в таких ситуациях, кто-то из ближнего окружения главаря.
Говорил чернявый, откровенно наглючего типа пацан, довольно сбитенький, внешне очень смахивающий на цыгана, стоявший слева от вожака. У других вроде лица как лица. Но этот мне сразу предельно не понравился. У него спереди уже не было двух зубов, и он довольно потешно шепелявил.
«Видимо, не такой уж ты и грозный на самом деле, если зубы свои не смог уберечь. Зато, гад, не в меру хамовитый, - как же у меня кулак зачесался, проехать по ещё одному его зубу. – Мерзавец, пасть свою поганую открыл на мою Варику!.. Сволота! Погоди, баран, я тебе ещё покажу и «цувиху», и «сапацку»! Нет, тут, скорее, надо брать взаимной наглостью и интеллектом. Вон, какой вид у главаря дебиловатый»... - в ускоренном темпе соображал я, прикидывая в голове все возможные дальнейшие варианты развития событий.
- Варика, пожалуйста, ничего им не говори. И не отвечай на их провокационные вопросы. Просто молчи!.. И всё! И ничего не бойся! Сейчас попробую с ними договориться. Стой тут! - я ещё раз огляделся по сторонам. С той, откуда мы пришли, но ещё очень далеко, только-только показалась небольшая группка людей. – Если что, беги назад, в сторону идущих к нам людей. И, что бы ни произошло, ни в коем случае не вздумай встревать в мои разборки! Это тебе не город. Всё, стоишь здесь! – я негромко, но как можно убедительнее и доходчивее старался донести до Варики линию её поведения.
- Ну, ты со, совсем глухонемая? – тот же, беззубый, прямо напирал своей наглостью.
- Погоди, чувак, я тебе сам скоро всё разъясню! – раздражённо кинул я в сторону шепелявого.
Выступив слегка вперёд, я остановился примерно в метре от главаря.
– Я так понимаю, ты тут за главного? – обратился к дебелому вожаку, и всё внимание разбойной бригады сразу сосредоточилось на нас.
- Ну, и…
- Тебя звать-то как? – я пытался завязать беседу, стараясь выиграть время на подход людей, пока всё ещё находящихся далековато.
«Ну и здоровый же ты, детина, - промелькнуло в моей голове. - И, кажется, настолько же тупой-тупой».
- Ну, Точилой кличут. И шо?..
Остальная братия просто расслабленно стояла, внимательно прислушиваясь к нашему диалогу, но не вклиниваясь в наш разговор с главарём и ничего пока не предпринимая. Главное – они про Варику забыли, уже не цепляли. Все ожидали развязки наших «деловых» переговоров.
- Точило, включай интеллект, я же тебя не про кликуху твою спросил, а как мамка тебя прозывает!.. – я говорил крайне спокойно, но с некоторой издёвкой, и стараясь подстроиться под соответствующий ситуации жаргон.
- А-а, ну, Денис я… А ты кто такой? – пробасил Точило.
«Точно, не ошибся, дебил, туго доходит. Остальные, видимо, немногим отличаются от предводителя. Они так и не вкумекали, что я над ними издеваюсь», – я продолжал наслаждаться своим моральным превосходством над этой тупой ватагой. У меня на тот момент в уме уже удачно обозначился конкретный сценарий по возможному благоприятному разруливанию сложившейся ситуации, и, похоже, с оптимистичным концом.
- Я – из города, с батей приехал, ну, и с подругой, как видишь… У меня есть к тебе личный разговор, давай-ка отойдём, побалакаем чуток, один на один, – я обернулся к Варике, окинув её подбадривающим взглядом, мол, держись!
- Ну, давай, если не шутишь… Я ща, пацаны, ждите.
Мы отошли метров на пять в сторону.
Я начал по-деловому, безо всяких предисловий и довольно нахраписто.
- Послушай меня внимательно, Точило. Понимаешь, я тут с подружкой вышел в магазин ваш прошвырнуться. Вы сейчас меня серьёзно задерживаете... А у меня времени – в обрез! Меня батя ждет на катере на берегу со своей бригадой друзей-офицеров военкомата. Задание у меня. Нас за хавчиком кое-каким послали. Ты правильно схвати ситуацию... Если мы не вернёмся через 15 минут назад целыми и невредимыми, они тут же выпотрошат наизнанку всю вашу селуху вместе со всеми курортниками. Тебе, надеюсь, не нужны лишние неприятности?.. Вот что, мы сейчас пройдём дальше по назначению, а вас тут, когда мы будем возвращаться назад, уже близко не должно быть! Я даже могу тебе пообещать, что дома не буду рассказывать своей компании корешей о нашем небольшом скандальчике. Мы сюда частенько наведываемся. И, поверь, в очень достаточном количестве… Я просто уверен, ты в этой богом забытой «дыре» своей задрипанной столько народу серьёзного не соберёшь... А пока будем считать, что никакого инцидента не было. Случилось лишь небольшое недоразумение, которое мы своевременно с тобой «разрулили» и кое-кого, кстати, приструнили… Ты согласен с моими доводами, а, Точило-Денис?
