Очень хорошие стихи ⇐ Интересное в литературе

[mazurov]

Спрос рождает предложение. Хорошо известно: только в Москве сотни тысяч путан. Живут они гораздо лучше ткачих. Это означает, что мужчин (в том числе и женатых), которые пользуются их услугами, гораздо больше. А мы тут наивно рассуждаем о какой-то любви, о какой-то чести. Смешно ведь, ей богу!

[Котяра]

Это означает, что мужчин (в том числе и женатых), которые пользуются их услугами, гораздо больше. А мы тут наивно рассуждаем о какой-то любви, о какой-то чести. Смешно ведь, ей богу!

Тем более! — любовь ещё ценнее!

[mazurov]

Тем более! — любовь ещё ценнее!

Да не любовь это! По-русски это разврат обыкновенный.

[водица]

Да не любовь это! По-русски это разврат обыкновенный.

Так это у мазуриков — разврат!.. А у Коти — любовь!..
mazurov, переезжайте в глубинку, обретёте душу...

[Котяра]

Да не любовь это! По-русски это разврат обыкновенный.

Вы знаете, что китайцы говорят про лотос?

[mazurov]

Вы знаете, что китайцы говорят про лотос?

Я жил в Китае 6 лет и этот предмет знаю лучше всех на форуме.
Создание с лотосовыми ножкамис, хрупким сложением, тонкими длинными пальцами на руках и мягкими ладошками, нежной кожей и бледным лицом с высоким лбом, тонкими бровями, маленькими ушами, и детским округлым ротиком — таков портрет классической китайской красавицы. Это идет у них от эпохи феодализма. Мужчины испытывают дикое возбуждение, когда это создание медленно разувается, снимает носки и меееедленно показывает малюсенькие (иногда аж 5 см в длину!) сопы-копытца. Причем лицо имеет второстепенное значение в этом возбуждении.
Вот до какой дури могут доходить великие цивилизации.

[Котяра]

Я жил в Китае 6 лет и этот предмет знаю лучше всех на форуме.

Китайцы говорят, что, рождаясь и находясь в грязи, лотос всегда остаётся чистым!
А это так и есть.
К чему я это?

[mazurov]

Лотос-то чистый. А вот "лотосные ножки" - полный назад и дебилизм.
Мы же говорим о любви и разврате, а не занимаемся философской болтовней.

[Елена]

Шалостью бризовой,
Шелестью рисовой –
Поговори со мной,
Поговори со мной,

Солнечной, лиственной
Вязью осмысленной –
Ну поделись со мной
Тяжкими мыслями,

Темными думами,
Мрачной кручиною –
Слушать угрюмыми
Соснами чинными

Буду; как рай земной
Под кипарисами –
Поумирай со мной,
Поговори со мной,

Слезы повылей чуть -
Я ведь как оттепель,
Я тебя вылечу,
Станет легко тебе,

Будто бы сызнова
Встанешь из пламени,
Только держись меня,
Не оставляй меня.
А коль решишь уйти,
Вот те пророчество:
Будешь искать пути,
Да не воротишься.
(В.Полозкова)

[Oh_Lee_Ya]

Навеяло... Роберт Бернс в переводе Маршака:

В полях, под снегом и дождем,
Мой милый друг,
Мой бедный друг,
Тебя укрыл бы я плащом
От зимних вьюг,
От зимних вьюг.

А если мука суждена
Тебе судьбой,
Тебе судьбой,
Готов я скорбь твою до дна
Делить с тобой,
Делить с тобой.

Пускай сойду я в мрачный дол,
Где ночь кругом,
Где тьма кругом, -
Во тьме я солнце бы нашел
С тобой вдвоем,
С тобой вдвоем.

И если б дали мне в удел
Весь шар земной,
Весь шар земной,
С каким бы счастьем я владел
Тобой одной,
Тобой одной.

[Роксана]

... С каким бы счастьем я владел
Тобой одной,
Тобой одной.

Надо же чего захотел? Владеть... А чтобы им могли владеть, о том скромно умолчал.

[Oh_Lee_Ya]

И ещё навеяло, одно из самых моих любимых. Правда, о поэтах там не очень благосклонно.