Я говорил тихим спокойным, но жёстким тоном, каждой своей фразой, словно отхлёстывая этого недалёкого селюка, наблюдая за постепенно меняющимся выражением его не обременённого интеллектом рыхлого туповатого лица - из надменно-наглого - в жалкое, испуганно-угоднически-рабское. А затем уже громче, чтобы и остальные «гангстеры» расслышали, продолжил.
- И последнее. Я бы всё-таки порекомендовал тебе, Точило, подумать, стоит ли вам тут дальше промышлять настолько рискованным промыслом?! Не ровён час, можешь нарваться на кента, не столь великодушно настроенного, как я сегодня, и основательно загремишь под фанфары. Мало не покажется! Всё ведь бывает до поры до времени…
Видимо, мои мудрые мысли добрались до сознания вожака потрошителей, и довольно быстро, потому как он сбивчиво затороторил.
- Ну, да-да, я что… я… конечно... Нормальные эти… доводы. Ну, сразу бы так сказал… Мы… это… что?.. Конечно, ну… мы пойдем... Подумаем, как быть. Всё в порядке… приятной вам этой… прогулки… конечно... Да вас трогать никто не думал… Всё-всё… мы уходим… Нет проблем никаких... – мямлил ошарашенный Точило.
- Ну, и ладушки, считай, что поговорили... Вот только ещё пару слов у меня имеется... вон к тому, беззубому, можешь его подозвать?
- Ну, да… Дро-он! Вали сюда!
Подковылял Дрон.
- Цево нада? – наглость продолжала безнаказанно бесчинствовать.
- Дрон, знаешь, ты очень обидел вот эту девушку, подругу мою, - я кивнул головой в сторону Варики. - Мне бы очень хотелось, чтобы ты попросил прощения у неё? – продолжил я свою «просветительную» миссию.
- Цьто?! Я?! Прасения?! Тацила, цьто-то я не вкурю, цево этот дрысь здеся права кацяет? – не слезал с волны бесчинствования щербатый, и тут же заполучил ощутимую оплеуху от вожака.
- Давай, гнись! Потом всё объясню… - рассвирипел предводитель, наградив своего подопечного затрещиной.
- Не понял!.. Я цьто, цьмо какое-то, Тацила? – продолжал упрямо ерепениться Дрон.
Я, упиваясь своей морально-психологической победой, уже окончательно вошёл в раж «праведника». Мне изрядно надоела вся эта мышиная возня и эта полностью конченая компашка. Я весомо вмешался в воспитательные порывы вожака.
- Ты знаешь, Точило, у тебя какая-то недисциплинированная и, в целом, дрянная команда. Ты потом, понятное дело, с ними сам разберёшься, на досуге. У меня совсем не остаётся времени дружка твоего дурковатого уговаривать. Я передумал насчёт извинений... К тому же извинения от такого задрипанного чушкарика, как Дрон, ровным счётом ничего не стоят.
При последних моих словах у опешившего Дрона округлились глаза и даже рот слегка приоткрылся от столь неприкрытого «наезда» на его персону на глазах у всей братвы. Тем временем я крепко сжал в своём кулаке давно лежавшую в нём взмокшую от былого волнения кучу мелких монет. Тут же, не давая Дрону опомниться, с разворота, очень резко, вкладывая в удар всю свою возможную мощь и добавляя к ней энергию корпуса, неожиданно делаю резкий выпад прямёхонько в его нахальную, приоткрытую от удивления челюсть своей ударной левой (я же левша). Дрон рухнул на песок, как подкошенный. Я так думаю, там ещё одним потерянным зубом точно не обошлось никак. Ишь, как костяшки пальцев себе раскровянил! Но у меня не было к нему ни капли жалости. Заработал, засранец, по заслугам! В другой раз, может, чуток подумает, прежде чем ерепениться и вякать не в попад, распускать не по делу свой корявый язык! Если, конечно, есть чем думать…
- Это тебе, Дрон, за «цувиху» и «сапацку» а также за «дрыся». И к доктору обязательно сходи! Пусть он тебе мозги промоет и заодно подскажет, как надо разговаривать с приличными людьми! – бросил я напоследок тоном мастера, удачно выполнившего важную для него миссию.
Тут как раз и люди подоспели. Но нам в них резона уже не было никакого. Почти на глазах незадачливая пацанва «рассосалась», подхватив и унося за собой с «поля боя» раненого подельничка.
А Точило этот оказался элементарным трусом, ну и, понятное дело, дебилом стопроцентным. Но самое главное - меня он понял однозначно правильно. И даже как-то очень быстро. Да, эти «конченные» ребятки хорошо понимают лишь грубую физическую силу или действенную угрозу её применения.
«Разрулив» быстро и красиво недвусмысленную ситуацию и с превеликим удовлетворением после благополучно соблюдённых справедливых «формальностей», я поспешил к всё ещё напуганной и ошеломленной Варике. Она в недоумении и с понятным чувством тревоги наблюдала за всем этим цирком, абсолютно не понимая, что происходит.
По ходу оставшегося недолгого пути к магазину, распираемый чувством гордости от качественно проделанной «воспитательной работы», я вкратце поведал Варике о мною виртуозно проведенной операции по обезвреживанию шайки грабителей с «большой дороги». Мы от души смеялись, вспоминая незадачливые колоритные персонажи, так нежданно нам повстречавшиеся в такой важный для нас и настолько удачно складывающийся день.
- Но всё-таки, Славушик, я ужасно волновалась за тебя. Они такие наглючие, грубияны, прямо бандюги какие-то.
- Нет, моя дорогая Варика, здесь ты не совсем права, глядя на их внешность. На самом деле это – ущербный и глубоко несчастный народец. Мне, если честно, от души их жаль... Ведь сами они в этом не виноваты. Это наша не всегда справедливая жизнь их такими сделала, что они на «дорогу» промышлять вышли. От убогости и безысходности. Что они в своей забитой жизни видят интересного, кроме этого своего моря и бесконечных туч песка вокруг?.. Но проучить их, как следует, стоило. У тебя, к твоему счастью, нет возможностей близко с такими или им подобными встречаться. Мне же иногда, к сожалению, приходится... И, знаешь, не факт, что бывает настолько же удачно, как сегодня.
- Ой, какой же ты умница у меня, Славуша, мой бесстрашный геройский кавалер! Я вначале так испугалась за тебя, но потом, когда этот верзила шлепанул того, беззубого, я чуть-чуть дух перевела, даже начала верить, что всё ещё может обойтись... Но, когда уже ты ударил его и сшиб с ног, я просто перестала что-либо понимать. Славушик, а тебе совсем не было страшно одному против всей этой банды?!
- Дорогая, не буду тебе лукавить, в какой-то момент, конечно, было! Я же обычный человек. И самый обычный человеческий страх, это - нормальная реакция на любую опасность. Подобные встречи - всегда более или менее опасно, а значит, и страшно. Но тут главное – без паники подходить к любой подобной ситуации. Только запаниковал - уже, считай, проиграл. Тут нужен здравый рассудок, холодный и тонкий расчёт. А ещё надо психологический момент прочувствовать… Быстро определить, кто перед тобой, кто он - твой противник? Что ему от тебя надо? И что можно от него ожидать?.. Это уже, пожалуй, успех на 50 процентов. Дальше надо действовать строго по обстановке, принимать окончательное решение. Думать надо очень быстро! И хорошо, когда есть какой-то запас по времени. Тогда уж точно, если успеешь быстро набросать в голове примерный план действий, считай, на шаг опережаешь противника, значит, ты - на коне! Эх, Варика, мне уже по этой специфической части кое-какие «университеты» пришлось пройти… Увы, очень уж горячая и запальная молодежь подрастает в нашем родном Геническе… Счастливый ты человек, тебя вся эта подобная возня никаким крылом не цепляет. А тут, бывало, случайно одной ногой ступишь на «чужую» территорию и сразу по сторонам озираться начинаешь... – я уж совсем, как павлин, «распушил» свои перья перед Варикой.
- Боже ты мой, как же всё это сложно, оказывается!.. Славушик, дорогой, какой же ты у меня умненький и благоразумненький! Такие простые, логичные и взрослые у тебя рассуждения! Я лишний раз убеждаюсь, что вот не зря я тебя так полюбила... Нет, ты совершенно не обычный человек… К тому же очень смелый и сильный духом! Дай-ка, я тебя хорошенько расцелую, мой славный! Мне, действительно, ничего не страшно с тобой!
Вот о таком меня упрашивать совсем не надо. И мы, не замечая проходящих и дико на нас косящихся курортников, сцепились в долгом и страстном поцелуе прямо посреди дороги. Нас обходили, временами подталкивали, кое-кто, возможно, специально. Но мы вокруг себя никого не замечали и абсолютно ни на кого не реагировали. Мы были заняты только собой, исключительно собой.
- Так, значит, мороженое?.. Что ж, снова «ударим» по сладкому! – оторвавшись, наконец, от сладкущих губ Варики, проговорил я и... тут же присел на корточки в состоянии полноценного и чудесно, во всей красе обозначившегося в плавках «заряда». Куда уж тут было заходить в магазин?.. Как-то совсем не с руки. – Однако мне «подостыть» доведётся чуток, дорогая!.. - виновато ретировался я.
Варике всё было понятно и без слов, она давно «это» прочувствовала на себе во время поцелуйного антракта. Лишь только хитренько хихикнула мне в ответ. Вот ведь сущая лиса, а не Варика.