Твоя грудь, как две капли, -
Вот-вот - упадут.
Я бы жил с тобой на Капри -
А то - украдут.
Золото волос и очи -
Дикий янтарь.
Я бы хранил, как молитву к ночи,
Как алтарь.
Псов сторожевых разбросал букеты,
Чтоб знал всяк вор,
И перевешал бы всех поэтов
У ближних гор.
Я бы осыпал тебя цветами
Всех сортов.
Пока не стала бы ты - седая,
Как сто садов.
Твою невинность и невиновность
Боготворя,
Я бы приказал ввести как новость
В букварях,
Чтобы со стыда сгорели люди.
Твой портрет -
Это молока две капли - груди,
И в сердце свет!
Это лебединые твои руки
Вечно вкруг.
Это нестерпимые те разлуки
Наших губ.
Это киноварь твоих улыбок -
Шальной камин.
Стайка золотых, на счастье, рыбок.
Amen! Аминь!
Спи, моя малышка, - уснули цапли.
И куклы тут!
Только твои груди, словно капли,
Вот-вот упадут!

Леонид Губанов

[Котяра]

* * *
По улице моей который год
звучат шаги - мои друзья уходят.
Друзей моих медлительный уход
той темноте за окнами угоден.
Запущены моих друзей дела,
нет в их домах ни музыки, ни пенья,
и лишь, как прежде, девочки Дега
голубенькие оправляют перья.
Ну что ж, ну что ж, да не разбудит страх
вас, беззащитных, среди этой ночи.
К предательству таинственная страсть,
друзья мои, туманит ваши очи.
О одиночество, как твой характер крут!
Посверкивая циркулем железным,
как холодно ты замыкаешь круг,
не внемля увереньям бесполезным.
Так призови меня и награди!
Твой баловень, обласканный тобою,
утешусь, прислонясь к твоей груди,
умоюсь твоей стужей голубою.
Дай стать на цыпочки в твоем лесу,
на том конце замедленного жеста
найти листву, и поднести к лицу,
и ощутить сиротство, как блаженство.
Даруй мне тишь твоих библиотек,
твоих концертов строгие мотивы,
и - мудрая - я позабуду тех,
кто умерли или доселе живы.
И я познаю мудрость и печаль,
свой тайный смысл доверят мне предметы.
Природа, прислонясь к моим плечам,
объявит свои детские секреты.
И вот тогда - из слез, из темноты,
из бедного невежества былого
друзей моих прекрасные черты
появятся и растворятся снова.

1959
Белла Ахмадулина.

[Сергей Титов]

Я хотел это стихотворение два-три дня назад сюда поместить, но почему-то не решился. Спасибо, Котяра!
Сюда заглядывали? Знаете, кто такая Нелла Аххо?

[Котяра]

Котяра!
Сюда заглядывали? Знаете, кто такая Нелла Аххо?

по ссылкам — не выходит! ( про Нелла — догадаться не сложно)

[Сергей Титов]

А по таким ссылкам как, выходит?

[Котяра]

А по таким ссылкам как, выходит?

Выходит! ))

[Волчица]

Прониклась до мурашек. Сильно тронуло.

Д. Быков
Вот мать, потерявшая сына. В ее комнатушке —
Одни фотографии: в десять, в двенадцать, в шестнадцать,
а умер он в двадцать, желтуху схватив "на картошке".
Из армии целым пришел — в институте погиб.Теперь ему было бы тридцать. Она прозябает
в научном издательстве, вечно на грани банкротства,
весь день редактирует, на ночь берет переводы,
порой голодает, но жалоб не слышит никто.И некому слышать. Подруг у нее не осталось,
Друзья ее сына заходят все реже и реже,
У них уже дети, работы, заботы, разводы,
И им все труднее о чем-нибудь с ней говорить:Они вспоминают о сыне расплывчато, смутно —
все те же словечки, поступки… Но дело не в этом,
Не в этих повторах. Он смотрит со всех фотографий,
Больших или малых. И в комнате трудно дышать.Никто не выносит такой концентрации горя,
Такого раскаянья. Всякая мать-одиночка
На сына орет, чуть он вырастет из-под опеки.
Она это помнит и медленно сходит с ума.О Господи, как она кается в каждом скандале,
О, как она просит прощенья за каждое слово,
за каждую вспышку… И если он все это видит,
Он в этой же муке раскаянья тянется к ней.И это раскаянье их обоюдное, эта
взаимная, слезно-немая мольба о прощеньи
все в комнате полнит, и в ней невозможно остаться
на час или два — потому что душе невтерпеж.Душа не выносит такой чистоты обожанья,
Любви невозможной, безмерной, беспримесной, чистой,
Свободной от всякой обиды, злопамятья, ссоры,
А полной одним неизбывным сознаньем вины.Когда бы не ссора, не драки, размолвки, обиды, —
Любви бы никто из живущих на свете не вынес,
Она бы казалась предвестием вечной разлуки,
Поскольку мы все одинаково обречены.Давайте орать друг на друга, покуда мы живы,
покуда мы грешны, покуда мы робки и лживы,
покуда мы живы, покуда мы бесимся с жиру,
Покуда мы рвемся из дома, зови не зови,
Давайте орать друг на друга, и топать ногами,
И ссориться из-за всего, и швыряться словами,
Чтоб не обезуметь, не выгореть, не задохнуться
От нашей немыслимой, невыносимой любви.