…В магазине довелось отстоять довольно приличную очередь. Лакомство, как-никак, летнее, востребованное, во все времена премного популярное. Мы купили два вафельных стаканчика, туго нашпигованных мороженым, ещё и с большущими, изрядно навороченными сверху горками. Оно в то время продавалось только в единственном виде - на развес. Зато было великолепным на вкус! Совершенно натуральный молочный продукт! Весь обратный путь мы вышагивали «на подъёме», на редкость довольные самими собою, с превеликим смаком и удовольствием занимаясь поеданием своих лакомых «стаканчиков». Как раз хватило до самого баркаса.



Продолжение в Главе 7. Часть 10……

Автор темы
Мореас Фрост
начинающий литератор
начинающий литератор
Сообщений в теме: 10
Всего сообщений: 67
Зарегистрирован: 09.01.2020
Образование: высшее техническое
Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ». Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК. Часть 10.Возвращение и Горечь Расставания

Сообщение Мореас Фрост » 15 янв 2020, 02:29

Мореас Фрост


Т Р И Л О Г И Я «М О Р Е Х О Д К А»



«Пусть погибнет вся империя,
для меня ты - весь мир»
(Марк Антоний, консул Древнего Рима)



Книга I. «ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ХРОНИКИ»



ДЕРЗКИЕ СТРАСТИ (переходного возраста)


Всё в нашем мире имеет одно всем известное
и неизменно присущее свойство – заканчиваться
когда-то. Приятное, естественно, тоже. Быстро
наступивший вечер приблизил наших Героев к их
печальному моменту расставания. Вот, казалось
бы, совсем недавно, всего какой-то час назад,
по возвращении домой, ещё на подходе к порту,
они безмятежно стояли на верхотуре кубрика на
самом носу баркаса, безмерно умиротворённые и
счастливые, а вот теперь, на пороге её дома -
и уже совсем в другом настроении - поникшие и
печальные и необычайно расстроенные чрезмерно
долгой предстоящей разлукой. То, что не скоро
предстоит им встретиться в следующий раз, они
не сомневаются. Ведь Варике пришлось пойти на
обман родителей, чтобы побыть рядом с любимым
в этот особый день. Но не было иного пути для
этой встречи. А она столь необходима обоим их
любящим сердцам!


Глава 7. МОРСКОЙ ПИКНИК

Часть 10. Возвращение и Горечь Расставания

Драгоценный мой батянька весь период нашего отсутствия продолжал неотвязно, настойчиво и преданно «гостить» у безгранично почитаемого им сегодня хмельного Бахуса, причём в сурово беспробудном варианте. Очередная неприятная тяжёлая побудка стоила ему второго принятого на его голову ведра воды. Ох, видать, неограниченные у него были запасы!.. А я-то, наивный, опасался, что ему не хватит этого «зелья» до победного конца...
Однако безжалостное время нас настойчиво подгоняло. Близилось к шести часам вечера, а нам предстояло ещё минут 30 хода до порта. Солнце уверенно подкатывало к недалёкому горизонту, а погода продолжала радовать своей благодатной всепокоряющей лаской, обещая не менее чудный, нежели день, вечер.
Я выкорчевал якорь из песочного плена. Одновременно столкнулись с «радостным» для нас обстоятельством. Кромка воды с началом вечернего бриза слегка отлила от берега, и теперь наш «крейсер» оказался наполовину в плену у суши. Наш «доблестный капитан» попросту «добросовестно проспал» в прямом и переносном смыслах нужный момент. Нам пришлось дурными потугами, расшатывая баркас на песке из стороны в сторону, клаптик за клаптиком отвоёвывать у берега песчаную полосу, отделявшую нос баркаса от полосы прибоя, стаскивать задним ходом далеко не лёгкую посудину. Даже Варика пыталась впрячься в работу, видя наши отчаянные нечеловеческие потуги, хоть я всячески пытался отогнать её, как назойливую муху. Хорошо, мимо, пожалев нас, проходила компания взрослых ребят. Благодаря их своевременным и крепким усилиям, мы, наконец-то, благополучно ускорили глупую операцию.
Снова разразился диким поначалу ором мотор, и наша «шестиконячная упряжка» понесла нас в обратный путь.
На море стоял полнейший штиль. Поверхность воды была идеально гладкой, подобно зеркалу. Лёгкий поток чистого воздуха от максимально скоростного хода баркаса приятным образом освежал и ласкал наши изрядно разомлевшие от праздности тела. Солнце начинало готовиться к своему близкому заходу за полоску горизонта.
Мы с Варикой лихо забрались на крышу кубрика, подсев к самому носу. Оттуда, глядя вниз, мы завороженно наблюдали, как острый форштевень баркаса, разрезая поверхность воды, идеально ровно разделяет морскую гладь на две его гладкие симметричные половинки. Я встал на ноги, помогая подняться Варике. Встречный воздушный поток тягуче обволакивал, обходя нас, развевая её длинные волосы. Сначала мы стояли на покатой скруглённой крыше кубрика. Широко расставив ноги для упора, я удерживал Варику в своих объятиях. Затем я предложил, и мы с ней опять «играли»… Стоя боком друг к другу, держась за протянутые навстречу руки и круто наклонив наши тела по разные стороны баркаса над пролетающей мимо водой, мы удерживались на этой неровной округлой поверхности только благодаря крепости хватки единящих нас рук. Это был неимоверно захватывающий дух и символичный, показательный для нас момент!.. Вдруг, в долю секунды, нечаянно разожми мы ладони – и в одночасье тут же попадали бы в воду по разные стороны баркаса. Это была наша заключительная обоюдная игра нервов, обострявшая до невероятно высокого накала наши глубочайшие чувства друг к другу. Но такого не могло случиться ни по какой причине. Я, наоборот, ещё крепче сжимал руку своей любимой! А она, как могла крепко держалась за мою. Потом мы подобрались к самому краю носовой части лодки. Варика шагнула вперёд, на самый кончик носа баркаса. Я, оставаясь позади неё и широко расставив ноги для устойчивости, крепко обнял её за талию (мы уже окончательно перестали стесняться отца), таким образом удерживая её от случайного падения. Она стояла, широко расставив руки, будто пытаясь всецело охватить ими необъятное расстилающееся вокруг нас пространство. Находясь в цепких любящих объятиях моих надёжных крепких рук, чувствуя себя в полной безопасности, Варика счастливо улыбалась чему-то своему, время от времени оборачивая ко мне своё довольное прекрасное одухотворённое влюблённое личико. А я, не теряя чувства ответственности за нас обоих, только ещё крепче прижимал свою любимую к себе, упоённо зарываясь носом в её пышные непоседливые пахучие волосы, не менее счастливо отвечал ей взаимностью, тут же чмокая её в щёчку, откровенно «услужливо» предложенную мне. Так мы, ни о чём не говоря, в красноречивом молчании и простояли почти до самого входа в пролив, она – в моих крепких, неразлучных объятиях в золотистых лучах заходящего солнца, безгранично влюбленные и бесконечно благодарные друг другу и нашей счастливой судьбе, подарившей нам этот незабываемый чудесный, чарующий день…
Уже по прошествии долгого времени, подобную же сцену (наверное, подглядели у нас!) не столь давно мне довелось созерцать в немало нашумевшей современной киноэпопее «Титаник». Разве что в декорациях несколько пограндиознее. Думаю, подобные совпадения имеют право случаться. Но вот в одном я твёрдо уверен - настоящие, глубокие чувства, испытываемые двумя любящими сердцами, в чём-то всегда схожи.