[Котяра]

Прониклась до мурашек. Сильно тронуло.

Любая, отдельно взятая смерть — трагедия!

[Волчица]

Котяра, вы наверно не прочли всё стихотворение. Меня поразило не только горе матери, но и взгляд на любовь автора.

[Котяра]

Котяра, вы наверно не прочли всё стихотворение.

Зачем Вы так? прочёл я.

Отправлено спустя 51 минуту 19 секунд:
Лиса Патрикеевна, о любви

[rusak]

"Я пойду на преступленье,
чтоб сильнее ты смеялась"

Я пришел такой ненужный,
Я пришел такой незваный,
Улыбавшийся натужно,
Чист, как только что из ванны.
Ты меня коснулась нежно,
И, давно как будто знала,
Так привычно,так небрежно
Ты меня поцеловала.

Завтра ты забудешь будни,
В вихре праздничном кружиться
Будут розы, незабудки,
Платья, губы, руки, лица...
Что мешает быть свободной
В вихре масок, в шуме бала?..
Это - завтра. А сегодня -
Ты меня поцеловала.

Завтра ты концы обрубишь,
Завтра ты пойдешь по свету.
И дорогой будут руки,
Расстелённые по снегу.
Не с сумой, а с сумкой дамской,
В сумке - тушь, расческа, туфли,
Чтобы вновь - в ферзи и в дамки,
Чтоб, взгораясь, очи тухли.
Будет новый принц негодным,
Уж не тот, его уж мало...
Это - завтра. А сегодня -
Ты меня поцеловала.

Не кончайся,представленье,
Красок яркость, страсти ярость!
Я пойду на преступленье,
Чтоб сильнее ты смеялась.
Пусть потом подохнуть с водки
Суждено иль сгнить в опале.
Это - завтра. А сегодня -
Вы меня поцеловали. ...

Ты ведь тоже плохо кончишь,
Будет клином свет в окошке,
Перед смертью злобно корчась,
Как ободранная кошка.
Вслед застонет мир животный:
«Алла, мало! Мало, Алла!..»
Это - завтра. А сегодня -
Ты меня поцеловала.

И назло всем старым сводням,
Будь то много или мало,
К черту завтра!
Ведь сегодня...

Это авторская редакция стихов Александра Николаева. Текст написан от мужского лица, а кроме того, он более эмоционален, чем вариант, ставший хитом Пугачевой. Некоторые четверостишия в песню и вовсе не вошли, а иные строчки были изменены.
http://glance-news.com/22109-alla-pugac ... -full.html

[Елена]

- Уходить от него. Динамить.
Вся природа ж у них – дрянная.
- У меня к нему, знаешь, память –
Очень древняя, нутряная.

- Значит, к черту, что тут карьера?
Шансы выбиться к небожителям?
- У меня в него, знаешь, вера;
Он мне – ангелом-утешителем.

- Завяжи с этим, есть же средства;
Совершенно не тот мужчина.
- У меня к нему, знаешь, – детство,
Детство – это неизлечимо.

[rusak]

Вот такое у женщин бегство...
Нет чтоб глазки показывать боссу.
Но впадают отчаянно в детство,
Дорожа оказавшимся с носом.

[Елена]

Бессонница. Гомер. Тугие паруса.
Я список кораблей прочёл до середины:
Сей длинный выводок, сей поезд журавлиный,
Что над Элладою когда-то поднялся.

Как журавлиный клин в чужие рубежи -
На головах царей божественная пена -
Куда плывёте вы? Когда бы не Елена,
Что Троя вам одна, ахейские мужи?

И море, и Гомер - всё движется любовью.
Кого же слушать мне? И вот Гомер молчит,
И море чёрное, витийствуя, шумит
И с тяжким грохотом подходит к изголовью.

Мандельштам