…К семи часам вечера мы подошли к её дому, почти подошли. Остановились невдалеке, под деревьями на аллее, проходящей посредине проспекта Мира. Варика была задумчива и необычайно грустна. По всему было видно, ей совершенно не хотелось расставаться, уходить домой. Тем более наступал такой чудный тихий вечер. Я тоже не испытывал эйфории от предстоящего столь раннего нашего расставания. К тому же точного ответа на вопрос, как скоро мы встретимся снова, нам никто дать не мог. Вот ведь как сложно у нас всё было! Я с нежностью обнимал её за плечи, поглаживая её голову и пушистую копну волос, вновь собранных воедино приколкой. Она прильнула к моей груди.
- Славушичек, родной мой, мне иногда так плохо бывает, когда тебя нет рядом!.. Я хоть и немного устала, но мне совсем не хочется расставаться с тобой, любимый... Такой волшебный, чудненький, славный денёк у нас получился!.. Теперь, когда мне станет грустно в одиночестве, ракушечка твоя будет постоянно напоминать мне о тебе, дорогой, и об этом радостном дне… - она вскинула на меня свои грустные, слегка влажные от выступивших слёз глаза. Я поцеловал Варику прямо в них: сначала - в один, потом – в другой, ощутив на губах и языке солоноватый привкус её длинных кручёных ресниц, не то от слёз, не то от морской соли, а, скорее, и того, и другого вместе взятых.
- Нет, любимая, она всегда была и будет твоей по праву, ведь это – твоя находка. Я лишь её донёс до тебя. Ты – достойна её! Лучше скажи, когда мы снова встретимся?
- Ах, Славушик, мой милый, боюсь, что уже не скоро. Если мои узнают, где я сегодня была, а к этому и идёт, да и время уже позднее, то мне основательно влетит. Нет, меня не бьют физически, это было бы лучшим вариантом, но меня будут бить по моему самому больному и дорогому месту – чувствую, не выпустят гулять с тобой, мой любимый! Этого я и боюсь больше всего! К тому же через неделю мы уезжаем всей семьёй в Крым... на долгих три недели. Вот и посчитай, не увидимся ЦЕЛЫЙ месяц… Родной мой, как я устала от этих расставаний!.. Я же там с ума сойду без тебя! Я специально не говорила тебе об этом до сих пор, чтобы не делать тебе больно, чтобы не портить нам сегодняшний день. Вот ПОЧЕМУ ЕЩЁ я пошла на обман родителей. Чтобы подольше побыть с тобой перед нашей длительной разлукой...
- Да, Варика, это, конечно, совсем некудышняя новость для меня. В самое сердце поразила! Такая неимоверно долгая разлука… Беспощадно долгая! Я буду безмерно скучать по тебе, родная! – От её этого последнего прогноза я УЖЕ начал скучать.
- Ой, Славушик, дорогой, мне срочно надо бежать домой. Вон, видишь, меня высматривают с балкона. Ну, всё, мой любименький... Очень надеюсь на скорое свидание с тобой! – Она быстро поцеловала меня и уже порывалась бежать, но я успел прихватить её ладонями за ещё мокрые щёчки и долгим поцелуем прижал её желанные губки к своим. Я предчувствовал, что как раз скорой встречи и не предвидится. После чего, взяв её за руки, попросил.
- Родная, звони мне из Крыма чаще, при первом же удобном случае, лучше по вечерам, когда я наверняка дома. Я с нетерпением буду ждать!.. Очень!.. Обязательно звони!!!
- Конечно, милый!.. Непременно буду звонить!
И наши руки разжались…
Она уже бежала по направлению к дому. А я так и остался стоять на месте, неумолимо ощущая вкус её жарких губ на своих… Я никогда не чувствовал себя настолько опустошённым и покинутым. Мне ещё никогда не было столь гнетуще грустно, тоскливо и одиноко!..


Хоть мы и хорохорились при расставании, уповая на скорую нашу встречу в предстоящую неделю, но и так было яснее ясного, что не видать нам её как своих ушей. Конечно, рьяный родитель в два счёта нас «раскусил», и Варика всю неделю в наказание безвылазно просидела дома. Потом был её долгий вояж в Крым... И вернулась она лишь к концу первой декады августа. Но вроде как гроза для нас миновала, и мы, наконец, продолжили наши вдохновенные любовные долгожданные встречи с новыми неугасимыми порывами. Вот только чего нам обоим это стоило, знали только мы одни. Её несколько коротких звонков за тот долгий показавшийся нам нескончаемой вечностью час расставания лишь бередили душу и полосовали наши ранимые нервы на шматья. Я был готов, будь у меня крылья, лететь хоть на край света, лишь бы увидеть и обнять мою любимую. Про Варику я могу сказать только одно – длительное чувственное сексуальное воздержание не добавляло ей здоровья и жизненного тонуса. Она как бы постепенно, медленно увядала без нашей постоянной взаимной любовной поддержки и подпитки. Но очень скоро мы в ударном темпе ликвидировали тот явный накопившийся дефицит «наших любовных игр». И вновь мы «воспрянули духом», став теми прежними для нас двоих, обычными, привычными для самих себя… И столь же неимоверно счастливыми...



Конец Главы 7.

Продолжение в Главе 8. Часть 1......

Ответить Пред. темаСлед. тема
  • Похожие темы
    Ответы
    Просмотры
    Последнее сообщение